Дома с собачкой (глава 12)
Глава двенадцатая, последняя
Степан между тем добежал до своего домика. Опустился без сил на крыльцо и тихо завыл – все пропало, его блестящий план окончательно провалился! Не будет у него ничего – ни денег, ни достатка, ни уважения. И свободы тоже не будет – упекут, как пить дать, за решетку на долгие годы.
«Что же делать? - лихорадочно соображал он. – Бежать? Но куда, а главное – с чем? Денег-то нет, а с пустыми карманами долго не побегаешь – ни укрыться, ни спрятаться, сразу же поймают». Закурил, стал думать.
Наличности у него совсем немного - Вера Александровна с ним все еще до конца не рассчиталась, хотя и обещала. «Кстати, о Вере Александровне, - лихорадочно соображад садовник. - Она же сейчас в особняке одна, Татьяна и Клавдия Васильевна у себя дома, в Жуковке-2, а Гера до сих пор на реке. Аньку же можно в расчет не принимать – вмешиваться не станет, забоится. А Вера Александровна, между прочим, ему должна, и много - за долгие годы унижений и оскорблений. Не пора ли рассчитаться?»
«Эх, была не была, - решился, наконец, Степан, - все одно пропадать!» Кинул в траву недокурпенную сигарету, резко поднялся и побежал к особняку. Обошел вокруг, внимательно осмотрел: свет горит лишь в спальне Веры Александровны (она перед сном любила полистать женские гламурные журналы) и еще наверху, в комнате Анюты. «Отлично, - подумал Степан, - все складывается удачно». Через приоткрытое окно кухни (Татьяна вечно забывала запереть), осторожно проник внутрь, тихо, на цыпочках прокрался по коридору, приблизился к спальне Веры Александровны. Немного постоял, подумал, а потом громко и тревожно забарабанил в дверь:
- Вера Александровна, открывайте скорее! Это я, Степан. С Герой большое несчастье, помочь надо!
- Степка? Что тебе? – раздался строгий голос хозяйки. – Я же запретила тебе появляться в доме!
- Меня Семен Владимирович к вам послал! – начал на ходу сочинять Степка. – С Герой беда – пошел Кутю на шоссе искать да под машину попал. Какой-то грузовик его сбил, водитель в темноте не заметил! Гера весь в крови, умирает, вас к себе зовет, попрощаться…
- Я сейчас! – немедленно раздалось из-за двери.
Степка вытащил из-за ремня молоток (удивительно, как только не потерялся во время бегства) и приготовился. И, когда дверь приоткрылась, с силой, наотмашь нанес удар хозяйке по голове. Вера Александровна громко вскрикнула, вскинула, защищаясь, правую руку, но Степка ударил еще раз. А потом еще и еще. Оглушенная женщина тяжело повалилась на ковер, из разбитой головы на дорогие восточные узоры потекла вязкая, алая кровь…
Степка ворвался в спальню - срочно взять, что найдет (и прежде всего деньги и драгоценности), а потом быстро смыться. Пока Гера не вернулся… На трюмо Степан заметил сумочку Веры Александровны и вытряхнул из нее наличность. Оказалось немного – всего несколько тысяч рублей. Ничего, и это пригодится. Судорожно распихал бумажки по карманам, затем сорвал с шеи Веры Александровны витую золотую цепочку с крестиком, тоже сунул в брюки. Прибавил туда же несколько золотых безделушек, найденных на трюмо. Уже кое-что… И тут вспомнил про сейф в гостиной – наверняка там имеются деньги, и немалые. А еще и ювелирка, которую не взял в прошлый раз. Это будет уже солидно!
Метнулся в гостиную, отодвинул в сторону портрет Никиты Андреича, набрал знакомый код. Внутри действительно оказалась изрядная сумма денег, а также разные красивые коробочки с колечками, сережками и кулончиками. Степка сунул все это себе за пазуху - разбираться некогда, потом посмотрим. Так, на первое время уже хватит. Теперь самая пора рвать когти… Пока не поймали.
И тут в гостиную вошла Анечка. Она лежала на кровати у себя в комнате, читала очердной дамский роман, но услышала какой-то непонятный шум внизу и решила узнать – что там? Спустилась в гостиную и увидела, что Степка судорожно копается в хозяйском сейфе… Метнулась в спальню к Вере Александровне - та лежит на ковре, окровавленная. Наверное, убита… Крови натекло столько, что толстый иранский ковер насквозь пропитался. Анечка появила завидное хладнокровие – не стала орать, визжать, падать в обморок, как это делают обычно в таких случаях девушки, а постояла, подумала немного. И вернулась опять в гостиную. Встала в дверях комнаты, громко кашлянула. Степка вздрогнул от неожиданности и обернулся:
- А, это ты, – бросил нервно, – иди отсюда, девка, не мешай мне. Не до тебя мне сейчас. Уж поверь!
Убивать Анюту он не хотел – все-таки она ему нравилась. К тому же, по сути, Анечка нисколько не была виновата, что так все нелепо вышло. Это всё козни подлой Веры Александровны, ей за всё и отвечать. И она уже ответила, свое получила. Раплатилась, как говорится, за всё.
- Убегаешь? – спокойно спросила Анюта. – Но ведь тебя скоро поймают.
- Спрячусь где-нибудь, - нервно отмахнулся от нее Степка, продолжая обыскивать гостиную (нет ли еще чего интересного?).
- Если уж убегать, то нужно за границу, - рассудительно заметила Анечка.
- Для этого деньги нужны, доллары или евро, - огрызнулся Степка, - а где их взять? Мне бы только на время где скрыться, пересидеть где-то, а уж потом…
- Деньги в доме есть, - хмыкнула Анюта, – и больште, но не здесь, разумеется, не в этом сейфе.
- А где же? – загорелись глаза у жадного Степки.
- В спальне, - кивнула девушка.
- В спальне Веры Александровны? – удивился садовник. – Там же ничего нет, я все посмотрел!
- Есть, - уверенно сказала Анюта, - в ее шкафу находится особый, потайной сейф. Мне его Вера Александровна сама показала. И рассказала, как его можно открыть…
- Врешь! – не поверил ее словам Степан. – Она тебе никогда не доверяла, ты же ей чужая, всего лишь племянница по мужу. С чего бы ей с тобой откровенничать?
- Это раньше не доверяла, - уверенно ответила Анюта, - а теперь стала доверять. После того сердечного приступа... Испугалась она, что Герасим, случись с ней что, растеряется и не сумеет правильно ее деньгами распорядиться, вот и решила подстраховаться. Чтобы я смогла врачей хороших нанять и за границу ее вывезти, на лечение, в лучший госпиталь. Вот и посвятила меня в свою тайну. Об этом сейфе никто, кроме нее и Геры, не знал... А вот теперь знаю и я. Там - не просто рубли, там - валюта, и очень много. Про черный день и на всякий непредвиденный случай…
- Зачем ты мне это рассказываешь? – недоверчиво прищурился Степка. – С каких пор такая забота? Я что-то раньше не замечал, чтобы ты ко мне какую-то симпатию испытывала, скорее даже наоборот, нос от меня все время воротила… С чего бы такая перемена в характере?
Степка зло усмехнулся. Анечка тяжело вздохнула и призналась:
- Надоело мне, Степка, нищей быть, хочу красиво пожить, богато, в полное свое удовольствие. Там, в сейфе, денег и правда много, вполне хватит на нас двоих. Ты его откроешь, и мы все честно поделим – и валюту, и драгоценности. А потом беги, куда хочешь!
- А почему не сама? – удивился Степка. – Ты же код наверняка знаешь, раз тебе Вера Александровна показывала…
- Глупый ты все же, Степан, - покачала головой Анечка, – правильно мне Танька про тебя говорила - не может он наперед думать. А как же пальчики? Нужно, чтобы только твои были, я как бы оставалась не причем. Тебе-то уже все равно, без разницы, много чего наделал и натворил (кивок в сторону спальни, где дежала Вера Александровна), тебе семь бед - один ответ, а я должна быть вне всяких подозрений. Мол, услышала шум, спустилась, смотрю – Вера Александровна мертвая лежит, а сейф в спальне уже открыт и пустой. Все решат, что это ты деньги и золото украл, причем из обоих ящиков…
- А вдруг меня, как ты говоришь, поймают? – усмехнулся Степка. – Я тебя покрывать в случае чего не стану, сразу выдам...
- Никто ничего не докажет, - пожала плечами Анюта, - свидетелей-то нет, а твои слова мало чего стоят. А пальчики на сейфе – это серьезная улика, и ее будет вполне достаточно. Сам подумай, кому из нас больше поверят – тебе, пьянице и вору, или мне – бедной, честной девушке?
Анюта пристально посмотрела на Степана и добавила:
- С валютой ты сможешь за границу податься. Тебе любые документы за баксы сделают, быстро и качественно, не проблема, только плати. Переберешься в какую-нибудь Европу, никто тебя не найдет. И будешь ты жить счастливо, наслаждаться богатством.
И, видя, что Степка еще колеблется, привела главный аргумент:
- Это твой единственный шанс спастись, другого уже не будет. И давай решай скорее, Степка! Гера может в любую минут вернуться. Тебе с ним не справиться – он тебя закатает, как миленького, в ковер и сдаст полиции.
Степан, наконец, решился:
- Ох, Анютка, хитрая ты девка! Не зря мне все время нравилась! Ладно, говори, где сейф...
- Значит, договорились? – внимательно посмотрела на садовника Аня. - Деньги и золото - пополам?
- Да, - нехотя кивнул Степка.
А про себя подумал: «Как же, держи карман шире. Буду я с тобой делиться, с дурой! Покажи только, где сейф спрята, открой его, а там я уж без тебя разберусь. А с тобой – как с Верой Александровной… Правильно ты сказала: семь бед – один ответ, мне что один труп, что два – теперь без разницы. А оставлять свидетеля не стоит…»
***
Вместе вошли в спальню Веры Александровны, спокойно перешагнув через распластанное тело. Анюта нажала на хитрый рычажок внутри гардероба, и полки с обувью отъехали в сторону, открылся проход. Она приподняла кусок паркета в углу шкафа, показала:
- Вон там он, смотри!
Степка глянул – действительно, тайный сейф.
- Код?
Анюта назвала цифры. Степка набрал, медленно потянул за ручку, дверца открылась.
- Ух, ты! – невольно вырвалось у него.
И было от чего радоваться: внутри оказались банковские пачки (не рубли – евро с долларами!) и лучшие украшения Веры Александровны, самые красивые и ценные: свадебный рубиновый гарнитур, обручальное кольцо с крупным бриллиантом, другие дорогие цацки…
«Не обманула меня Анька, - подумал Степан, - мне этого на всю жизнь хватит, если с умом распорядиться. Но как все это вынести? В карман-то не засунешь, много всего…»
Анюта угадала его мысли и предложила:
- А ты возьми наволочку. И нести будет удобно, и не видно никому. Свернешь узлом, и тащи себе спокойно под мышкой…
Степка кивнул и метнулся к кровати. Решил взять сразу две наволочки – в одну положить драгоценности, а в другую - деньги. Так будет надежнее. Цацки он закопает в лесу, чтобы не тащить все с собой – это же прямая улика, а деньги использует сейчас же, чтобы сначала спрятаться, скрыться а потом сделать документы и уехать за границу. Пусть его ищут... А через несколько лет, когда всё более-менее успокоится, он вернется назад с иностранным паспортом (можно под какого-нибудь прибалта закосить, например), достанет спрятанные побрякушки и продаст. Но уже не по дешевке, как всякий золотой лом, а постепенно и за настоящую цену. Да, умна Анька, что ни говори, правильно все рассчитала, но он-то еще умнее. А хитрее – уж точно!
Степка сдернул с пухлых подушек наволочки, повернулся к гардеробу. И увидел нацеленный себе в живот пистолет. Анюта криво усмехнулась:
- Вера Александровна мне не только про деньги рассказал, но и про спрятанный ствол, что от Никиты Андреича остался. На всякий случай. Как видишь, он пригодился.
- Но мы… вроде бы… - начал мямлить Степка.
- Договорились? – хмыкнула Анюта. – Не смеши меня, Степка! У тебя на твоей морде прямо написано, что ты меня кинуть хотел и все себе забрать. Так ведь? Ага, права. Глупый ты и жадный, Степан, одно слово - идиот!
- Да я… тебя сейчас… голыми руками… - зло вскрикнул Степка и пошел на Анюту.
Вот он ей сейчас покажет, в бараний рог свернет! Будет знать, сука, как такие шутки шутить! Анюта не стала ждать, пока Степан подойдет к ней вплотную и выплнит свои угрозы, а просто нажала на курок. Вера Александровна, отдадим ей должное, не только показала спрятанный в сейфе пистолет, но и показала, как им пользоваться. Наука нехитрая, Аня сразу усвоила: сдвинуть пипочку справа (назывется - снять с предохранителя), нацелить свтол на грабителя (если вдруг придется защищаться) и нажать на спусковой крючок. Это вот такая штука внизу… Пистолет всегда заряжен, а с близкого расстояния промахнуться будет трудно. Главное, самой при этом не испугаться, не запаниковать, не бросить оружие…
Но Анюте не испугалась: она оказалась девушкой на редкость хладнокровной. Грянул громкий выстрел, и Степан, тонко вскрикнув, согнулся пополам, схватился за живот - пуля угодила точно в цель. Застонал, опустился на колени... Аня нажала еще раз – для верности. Попала теперь в грудь. Степка, охнув, кулем повалился на ковер. Захрипел, нервно засучил ногами, задергался. Ясно было, что умирает.
Анюта присела над ним:
- Неужели ты, козел, думал, что я тебе хоть на миг поверю? Да никогда в жизни! Мне надо было, чтобы ты, урод, и в самом деле сейф открыл, пальчики свои оставил, а деньги и драгоценности я уж сама заберу и спрячу. Никто ничего не узнает. А главное – ни с кем делиться не надо. А то набегут тут всякие наследники, разинут свои жадные рты, буду долю свою требовать. Кто? Да хотя бы та же самая моя мамочка. Она первая примчится и постарается загрести под себя все, что сможет. Но я ей ничего не дам, ни копейки. Ни ей, ни кому-то еще. Все только себе одной. А ты, Степка, подыхай, как говорится, собаке – собачья смерь. Впрочем, я должна тебе спасибо сказать – ты сделал меня очень богатой. Осуществил, так сказать, девичью мечту.
Анюта громко, весело расхохоталась. Степка еще немного похрипел, потом еще раз дернулся и затих насовсем. И тут из гостиной послышался стон. Анюта резко обернулась: Вера Александровна пришла в себя и тянула к племяннице руку, умоляя о помощи…
Аня зло посмотрела на Степана:
- Ну и дебил же ты, гад, не мог как следует самое простое дело сделать! Придется за тобой доделать.
И хладнокровно выстрелила Вере Александровне в голову.
***
- Значит, картина преступления, как я понимаю, будет такая, - рассуждала сама с собой Анюта, вышагивая по гостиной, – я мирно спала у себя в комнате, но вдруг услышала внизу какой-то шум и осторожно спустилась вниз. С лестницы увидела, что Степка копается в сейфе. Тихо пробралась мимо него, заглянула в тетушкину спальню – а там Вера Александровна лежит на полу вся в крови. Я очень испугалась и спряталась за шторой… Степан вошел в спальню, чтобы открыть потайной сейф, и в это время Вера Александровна очнулась и застонала. И Степка выстрелил в нее из пистолета. Прямо в голову! Затем бросил пистолет на пол, чтобы не мешал, и стал укладывать награбленное в наволочки. Меня он не видел, был слишком занят своим делом. Я незаметно подняла пистолет с пола: испугалась, что Степан меня тоже убьет, как лишнюю свидетельницу. Тут Степка неожиданно повернулся, заметил меня, закричал, набросился. И мне ничего не оставалось делать, как выстрелить в него. Просто самооборона!
Анечка еще немного походила, подумала:
- Кажется, правдоподобно. А нестыковки можно списать на нервное состояние. Не каждый же день юной девушке приходится убивать людей! И вообще: отстаньте от меня все! У меня такое горе - убили любимую тетушку, и прямо накануне ее свадьбы! Какие вопросы, какое, к черту, следствие?
…Часть денег и драгоценностей, конечно же, нужно оставить возле Степки, будто бы он их прятал в наволочку, а остальное убрать в надежное место. Мне потом очень пригодится - для собственной свадьбы. Не нищей же за любимого Геру замуж выходить! Пусть все увидят, что она девушка с богатым приданым. Чтобы все эти светские сучки раз и навсегда заткнулись, удавились бы от зависти!
Анюта улыбнулась, кинула пистолет на пол (уже не нужен) и достала мобильник – звонить Семену Владимировичу. Приезжайте, мол, скорее, тут такое дело! Кошмар, ужас ужасный! Садовник Степан, похоже, сошел с ума, ворвался в особняк и убил Веру Александровну. А потом обчистил сейфы. Ее саму он тоже чуть не прикончил, чудом спаслась…
Конечно, будет следствие (а как без этого?), станут задавать разные вопросы, но адвокаты подскажут, что и как правильно отвечать. Деньги на них, к счастью, имеются, вполне достаточно. Законники мигом докажут, что это была необходимая самооборона. Улик-то против нее – никаких, а вот против Степки - больше чем надо, его и признают виновным. К тому же возразить он уже не сумеет.
…Надо будет устроить тетушке достойные похороны – как-никак, та сделала ее богатой. Как положено, чтобы все видели ее неутешное горе! И чтобы никто ничего не заподозрил. Придется при всех сидеть со скорбным видом, рыдать, выслушивать притворные слова сочувствия, благодарить за участие… Потом она немедленно уволит Татьяну и Клавдию Михайловну, не нужны больше, и наймет новую прислугу. Как и планировала… И, конечно же, надо будет скорее женить на себе Геру. Чтобы жить с ним долго и счастливо, в полное свое удовольствие. Пусть у них все будет хорошо, как в сказке. И даже лучше! Она же заслужила это, в самом деле!
Анечка довольно усмехнулась и занаялась деньгами и ювелиркой – тщательно собрала в одну наволочку. Часть купюр и украшений, как и собиралась, бросила у тела мертвого Степки. Тот лежал в скрюченной позе, протягивая к сейфу длинные, жадные руки... На тебе, подавись, гад паршивый! Получил свое?
После этого Анюта спустилась в подвал и спрятала наволочку в надежное место – засунула за трубы отпопления. Туда никто не полезет – очень узко, она сама (при всей своей ходобе), еле-еле втискивается. Да и кто будет чего искать? Все же предельно ясно и понятно: и кто преступник, и кто жертва, и как все происходило. Она – единственная свидетельница, и обо всем честно и откровенно расскажет…
Жить она будет по-прежнему в особняке - как ближайшая роственица, распоряжаться всеми. Пока не решится вопрос с наследством. Надо нанять лучших юристов, заплатить хорошо, чтобы оформили все поскорее. Потом, когда закончится следствие (чего полиции тянуть-то – дело-то предельно ясное!) заняться пышными похоронами Веры Александровны. Своей матери она ничего сообщать не станет, чтобы та не приехала раньше времени и ничего не испортила. Да и вообще – пусть себе живет, как и прежде, в своем Мухосранске, здесь она никому не нужна. У нее, Анечки, теперь начинается своя жизнь, с любимым Герой. И с богатством…
Аня набрала на мобильнике номер Семена Владимировича. Рыдая, захлебываясь слезамии, нервно проглатывая слова, рассказала обо всем, что только что произошло в особняке. Сыщик обещал сразу же прибыть, причем вместе с полицией. Анечка убрала мобильник в карман, еще раз придирчиво осмотрела место преступления и стала ждать...