Почему я против «дайвёрсити» в учебных заведениях
В западных университетах при зачислении приоритет принято отдавать «дискриминируемым» категориям. А это: инвалиды, женщины, люди другой расы и национальности, лица нетрадиционной сексуальной ориентации. Но так ли их уж действительно дискриминируют?
В большинстве случаев факты дискриминации действительно высосаны из пальца. И большинство ограничений это не дискриминация, а проявление заботы и/или осторожности.
Например, ребёнок из Средней Азии, не знающий русского языка от слова «совсем» не сможет учиться в школе, где всё предметы ведутся на русском языке. Поэтому в сильную школу его, скорее всего, не примут. Другое дело, если он хорошо владеет русским языком, либо школа располагает классами, где русский язык изучается, как иностранный.
На некоторые вузовские специальности нельзя поступать, имея определённые хронические заболевания. Так, на геологический факультет не примут абитуриента с астмой, диабетом или дцп, например. Потому что данные болезни будут препятствовать трудовой деятельности.
Оба описанных мною случая не являются примерами дискриминации и имеют под собой разумное обоснование.
Но в плане борьбы против так называемой «дискриминации» на Западе есть абсурдные случаи.
Недавно прочла статью о норвежке с тяжелевшей формой СМА, которая борется за то, чтобы ей предоставили ассистента на время помещения занятий в вузе. Девушка учится в одном из ведущих университетов страны — Бергенском университете экономики. При этом полностью обездвижена, не может управлять руками, питается и ходит в туалет через стому. Ассистент нужен, чтобы он делал за неё конспекты на ноутбуке во время лекций, переводил её тихую и затруднённую речь (у девушки работает меньше 20 процентов лёгких) во время беседы с преподавателями, делал домашние задания, воды её руками по клавиатуре компьютера. После окончания вуза девушка планирует работать также при помощи ассистента. То есть, фактически учится и работает за неё другой человек, который получает за это деньги от муниципалитета. Тогда не лучше ли будет, если бы это место в вузе занимал полностью здоровый и автономный человек, который может вести трудовую деятельность без всяких ассистентов?
Зато у тяжёлого инвалида «полная» жизнь.
Позвольте, но я относительно здорова, и на полную катушку в целостном понимании этого слова не живу. Потому что осознаю свои моральные и физические ограничения. В зависимости от жизненного выбора ограничения были, есть и будут — без них никуда. Они есть даже у абсолютно здоровых людей. А здесь — паллиативный человек, которому возможность жить «полноценно» за счёт другого человека, которому за это платят. Кстати, миф об интеллекте выше среднего у людей с инвалидностью (чаще всего, когда речь идёт о людях с дцп или ментальными расстройствами) придуман сторонниками инклюзии, чтобы хоть как-то втиснуть инвалидов в систему общего образования. Конечно, такие люди действительно есть, но их высокий интеллект с инвалидностью никак не связан. Да и их не так уж и много.
Моя знакомая учится в колледже в Финляндии. По её словам, у них на курсе есть ребята из Африки, которые не знают финского языка вообще. При этом их не отчисляют из колледжа, потому что пресловутое слово «дайвёрсити». Если же руководство факультета решит их отчислить, то ректор учебного заведения вызовет их на ковёр из-за «дискриминации». А так, парни просиживать штаны и отчислить их не имеют права.
В России такие случаи сложно представить.
Да, африканские студенты есть, но они учат русский язык, сдают экзамены, получают дипломы. Инвалиды, если у них нет противопоказаний для освоения той или иной профессии, поступают в вузы, учатся.
А человек без знания русского языка или не соответствующий по требованиям здоровья для определённых профессий не проходит не из-за «дискриминации», а благодаря здравому смыслу.