Не звоните гангстеру после полуночи (5)
...Первый начал Максим. Мы сидели в каком-то шалмане на Охте, он сказал:
— Хватит бухать. Покупайте деньги, золото, камни, дерева не жалейте. Скоро и нам пора.
Люди исчезали, нет, не в лесах Ленинградской области, бежали — Германия, Скандинавия, Пиренейский полуостров, Соединенные Штаты. Срубали денег и к дальним берегам подальше от этого вечного СССР, которому не будет конца. Даже Лера моя свалила «неожиданно», все так уезжали без прощальных рулад и отвальных. Позвонила через месяц — все хорошо, пригород Филадельфии, домохозяйка, муж строитель.
У нас тоже было все готово, правда, еще денег не помешало бы, как там живут на солнечной стороне Земного шара, мы знали лишь по фильмам на видеокассетах. Ни Серега, ни Яновский не знали про наши планы. Зачем? Они не пропадут, найдут себе еще шестерок. Как раз эти двое и Зина уехали в Москву, там у нас будет жирный ломоть в каком-то бизнесе.
В офисе новые люди, торговля процветала, Руслан метал конверты все толще. Я и Андрей заняли кабинет директора, играли в тетрис на компьютере, баловались с радиотелефонами. Ждали. И не бухали, почти. Похмелье было ужасным. Страх во всем теле, в пальцах, коленках и прямой кишке...
Нас могли шлепнуть просто так, на всякий случай, за какие-нибудь старые грешки Мазая, Яна или даже мои. Машина остановится под окнами, замру судорожно, слушаю, сколько дверей хлопнет, если не одна, несколько, через мгновение я с сумкой на лестнице за мусоропроводом.
Сумка небольшая такая, спортивная. Несколько насущных предметов: носки, штаны, свитер, куртка. Там же загранпаспорт, приглашение в Польшу и пачка долларов, все, что я нажил и не пропил...
А наших старших все нет, забыли про нас в своей Москве, два месяца ни слуху, ни духу.
Осень, сумерки, ноябрь. Кнопка в лифте с цифрой двенадцать, берлога Макса, у него день рождения. Звонюсь, шаги, голос Андрея, уже там алкаш.
— Здарова, бля.
— Здарова, епт.
Я сразу нашел себе местечко на табуретке у окна. Темно, созвездия окон новостроек, каскад автомобильных огней течет по виадуку вниз на улицу Жукова...
Андрей достал из холодильника красивую бутылку, граненую, с липким ценником. На ценнике куча нулей.
— Начнем, пожалуй.
— Не трогай, это я к Вике поеду.
— Чего, блядь! А нам водку?!
— Поставь, говорю! Слышь...
— Ты уже ахуел от денег!
Они стали бороться, покатились в комнату, опрокинули стулья, что-то разбили. Вдруг, раздался звонок в дверь.
— Тихо.
— Свет!
— Поздно...
Из-за двери крикнули:
— Открывай, волк!
— Свои...
В коридоре стало тесно — Мазай, Ян, Зина засыпали Макса пакетами.
— Это тебе, это тоже тебе.
Дима с Серегой в кашемировых пальто, кашне, лакированных ботинках. Тоже так хочу.
— Штиблеты не снимайте. Леха, раздвигай стол!
Пока гости полоскались в ванной, мы искали еще тарелки и вилки, слава Богу, все нашлось, квартира съемная, Макс по сервантам никогда не лазил.
Мазай еще больше разжирел, рубашка едва сходилась на пузе. Гости поставили на стол импортное бухало.
— ...Поедем. И надо будет работать, людьми руководить, не жопу в офисе просиживать. Охранное агентство, это на вас троих, самим все решать придется, у нас торговые центры, субаренда. Работы много.
Еще Серега рассказал последние новости — черные совсем ахуели, увидят, что номера не московские, прижимают к обочине, сто долларов просят типа, за проезд.
— Пока на ростовских не нарвались, из обреза в рыло звериное — на! Слон, Ляпа со своими приехали в Москву машины покупать, иномарки. Баб прямо на улице за волосы и в баню, обмывали тачки. Кого только там нет, Москва-то резиновая на самом деле...
В общем, решено так. Мазай, Макс и Зина в понедельник в Москву. Яновский, Андрей и я еще неделю в Питере, у Яна здесь какие-то дела.
— В следующее воскресенье все опять соберемся, местные банкет обещали. Ладно, нам пора, мы же прямо оттуда...
— Спасибо, братва.
Гости ушли. На чем приехали не разглядеть, совсем стемнело на улице.
— Оно мне надо, — сказал Андрей, — руководить людьми? Я не умею, я хочу мыть посуду на Брайтон бич.
— А чего тогда ждали? Давайте решать — туда или сюда.
— Я за Москву, поглядим, денег заработаем, Америка не утонет.
— Денег? Хуй знает, Гера вчера пиздел Мазу с Яном мусора опять ищут.
— Гере скоро голову отрежут вместе с его языком.
— Хорошо, давайте в Москву, если мне не понравится, я сваливаю.
— Я как Андрей.
Макс порылся под хлебницей на холодильнике, на пол полетели старые почтовые конверты, еще какой-то хлам. Вытащил цветную открытку. Готическая площадь, фонтан, голуби, «Макдональдс» на углу.
— Это Варшава. Давайте, если хотите, встречаемся здесь в этом «макдаке», ждем друг друга каждый день, в шесть часов...
Резко зазвонил телефон, Андрей был ближе всех, Макс попросил — возьми.
— Алло? Нет, не Максим. Тебя какая-то Маша.
— Повесь.
Бзыньк.
— Что за Маша?
— Жила тут одна. Выпросила денег на скорняка, который ей шубу шьет, так дешевле, чем в салоне покупать. И все пробухала где-то. Вчера звонит ночью, говорит — скорняк еще денег хочет. Хули ржете?
Телефон опять затеребонькал.
— Привет! Пошла ты к такой-то маме, понятно! Скорняк твой — мифический! Иди на хуй вместе со своим скорняком! Что?! Говорил не звонить после полуночи?! Мне чего телефон из-за тебя отключать? Найду, ебну дура!