Скот
Так заврался, что просто буря,
блядь,
Мглою небо кроет.
И с лица уже маску не сорвать.
Только если с кровью.
В зеркала глядеть, не узнать себя —
Догола раздеться.
Так и прожил, никого не любя,
Словно жил без детства.
И никто его — даже сам — не знал.
Не предав огласке
Мыслей, душу сжëг, как Сарданапал;
Ликом сросся с маской.
И блестит его очерствелый лоб,
Крашен мазью липкой.
Уголками рот раздвигает, чтоб
Истончать улыбки.
Очень важный свой поднимает перст,
Повернëтся в профиль.
А под маской — скот, Вельзевул и бес,
Сука-Мефистофель.
А откроет рот, понесëт херню —
Не убавить звука.
И протянет вдруг мëртвую клешню,
Словно, вправду, руку.