Тёща как она есть

1. Тёща моя — ласковая

При первой встрече она назвала меня «бедный, глупый, красивый мальчик».

С «красивым» я по некотором размышлении согласился. Но «бедный» и «глупый»?!

Я из среднеобеспеченных, у меня университетское образование — два. И красный диплом, тоже два.

Подшучивает она надо мной всё время, но не зло, а так, по-родному как-то. Мне даже иногда кажется, что она меня любит больше, чем свою дочь.

Можно, конечно объяснить такое хорошее отношение тем, что живём мы хоть и не слишком далеко, но отдельно, и даже в разных городах.

Только мне хочется думать, что это благодаря моей покладистости и готовности всегда поддержать компанию.

Наташка моя не очень компанейская, не знаю, в кого пошла. А тёща и тесть — тем только дай! Тесть, правда, круглогодично живёт в садовом домике на даче: тёща его выжила, хотя он утверждает, что сам ушёл. Может и так, конечно. Тёща ему возит еду домашнюю, он огородными делами занимается. Мы несколько раз к нему с тёщей ездили, очень там хорошо время проводили. Любит он посиделки, застолья, песни, розыгрыши всякие. И жену свою любит. Наверное, потому что видятся не каждый день.

Тёщенька — женщина серьёзная, строгая. Все у неё по струнке ходят. Но в компании — душа человек, заводила, каких поискать!

Как-то приехал тесть к ней с дружественным ответным визитом, привёз пятилитровую баклажку молодого саперави. Он раньше на винзаводе работал, так ему по старой памяти бывшие коллеги подгоняют в сезон.

Так вот, приехал, и мы как раз в гостях были. Тёща всякого наготовила — она у меня готовить мастерица, почти как жена (ох, надеюсь, жена этого не читает... Наташка, ты лучшая!).

Сели за стол, фужер за фужером, закуски разные... А молодое саперави — оно хитрое.

Кто-то говорит, на ноги действует, а голова ясная — врут! С ногами-то как раз всё отлично.

Тесть пару песен спел и вроде задремал сидя.

А тёща говорит: Мороженого хочу, эскимо.

Я вызвался в магазин сбегать. Тогда ещё магазинов на каждом шагу не было, так что это своего рода героизм — после пяти фужеров саперави в не очень знакомом городе мороженое искать. Вот тёща моя ласковая и не отпустила меня одного. Идём, говорит, вместе.

Наташка полусонно посуду моет. Мы пошли.

Честно говоря, насчёт эскимо не очень помню. Помню, тёща предложила: давай, мол, в школу зайдём (она учительница, с огромным, кстати, стажем), я, говорит, пачку тетрадей возьму, завтра выходной — проверю как раз. Ну, у меня уже хмель начал выветриваться немного, я говорю: давайте, только я вас у входа подожду. А она: Да пойдём вместе, я тебе кабинет свой покажу.

Пошли. Сторож вышел, поздоровались, она ему объяснила, открыл нам и ушёл в свою каптёрку во дворе.

Дальше опять не очень помню.

А вот это ярко: мы с любимой тёщей в актовом зале играем на пианино в четыре руки. Интересно, что я-то играть не умею, но получается вроде складно. Потом узнал, что она тоже не умеет.

И как мы пели! Сначала, кажется, «Я люблю тебя, жизнь», потом «На долыни туман» — это любимая песня тестя. На колыбельной я зарыдал и назвал тёщу мамой...

Пришёл сторож, сказал, что нам пора. Или что-то ещё случилось...

Вышли — на улице темень. Тёща говорит: Наташка нас убьёт!

Я только головой кручу, пытаюсь понять, где мы. И тут дошло, что вот он, дом, в двух шагах. И что уходили-то мы ещё в обед — куда время делось?!

Вдруг слышу: Совести у вас нет! — Наташка с тестем, уже вполне бодрым.

Они нас по всему городу четвёртый час ищут, оказывается!

Тёща: Наташа, не ругай его, мы просто в школу зашли за тетрадями!

Тесть сурово так: Что, подвиг свой захотела повторить?

Какой подвиг, думаю? Она ж незадолго до войны родилась, когда успела? Надо будет Наташку расспросить.

А тёща вдруг: Ой, а тетради-то я забыла! Вернуться надо.

Наташка её под руку с одной стороны подхватила, тесть с другой — и домой, чуть не бегом, я за ними еле поспеваю.

Зашли, тёща с порога: Ну что, ужинать пора? Идите к столу, я сейчас закуски подам и жаркое погрею. Миша, наливай!

Про «подвиг» она сама мне рассказала.

Но об этом потом.