Каждый в душе квадробер...
Мисс обаяние, леди зазнайка
Над изумрудов трясётся горой.
С виду — пушистая рыжая зайка,
Внутренне — зверь, даже вроде пушной.
Сколько отгрызено твёрдых орешков,
Шутки шутить — не её коленкор.
Вместо друзей — только глупые пешки,
Тем, кто не нужен, — холодный игнор.
Здесь, за стенами хрустального дома,
Ценность одна — и одна правота.
Ей благородство, увы, не знакомо.
Внешне — тепло, а внутри пустота.
И, полируя брильянты до блеска,
Сидя на горке из прошлых заслуг,
Лики меняет, как маски, чтоб дерзко
Плюнуть скорлупками в бывших подруг.
Распорот, распят и разложен ковром,
Мохнатым, истертым и грубым.
В мечтах о возможном, забыв о былом,
Тяну к её пяточкам губы.
Она — не принцесса, увы и отнюдь.
В своем полуночном угаре
На шерсти моей ударяется в блуд,
Где тварей отнюдь не по паре.
Я — волк, я — собака, я вечный дружок,
С желаньем в стеклянных глазищах.
Я все еще жду от нее пирожок,
Как грош обездоленный нищий.
Ее алых губ, яркой шапки волос
Коснуться смогу я едва ли.
Лишь жду, чтоб из лужицы крови и слез
Меня чуть повыше подняли.
Роскошен хвост, и так пушисты лапки,
Холодных глаз прозрачна синева.
А для зверей лесных медово сладки
Из уст моих звучат порой слова.
Своих ловушек я совсем не прячу.
Какой резон? Приманкой станет тот,
Кто клюнет рыбкой. И своей удачей
Других притянет — к норке приведёт.
И пусть я петь совсем не мастерица,
Пусть голосить привычней на весь лес,
Ковром мохнатым буду я стелиться,
Чтоб мой язык куда-нибудь залез.
Кувшина горло идеально узко,
И ради шанса вылизать скорей,
Трясу я рыжей и дебелой гузкой,
Маня чужих далеких журавлей.
Про заек, кажется, немало сказок сложено.
Глаза и ушки — вот и весь его актив.
От звуков леса у него мороз по коже. Но
Способен серый выдать мощный креатив.
Исподтишка он стравит сильных с недостойными,
Тут слово, там — двойного смысла комплимент,
Он как стервятник, что живет лесными войнами
И терпеливо нужный ждет в кустах момент.
Его улыбки кривоватой обаяние
Таит внутри холодных дум второе дно.
А этих глаз прозрачных льдистое сияние
Оскалом волчьим иногда озарено.
Что такое осень — это тушка
Дохлого опоссума в канаве.
Все на месте — лапы, пузо, ушки.
Только сам зверёк, увы не с нами.
То ли дело было этим летом!
Как играл, как веселил прыжками.
С того света нет назад билета,
Помянем его хотя б стишками.
Выйдет срок — и осень так же точно
Рыжей шкурой ляжет в снег с концами.
И однажды самой тёмной ночью
К нам придёт зима — уже с песцами.