История повторяется...
Обозреваемый фильм вышел 1998-м году. Постановку, по сценарию Дэвида МакКенны (его первая работа), выполнил англичанин еврейского происхождения Тони Кэй, для которого этот фильм стал дебютом в полном метре. Речь пойдёт о картине «Американская история X». В основе истории, рассказанной вышеупомянутыми гражданами, лежат злоключения и трансформация взглядов одного из лидеров неонацистской группировки из района Лос-Анджелеса под названием Венис-бич. Вводные следующие: высокий уровень преступности, бедность, безработица. Попустительская политика демократов способствует формированию этнических банд, контролирующих наркотрафик, проституцию и прочее. Но, кто противостоит тупым и озлобленным неграм? Не менее тупые и озлобленные ребята, которых на родине называют «белый мусор» (white trash, более художественный вариант — «белое отребье»), квинтэссенцией которого на экране стал персонаж по имени Сет, воплощённый прекрасно подобранным на эту роль артистом Итаном Сапли. Этот разжиревший, наглый и, при этом, трусливый и абсолютно зависимый от харизматичного болтуна Кэмерона Александра (по сюжету — негласного лидера неонацистов, в исполнении Стейси Кича) и главного героя Дерека Виннеярда (исполняет прославленный Эдвард Нортон) персонаж прошивает фильм насквозь, наглядно показывая всю суть претензий белой шпаны к цветным и всем, кто им не нравится. А именно, зависть и недовольство теми поблажками, которые меньшинства имеют, идеальная целевая аудитория для ультраправой пропаганды. А само противостояние суть отличный маркер ущербности капиталистической системы, где национальные, религиозные, и иные различия будут усердно поощряться финансовыми воротилами, позволяя им обесценивать и без того скверно оплачиваемый труд рабочих, эксплуатируя людей (неважно какого цвета, веры или постельных предпочтений) как можно более дёшево (да-да, пресловутый велфер это точно такой же инструмент разобщения трудящихся и люмпенизации отдельных слоёв населения, в буржуазном обществе, как и дорогостоящее образование, здравоохранение и прочие прелести «демократии»).
Отдельно стоит остановиться на персонаже Эдварда Нортона. На первый взгляд, создаётся впечатление, что имеем дело с очередной обиженкой, только более деятельным и харизматичным. То есть, очередной пешкой в руках упомянутого ранее Кэмерона Александра (артист Стейси Кич). В анамнезе, так же, наличествуют хорошая учёба в школе, неплохая работа (какая, правда, не уточняется). Потерявший отца, служащего пожарной охраны, погибшего от пули чёрного наркодилера, малый преисполняется расовой ненавистью, идеями сверхчеловечности, он развивает себя физически, и, благодаря харизме и наличию хоть какого-то интеллекта, быстро завоёвывает авторитет среди неблагополучной, расистски настроенной шпаны и становится одним из фаворитов уже не раз упомянутого Кэмерона (артист Стейси Кич). А в глазах младшего брата Дэнни (артист Дэнни Фёрлонг), субтильного молодого человека с повадками латентного пассивного педераста, так и вовсе чуть ли не небожителем.
Впрочем, вся эта шелуха быстро слетает, когда герой Эдварда Нортона попадает в тюрьму (по факту — превышение самообороны, по сюжету — непредумышленное (кагбе) убийство), где, по словам героя, он думал, что и пары недель не протянет. Там он во всей полноте осознал лицемерие и шаткость всех этих принципов белого превосходства, а остроумный чёрный балагур-напарник по работе в тюремной прачечной (исполнитель — Гай Торри) окончательно ломает его представления о мире и социальных взаимодействиях. Происходит переоценка.
Резюмируя, есть все основания заявить следующее. Оставив в стороне раазличные флэшбэки героя, где отец Дерека и Дэнни (ну, вы уже поняли в чьём исполнении) излагает заведомо шовинистические суждения, или как молодой герой Нортона переживает после гибели отца, обвиняя во всём мигрантов и негров, ну и конфликт с новым ухажёром его мамаши (евреем), мы имеем дело с довольно наивной попыткой осмыслить социальные конфликты с идеалистических лево-либеральных позиций, по типу «ну белые тоже совершают преступления против белых», «ну, кагбе, давайте объединимся за всё хорошее против всего плохого». Но показанной в фильме фактуры вполне достаточно, чтобы понять, что природа этих столкновений не расовая (или ещё какая), а классовая. И пока производство и рабочие места контролирует частный капитал, этой музыке не будет конца. Ну и жаркая сцена в тюремной душевой, в который раз нам напоминает, что из себя представляют господа нацисты (спойлер: убийцы и педерасты). За что сценаристу Дэвиду МакКенне и режиссёру Тони Кэю можно выразить уважение.