«Зайчик», или постмодерн и концептуализм мертвы

Идея этого небольшого размышления родилась у меня при обсуждении тенденций современной прозы. 

Почему столько детской литературы «около фэнтези», манги и прочего неаутентичного? И как с этим жить?

Во-первых, во избежание домыслов и обвинений. Я НЕ СЧИТАЮ СВОЕ МНЕНИЕ ИСТИНОЙ В ПОСЛЕДНЕЙ ИНСТАНЦИИ. Не хотелось бы сводить обсуждения к сакраментальному «Да что этот ниггер себе позволяет?» Я, как отец и живой свидетель некоторых трендов, в которые пришлось углубиться, чтобы хоть как-то иметь у ребенка авторитет, просто высказываю свое частное, никого ни к чему не обязывающее мнение. Если считаете, что все изложенное — ересь — вы в своем праве. Я лишь делюсь наблюдениями.

Во-первых, почему я угробил постмодерн и концептуализм. Вопреки расхожему мнению — эти два направления не покончили с литературой. Они в некотором роде ее очистили. Потому что теперь нет направлений, нет четких жанров и жанровой специфики — лишь общение автора с читателям. И если кому-то казалось, что теория симулякра убьет повествование, то стоит признать — затея провалилась. И причин тому несколько.

Во-первых, работа авторов с нарративом вообще затея интересная лишь для специалистов. Читателям, в целом, все равно — каково соотношение первичной и вторичной реальности и что довлеет над чем. Давай сюжет, внятных героев — все остальное оставь специалистам, автор.

Так мыслит современный читатель. Да, иногда из этого выстреливают маркетинговые кадавры — но это сопутствующий урон. Условные «Сумерки» забудут со временем, а работы Геймана и Роулинг останутся с нами навсегда.

Во-вторых, внезапный спасательный круг бросило кино. Можно по-разному относиться к сериалу Lost, но он дал жизнь и новой жанровой прозе, и мистике — и самое главное — повествованию, которое становится интересным. Ведь хорошо и ладно выверенный сценарий с хорошими клиффхэнгерами и умело поддерживаемым саспиенсом — это ведь тоже почти книга. 

И в-третьих — внезапный рост расходов родителей на детский контент. Лозунг «Все лучшее — детям» вдруг перестал быть абстрактным. Мы, родители, прошедшие 90-е, действительно старались с детства приучать детей к хорошему кино, мультфильмам и т. д. Имели ли мы на это право — второй и справедливый вопрос. Но история не знает сослагательного наклонения.

И в-четвертых — в связи с тем, что многие родители много и усердно трудятся — место воспитателя занимает интернет. Многое из доступного детям контента вызывает вопросы. Даже с родительским контролем в Ютюбе можно было веселые вещи посмотреть. Но факт остается фактом — родители часто даже не знают, чем увлечены дети. А потом большие дяди всерьез обсуждают условную ЧВК «Редан». Или игру Дока 2.

Так вот из этих четырех оснований вырастает современная подростковая культура. Она кует взгляды, дает ориентиры. Родители толком и не понимают, что там вообще в голове у ребенка, откуда все эти «дэдинсайды» и прочие «Токийские гули». Поэтому просто бросают понимание — «чужие дороги, чужая страна». В лучшем случае — эрзац-понимание, типа как Стэн Марш, который слушает рэп.

Впервые я начал вникать в современную детскую культуру, когда на полках начали множиться зубастые медведи и лисы с крюками. Так я узнал про «Five night’s at «Freddy’s» и его «просто невероятный, пап, ты ничего не понимаешь» лор. Лор — это то, как современные дети называют нарратив. То есть в самой игре впендюрить повествование сложно, там диалоги сплошные и картинки. Поэтому возникает понятие лора — «Почему он пошел туда?», «Почему он сказал именно так?», «Почему эта кукла выглядит так?» Ушлые авторы специально не дают никаких пояснений, строятся колоссальные фанатские теории, в топку изредка подкидывают дровишек в виде спин-оффов или приквелов — а потом спокойно стригут купоны с фан-базы. Если проект будет достаточно успешен — пойдут и фанфики. Но и то — если контора, издающая продукт, сочтет это нужным.

Кстати, вот этот прием — повествование через окружение — я подсмотрел в играх серии «Dark Souls» — и теперь являюсь его ярым адептом. Хотя нравиться такое может не всем, признаю. Но зато я смог победить описательную многословность.

Потом были всем известные Хагги-Вагги — персонаж игрухи «Poppy Playtime» — абсолютно душнейшего хоррор-квеста с гениальным маркетингом. Он был настолько гениален, что дошел даже до больших кабинетов, что случается крайне редко с детскими игрушками. Там уже лора особого не было, но благодаря одному фактору, о котором скажу чуть позднее, игруха взлетела как надо.

И вот теперь — «Зайчик». Вообще, если взять это явление и разложить по полочкам — то получится очень противоречивая картина. Но на самом деле — все просто.

Итак, был довольно жуткий, но проходной рассказ «Зайчик». Не буду особо на нем останавливаться, поскольку от него осталось в игре совсем немного. Пара образов и один сюжетный поворот.

Дальше — группа ребят решила на базе этого рассказа сделать визуальную новеллу. Визуальные новеллы я обожаю. Это картинки с текстом внизу, где ты делаешь выборы в тех или иных ситуациях и наслаждаешься последствиями. Яркий пример такой взлетевшей игры — тоже от наших ребят, кстати — «Жизнь и страдания господина Бранте в эпоху падения блаженной империи Аркнов». Чтобы получать разные концовки — там надо прям реально думать, считать и т. д.

«Зайчик» начинался как классический кидалтский трибьют. То есть посвящение детям 80-х и 90-х. В некоторых моментах можно узнавать всякое про культовые группы или передачи тех лет. Да и вообще начало было больше в драму.

Мальчик Антон вместе с семьей приезжает в какую-то глушь. Папа то ли спасается от кого-то, то ли просто с проблемами столкнулся. Мать вся на нервах, срывается на Антоне и на его сестре. Толчком для развития событий становятся пропадающие дети. Сначала — неизвестные, а потом — и знакомые.

Но постепенно сюжет начинает двигаться в сторону хоррора. Сначала — по Кинговской классике — понемножку. То девочке привидится страшная сова, то Антон вдруг увидит танцующих в лесу зверей. А потом и вовсе в лучших традициях старика Линча Антон встречает по дороге в школу девочку Алису, которая носит маску Лисы. Девочка ли это — или какой-то дух, демон — в лучших традициях двойной мотивировки доказательства есть и тому, и другому.

А еще есть Черный Гараж, таинственный Хозяин. И маска Зайчика, которая дает Антону странное ощущение причастности к чему-то.

Очень классная вещь — которая может закончиться, в зависимости от выбора игрока и обычной бытовухой, и путешествием в какие-то потусторонние пространства. Здесь игра заруливает любой текст — ведь интерактивности у книги нет. А современные дети хотят посмотреть все концовки.

Я обещал рассказать еще об одном факторе, который очень влияет на раскрутку того или иного продукта в детской и подростковой среде. Это, конечно, летсплейщики. Без них многие проекты, особенно такие, так «Зайчик» так и остались бы нишевой историей.

Известный летсплейщик Дмитрий Куплинов с 16 с лишним миллионами подписчиков поиграл в игру, выразил свой восторг — и понеслось. Несмотря на то, что игра еще даже не вышла окончательно, она уже многократно окупилась, есть крепкая, почти полумиллионная фан-база. Да я и сам купил и с интересом слежу за продолжением — рассказанная история очень хороша.

К чему я это все говорю? Проекты движутся в сторону молодежной аудитории. Словил там хайп — стриги барыши. Причем, стоит признать — хайп поймать становится все сложнее, идет борьба за зрительскую аудиторию. Твист четвертого сезона аниме «Атаки титанов» привлек к просмотру даже взрослых, умудренных опытом людей вроде меня, заодно и подняв на рыночные вершины компанию Mappa, которая на волне успеха в параллель с довольно мейстримовой «Магической битвой» запустила хоть и довольно спорный, но очень круто сделанный сериал «Человек-бензопила».

Дети и подростки это смотрят, строят теории. Все это усугубляется тем, что многие вещи становятся культовыми и требуют определенных знаний. С наскоку этот конгломерат точно не осилить, мне понадобилось почти десять лет, чтобы более-менее разобраться. 

Но зато теперь я авторитетно могу порекомендовать ребенку что-то — и я буду спокоен, что контент хороший. Хоть и спорный иногда.