Мой друг Фенибут (На конкурс/внеконкурс «Друг»)

У всех у нас есть странные друзья.

Есть «темщики», у которых идей — что колтунов у собаки на заправке трассы Сызрань-Тольятти. Идеи — все сплошь заебись. Короче, берём СТО, ставит там 29 мангалов и хуярим шашлыки из баранины в три смены. Баранины в районе ни хуя нет, но с Исламчиком перетёрли, надо просто косарей восемьсот туда влить, отдача — тыща процентов, брат, хули нет? Пожарная проверка? Пренебречь, с шашлындосов мы поднимем лавехи нормально, и на штраф хватит. Ну чё, было, брат, оно???

Есть унылые куски говна, которые повышают болотистость местности на 186 процентов. Приходят, бля — ряска на ушах, тока вспыли из своей зеленой темницы — и давать нудеть — ебааать, пацаны, да ну на хуй это все, зачем вы в этот блудняк вписались, сидели же ровно, спокойно. В любой компании рано или поздно такая пидорасина заводится, хотя изначально все — чёткие и дерзкие. Хуй знает, откуда они берутся. Наверное, канал «Спас» смотрят...

Есть душа компании, который сам ни хуя делать не умеет, но постоянно — на движе, на винтах. Собирает всякие взносы, за покупёхами сайгачит, когда всем влом, рассылает эту тысячу ёбаных приглашений, который полностью заспамливают экран — это он, сука, один, а групп с ним у тебя может быть миллион.

И там ещё для фона женатики, калдыри, университетские кореша — короче, вот эта щебёнка жизни, которая вроде шуршит, но ты уже не вкуриваешь — о чём.

Но мне в целом на всё это похуй. Потому как у меня есть самый нормальный кореш из всех. Попросил называть его Фенибутом. Пристал он ко мне, когда мы бахнули в один из невъебенно длинных осенних вечеров какой-то охуяски. Я в целом за правильность названия не отвечаю — просто Толян предложил какой-то рецепт, на который две зарплаты ушло — чё мне, отказываться?

Бахнули, сидим. Дождь капает, тянет в сон. И тут — ЕБЛЫСЬ — залетает мой новый друг. Где-то надыбал сухоцветов — красивых таких, пышных. Метёлки ячменя гривастого, как выяснилось немного позднее. Друг вскакивает на стол — благо, не жрали ничего, — стягивает с себя какие-то несурназные клеши типа «Волк сосёт у зайца», вставляет себе метёлки в очко и начинает как на «Вираже» орать:

— ФЕ-НИ-БУТ! ФЕ-НИ-БУТ! ФЕ! НИ! БУТ!

Вот так и познакомились.

Мне в целом друзья никуда не всрались — просто скучно иногда, требуются этиловые развлечения всякоразные. Но с Фенибутом жизнь пошла в гору. Конечно, всякие завистливые мрази шепчутся, что у меня чердак осыпается и шизиком за глаза зовут. А мне ваще фиолетово. Вот у Долиной квартиру отжали — это да, случай серьезный. А с содержимым своей кибитки я сам разберусь.

Мы с ним — как Джекилл и Хайд. Только по сравнению с Фенибутом тот Хайд — что пионер, пукнувший в красном уголке.

Порой Фенибут реально исполняет. Недавно сидим с пацанами в пабе одном. Они — как на похоронах Зайцева все — траурные лица и жопами елозят. Заказали кольца кальмаров и стаута. Пока несут, Гриша — наш идейный, бля, вдохновитель, опять начал про то, как его жена не понимает, как он исстрадался весь под её бесконечными доёбами.

И тут Фенибут заявляет:

— А это всё потому, что ты в детстве мороженое не лизал, а грыз. А надо было лизать — с оттяжечной так, с белыми капельками по ебалу.

И все, главное, на меня смотрят, как будто Фенибут тут с краю не пристроился.

Подарить старому знакомому из прокуратуры дырявую ложку с надписью: «Помни, кто ебёт и кормит» — это ещё полбеды. Однажды приходим в поликлинику, сидим в очереди. К урологу давно надо было. Заходим. Сидит вежливый такой дедушка, культурный. Руки такие мягкие, добрые. А Фенибут вдруг как вскочит, как завопит:

— А-а-а-а! Старый пидор! Законтачились мы с тобой!

И как давай ему в лицо ссать. Я потом наряду никак не мог объяснить, что не пил столько с утра, нельзя же перед приёмом. А им до пизды — мусора, одним словом.

В целом, жизнь, конечно, заиграла новыми красками. Где закончиться день — никогда не угадаешь. То в музее игровых автоматов сопляков на мелочь товарим, то жопы коням на Манежной площади натираем. День сидим, а три — пьём, по классике. Страна у нас нынче толерантная, даже Пугачёву, вон, слушает. А мы-то что — куражимся, каждому же понятно и завидно.

И вроде порой настопиздит всё, хочется уже чего-то такого уютного, семейного, чтоб самовар пыхтел, а не ты в обезьяннике. А потом приходишь куда-нибудь в компанию, унылую, как планёрка в понедельник. Сидишь, думаешь, как бы культурно спрыгнуть с этого всего.

И тут Фенибут в своем неповторимом стиле как зарядит:

— Ебааааааать! Как тут дуууууушно!

И на душе вдруг легче становится, светлее. Не один ты в этом неуютном мире, понимают тебя, любят и ценят.

Друзья — они ведь настоящие должны быть, верно?