Немного культуры и духовности
У меня было три попытки посещения галереи Айвазовского. Первый раз лет 15 назад. Второй раз лет пять назад. Оба раза желание приобщиться к прекрасному разбивалось о толпу народа перед кассами. И вот эта попытка оказалась результативной.
На момент открытия галереи, в 1880 году, она была третьим в России публичным художественным музеем после Эрмитажа и Румянцевского музея. Иван Константинович работал шо тот современный принтер и поэтому его картины продавались, вывозились в другие города, за границу, дарились, но, проходил месяц-другой и на стенах появлялись новые полотна. Как говорят историки, почти все свои картины Айвазовский рисовал либо по памяти, либо выдумывая сюжеты из головы.
Что, в принципе, не удивительно. Попробуй-ка нарисуй шторм с натуры или “Хождение по водам”.
Ога. Так что от этого факта, в моей голове, этот творец прекрасного поднялся на десяток ступеней вверх. Потом я увидел, что Айвазовский, (а я этого не знал, да-да, невозможно всего знать) оказывается, не только маринист
а отлично переносил на полотна библейские и мифологические сюжеты.
И наконец меценат, вкладывающий силы и деньги в город, инициатор и спонсор строительства железной дороги, водопровода, концертного зала, библиотеки.
Вот этот фонтан, был конечной точкой водопровода. Назывался этот фонтан изначально в честь императора Александра III, но потом царь-батюшка лично издал указ переименовать его в фонтан Айвазовского. Замена по прежнему прекрасно видна.
У фонтана до революции стояла серебряная кружка. И надо же – никто не спиздил.
Не путать этот фонтан с фонтаном-памятником с бронзовой скульптурой его жене, которую как раз спиздили. В смысле скульптуру, а не жену.
Прожил Иван Константинович долго и счастливо. Мудохал свою первую супругу, англичанку, родившую ему четырех дочерей, нещадно, от чего она от него и сбежала. Вторую жену он увидел, когда та хоронила своего мужа. Человеку б задуматься -- странное место для знакомства и создания новых отношений, но нет же – люблю-женюсь и вуаля! Сорок лет разницы в возрасте. Художнику 66 его жене – 26. Наверное Анна Никитична надеялась по-быстренькому уложить нового супруга рядом со старым, известным местным купцом. Но хрен угадала. Иван Константинович еще бодренько трахал ее шестнадцать лет, в результате чего молодая прониклась к своему мужу уважением и, как рассказывала экскурсовод, их брак был одним из исключений мезальянса по возрасту и они были любящей парой.
Ну у этих творческих людей свои причуды. Кто яйца к Красной площади прибивает, кто баб, годящихся во внучки трахает. Тем не менее, Анна, по смерти своего мужа, установила на его могиле плиту с надписью “Рожденный смертным, оставил по себе бессмертную память”, что говорит о, как минимум, почитании супруга. Купчине то своему, первому, она ничего не поставила.
Могила Айвазовского находится на территории Армянской церкви Сурб-Саркис. Старинное сооружение. Семь веков. Тут художника крестили. Тут он расписывал стены храма. Тут его и похоронили.
Армянский мальчик ставший визитной карточкой города и где-то даже всего юга России. Неплохое портфолио.
По легенде, мальчугана, рисующего углем на стенах, заприметил некий Кох, городской архитектор, и доложил об этом градоначальнику. Тут интересно для меня то, что всяческие чиновники высокого ранга не отмахнулись от какого-то пачкуна стен, а приняли живейшее участие в его дальнейшей судьбе. По нынешним временам выглядит даже неправдоподобно, чтобы поймав, какого-нить пацана, расписывающего граффити стены, полицейский, вдруг не отмудохал бы его, а повел бы за ручку к мэру, который в свою очередь сказал бы типа, “О да! Этого парня мы будем учить, кормить, поить, обувать, одевать, развлекать за свой счет, потому что он талант”
Но тем не менее все выглядело именно так. Административный ресурс включился в нужную сторону и вот уже армянский мальчик Ованнес Айвазян заканчивает столичную художественную школу и направляется назад в Крым, а потом на несколько лет за границу. Такая вот Россия, “страна рабов, страна господ”(с)
Потом, чтобы два раза не вставать мы прошлись к музею
Александра Грина.
Я не буду тут строить из себя восторженного почитателя этого автора, ибо таковым не являюсь. Не люблю созданные миры, будь то острова, моря, планеты или целые вселенные. Это относится, исключительно, к творчеству автора, который, безусловно, есть величина в литературе, но не той которую я читаю и перечитываю. А вот как личность он очень интересный представитель своего времени.
Шатал режим будучи эсером. Несколько ссылок. Тюрьма. Бродяжничество. Лесоруб. Матрос. Шахтер. Золотоискатель. И еще черт знает кто. Злая ирония – человек мотавший сроки за революционную деятельность с террористами-эсерами, впоследствии получал упреки от власти не за связь с ними, что было бы вполне логично, а за идеализацию его произведений. То есть. Будучи среди революционеров практиков, вдруг поменялся и стал неким предтечей хиппи. Пик волны интереса к Грину и пришелся, как раз, на времена стиляг и хиппанов. Но это уже все исключительно мое мнение.
Что касаемо музея – мне понравилось. Хотя обычно в таких тематических музеях ничего особенного. Ну там типа “это пишущая машинка на которой автор писал свои романы”, “это графин из которого он пил” , “это книги, которые он читал”, и так далее.
Но тут, благодаря оформлению, антуражу, и главное экскурсоводу – было очень интересно. Экскурсовод не проводила экскурсию – она играла. При этом не переигрывала. Меняла интонации. Делала паузы. Читая стихи или отрывки из писем она просто куда-то внутренне уходила и была не снами. Вся обвешанная фенечками и бусами, она явно не просто работник культуры, а именно фанатка писателя и его миров. Мне нравятся увлеченные люди, даже если не нравятся объекты их увлечения. Так что даже не поленился и написал там восторженный отзыв об экскурсии в книге для записей.
Короткая прогулка по Феодосии
В Феодосии есть куда сходить и на что посмотреть, но мы не слишком располагали временем. Тем не менее такими вот, короткими набегами на отдыхе, потихоньку промаршировали по некоторым достопримечательностям.
Памятники Поддубному и герою-партизану Вите Коробкову.
Памятник матросу Назукину на постаменте, на котором стоял ранее памятник Александру III.
У этого места любопытная история.
Матросики-анархисты летом 1917-го года постановили что Александра надо завалить, что успешно и сделали. Скульптуре оторвали голову и еще там чота поломали и уже было хотели отправить ее на втормет, благо там сплошная бронза, но тут подсуетились представители старого режима и припрятали императора в закромах археологического музея. По прежнему ходят слухи, что где-то лежит царь-батюшка и ждет, когда же его снова водрузят на его законное место.
А чтобы место не пустовало, для начала с постамента помитинговали годик, а потом решили, что чего добру пропадать и поставили там монумент под названием “Марксизм” с надписями “Интернационал I”, “Интернационал II”, “Интернационал III” и рабочим укладывающим символические кирпичи с этими надписями. Простояло это все до тех пор, пока товарищ Сталин не разочаровался во всех этих “интернационалах” и не положил большой хер на них, тем паче и союзнички сильно уж желали чтобы коммунистическое движение было прикручено и не хотели открывать второй фронт, собаки сутулые. Иосиф Виссарионович не стал сильно сопротивляться и нахер прикрыл это международное движение, заодно и стесав надписи на памятнике. Ну а хуле там им маячить и раздражать западных партнеров. Союзники, как обычно, наебали и второй фронт все равно не открыли, но машина Красной Армии уже набирала обороты и будущий генералиссимус, решил, что хуй с ними, мол, потом припомним этим пидарам все их косяки, ща тока немчуру допинаем. А когда допинали, то поначалу, канешна, стали строить всякие вундервафли, дабы обеспечить себе ядерный щит, но и про культуру не забывали. Посмотрели на скульптурную композицию и решили ее на хер всю своротить ибо без символизма интернационалов, она выглядела, как будто бухой рабочий криво кладет кладку. А чтобы такое прекрасное место не пропадало, то на постамент поставили самого Отца Народов в простой шинельке, со временем заменив ее на парадный мундир. С какими-то защитами особо не заморачивались, ибо были уверены, что это на века, так как, кто ж покусится на целостность любимого вождя. Но пришло время курского шахтера и товарища Сталина не только вынесли из мавзолея, а и посносили со всех постаментов Страны Советов. Феодосийский не стал исключением. Лет двадцать место было вакантно, пока на него не решили водрузить матроса Назукина, о котором я бы знать не знал, если бы он не занял место императора всероссийского, ну и чтобы опять не сносить ничего, то присвоили этому монументу статус объекта культурного наследия народов РФ регионального значения.
Памятный знак броненосцу "Потемкин"
Мечеть начала 17 века Муфти-Джами.
Заведение под названием “Антресоль”.
И прочие чмындрики и шептуны.
Не мог я пропустить и несколько интересных храмов.
Внизу, у подножия Судакской крепости, стоит церковь 12 Апостолов 10-го века, ранее известная как церковь пророка Илии. С этими апостолами произошел такой казус. Художник Руссен, увидел в поврежденной фреске Иисуса не с нимбом и свитком в руках, а в чалме и с ножом. Так и перерисовал и получился у него не Иисус, а какой то моджахед. Руки бы ему поотрывать за это.
Храм маленький – 3 на 5 метров. Службы в нем идут только по особым праздникам и в обычное время в него не попасть.
Тут же, недалеко, находится примерно такой же по архитектуре храм Святой Параскевы. Мирно соседствует с лютеранской кирхой и кладбищем, на котором похоронены как православные, так и лютеране.
В Феодосии Екатерининский храм конца 19 века. Строили всем миром и получился очень торжественное сооружение.
В Новом Свете новый храм Святителя Луки. В очень живописном месте и очень грамотно вписывается архитектурой в ландшафт.
Правильно “не благословляется”. Ибо тут не караоке.
Ну а немного про караоке и всякую всячину, в последнем тексте.
