Развод

#заблуждение

Командир мотострелкового полка полковник Забулдыгин стоял перед строем подчинённых ему тел и сурово двигал желваками. Утро нового дня красило стриженые газоны по периметру огромного плаца в цвет молодой ржавчины.

Полковник привычно набрал в мощные легкие чистого сибирского воздуха и...
— Здравствуйте, товарищи мотострелки!
— Чтоб ты сдох, старый мудак! — громом среди ясного неба прогремело в ответ, —
— ..дак... дак, — вторило эхо.

Забулдыгин в изумлении уставился в строгие лица военнослужащих, но не смог разглядеть в них ничего необычного. Преданно — услужливые глаза излучали страх и уважение. Над плацем зависла звенящая тишина.
— Наверное, послышалось, — колени полковника под парадным мундиром предательски завибрировали.
— Поздравляю вас с Днём защитника Отечества! — уверенности в голосе полковника поубавилось втрое.
— Ду-у-р-а-к! Ду-у-р-а-к! Ду-у-р-а-к! — заголосили сотни молодых глоток.
— Надо в санчасть сегодня зайти,- с нарастающей тревогой подумал Забулдыгин и, сорвавшись на петушиный сип, выдохнул в микрофон:
— К торжественному маршу, побатальонно, с песней...

Полк перестроился для торжественного марша, и через пару минут зазвучала, сотрясая атмосферу, полковая песня:

«Солдат хранит в кармане выцветшей шинели
Заточку острую для суки комполка,
Ещё в субботу мы убить его хотели,
Но пусть живет, залупа старая, пока,

Что пожелать тебе, ублюдок, перед смертью,
Собакой жил, позорной сукой и помрёшь,
И пусть тебя на сковородке жарят черти,
Пока ты жиром и говном не изойдёшь...»

Стройная колонна поравнялась с полковником.
Задорный голос батальонного прорвался сквозь мерный топот сапог:
— Смирно, равнение на... скотину!

Полк проходил с улыбкой мимо пожелтевшего лицом командира.
Полковничьи ноги подогнулись и, не удержав огромного тела, разбросали отутюженные брючины по серой асфальтовой глади...

Хоронили Забулдыгина всем полком. В глазах личного состава блестели скупые слезы раскаяния. Молодцеватый капитан шепотом обратился к стоящему рядом седоватому майору:
— Ну пил, ну воровал, ну самодурствовал иногда, а кто нынче без греха?
В общем, неплохой был командир, привыкли к нему за столько лет. А новый придёт, кто его знает, как оно всё повернется для нас?
Майор сплюнул в сердцах:
— А я предупреждал вас, идиотов, что херовую шутку затеяли! К совести решили призвать мужика, а он, вон, от страха кони двинул. Не принимает начальство критики ни в каком виде. Закон, сука, жизни...