Тернистый путь Любви
Любви земной все возрасты покорны.
Заключена в любви всей жизни суть.
Но в этом мире пошлого попкорна
К любимой женщине нелёгок путь
Над ухом пуля жизни просвистела,
И словно на излëте путь земной,
Хотелось быть мне с незнакомым телом,
Которое не рядом, не со мной.
Я шëл не прямо, окружной тропинкой,
Невольно счастья отдалял я миг
С прекрасной женщиной, маняще-пылкой;
Но я не мог признаться напрямик.
Бродил я по людскому зоопарку,
Всегда шарахался от мерзких харь.
Лишь тело женщины сияло ярко,
Как будто бы в саду чужом фонарь.
Не мог назвать еë любимой, милой,
Сильнее жажда, чем сильнее сушь.
Она желанна, как столица мира.
Как тускло меж провинциальных душ!
Жизнь сделать бы с великого поэта,
Который жил так просто, без прикрас:
Вкушал он тьму блондинок и брюнеток,
На сто тринадцатый женился раз.
Чужую плоть я поимею смело,
Отвергну предрассудки и года.
О, вожделенное свети мне тело,
Как будто путеводная звезда!
Мир тайной нежной страсти неизведан.
Но я не пал ещё, как с древа лист.
Путь соблазнения жены соседа
Вельми опасен и зело тернист.
Всё, что греховно, это бездуховно.
Приятней дальние знакомых стерв.
И ничего нет лучше, безусловно,
Чем старый добрый яркий адюльтер.
Щемяще-кислый вкус прикосновений;
От бёдер мечется кровь ко щекам.
К изменам путь приводит изменений.
И отдаётся плоть чужим рукам.
Снедает жажда. Воздух сух и душен.
И память вянет в желтизне травы.
И зябко ёжатся родные души,
Как будто трупики стрекоз, мертвы.