Иллюзии одного идальго
Один возвышенный идальго
на незакрытые гештальты
плевать хотел.
На старость лет, устав от грусти
и с возрастным в суставах хрустом,
нашёл удел:
свершать великие поступки,
пусть и за гранями рассудка —
не маета.
Давно созрели абрикосы,
а в деревеньке Эль-Тобосо
его мечта.
Он бил огромных великанов,
хоть и в бою том, столь неравном,
не преуспел,
и посвящая подвиг даме,
хотел бы драться и со львами,
но зверь сопел
и так из клетки и не вышел,
но главное, что сам он выжил
и цел хребет.
— О, Дульсинея — ты прекрасна!
(для многих, в сущности, неясно —
была иль нет).
Шлем снова лёг над сединою:
«Дух рыцарства — не дух застоя!», —
был им воспет.
Смотрел с улыбкой друг брюхатый,
что на «санчизмы» был богатый,
плетясь вослед.