Максик и другие питомцы
Мне было пять лет, когда в нашем доме появился первый питомец. Я знал себя взрослым и самостоятельным, легко оставался один, а если с бабушкой, то охотно её слушался и старался помогать. Бабушка разговаривала со мной обо всём на свете, скармливала припрятанные сладости, считавшиеся «неполезными», прощала разбросанные игрушки. Иногда, в особенно погожие дни, она выглядывала в окно и расстраивалась: мол, была бы лет на десять моложе, пошли бы сейчас в парк, купили мороженое... Я тоже хотел в парк и мороженое, но у бабушки болели колени, где уж тут спускаться-подниматься на четвёртый этаж без лифта. Мы просто сидели у окна, она гладила меня по голове и вздыхала.
Увы, одного на улицу меня не пускали: машины, злые люди, заблужусь, потеряюсь, украдут. Я по-всякому пытался растолковать, что давно большой и гулять буду осторожно — бесполезно, в этом вопросе перевоспитать семью не удалось.
Так вот, о питомце. Не скажу, что уж прямо о нём мечтал, но меня не сильно-то и спрашивали. Вечерами через приоткрытую дверь спальни я слышал обрывки разговоров, что детям и собакам полезно жить вместе, это хорошо влияет на психику и развивает эмоциональную сферу. Ну, раз так... ладно. И я стал ждать.
Когда его принесли, я даже немного расстроился. Мелкий, голошкурый, в складочках; непонятная какая-то порода. Но меня заверили, что вырастет и выправится, будет очень даже симпатичным. А пока он постоянно мёрз, потому место ему определили на толстом матрасике, в самом удобном углу, где не было сквозняков. И надевали смешные попонки с завязками на спине.
Питомца назвали Максиком. Мы много времени проводили вместе; жаль, спать вдвоём нам не разрешали, хотя Максик часто скулил ночами, тогда я вставал и шёл его утешать. Он рос, уже уверенно стоял на всех четырёх, и я решил, что пора заняться дрессировкой. С переменным успехом: за мячиком Максик бегал очень резво, команду «сидеть» освоил далеко не сразу, а «лежать» выполнял только в одном случае — когда засыпал. Вообще, следить за ним приходилось постоянно: то в шкаф залезет и всё там разворошит, то электропровод погрызть попытается. На прогулках и говорить нечего, чуть отвернись, и уже в грязи вывозился или жуёт что-нибудь несъедобное.
Но ничего, я справился. И от души привязался к Максику, хотя хлопот он по-прежнему доставлял массу, а порядочной шерстью так и не оброс. Так что следующего питомца, Тошку, мы воспитывали уже вдвоём. А там и ещё одного... одну, Снежку.
В доме теперь шумно и весело. Времени и нервов, конечно, немерено уходит, но, поверьте, оно того стоит. Они ведь любят меня. Все. А я их.
...
Летнее солнце путалось в листве ясеня, высвечивало ажурный узор на дорожке. Крупный пес-восточник, умостив лобастую голову на лапы, чутко дремал у песочницы, в которой играли трое детей.