Поймай, если сможешь после забрать

                                    [Это тов. товарищ Плотский-Поцелуев надоумил своим: https://alterlit.ru/post/66810/]

Лет тридцать-сорок тому назад... Оба карамболя тогда и случились.

Была ночь. А с одним охламоном что произошло-то? Менты за ним бежали. А он тоже бежал – вперёд. Но при этом смотрел назад: не догоняют ли, оторвался ли? 

Оторвался. И с разгону в столб врезался (то ли улица узкой вышла, то ли он широко бежал). Менты тотчас прекратили погоню.

И, по-доброму гогоча, передумали охламона забирать. Больница тоже не понадобилась.

Хотя дурней он стал с тех пор. Пить бросил.

~~~~~

Другой же раз, другой охламон от ментов бежал. Тоже пьян изрядно, но бежал. И забежал в дикий парк, даже лес городской (есть такой). Нет, назад он почти не смотрел, когда убегал. От деревьев уворачивался ловко. А был декабрь. И менты уж давно (ещё на опушке парка) обругали его как-то по-милицейски и поехали других охламонов подбирать.

Но охламон, бегущий по лесу, сильно хотел не попасться ментам. И углубился так далеко в лес, что нашёл там озеро или пруд дикий. Все знали, что далеко в парке том, который лес – есть пруд. Но никому он не нужен был, – или озеро. И потому охламон не удивился, когда заскользил по льду. Но удивился, когда лёд под ногами, стал крошевом на уровне "не балуйся". И по инерции беглец съехал туда, где баловство могло навсегда и закончиться. 

Оставив озеру вязанную шапку, в мокрых башмаках, в мокрой куртке "пилот", он смог выбраться, найти улицу, и через глубоко-ночной город, пошёл туда, где приняли бы его и такого. Пару раз встречные патрули останавливали одинокого и запоздалого. Мокрый и без шапки он вызывал у них сочувствие, так казалось. Охламон шутил, будто он мокр от слёз.

Милиция по-доброму кивала головами. А под утро этот подмоченный прикондыбал туда, где принимают. Не заболел.

Но стал ещё дурней. Хотя пить не бросил.