Во глубине...
Во глубине души колодца,
Что ты открыла для меня
Увидел я вдруг лучик солнца
В далеких, темных ебенях
В чужой душе всегда потёмки,
Как канделябр не подноси,
Там мир блестит в слезе ребёнка,
Там смех на веточке висит
Там путник ногу свою сломит,
Там ужин отдают врагу,
Поет там ангел, демон воет,
Там грешник крестится в углу
Там на неведомых дорожках
Следы неведомых эпох,
Там зверь чужие кости гложет,
Там мент родился, бобик сдох
Там по одёжке вас встречают,
А провожают — по уму,
Там целомудрие в печали,
А похоть липнет ко всему!
И если где из закоулка
Тапёр вдруг пальцы разомнет,
То голос девы, как сосулька
Слезу по капельке прольёт
В потёмках этих, мама миа!
Не прислониться не присесть,
Там майна переходит в виру...
Да там всего — не перечесть!
И крикнул я из любопытства:
— Что там такое у тебя?
А эхо, звуком стенки выстлав,
Отозвалось лишь громким:. бля!
И я ушел... К чему пытаться
Пройти тот путь до Палестин?
Ты просто ведь могла отдаться
Без всяких таинств и глубин!
Не спелеолог я, не драйвер,
Не даже анти альпинист,
Мне тяжело обратно — наверх
Зато легко на жопе — вниз!