ВСТРЕЧА
— Ты будешь приходить ко мне на могилу? — часто спрашивал меня мой друг. Не знаю, почему он думал, что скоро умрет. Но он не ошибся. Вначале я ходил к нему. Потом как-то перестал.
— Будешь столько пить — отправишься на тот свет, — предрекали мне родители. Странно, но они тоже не ошиблись.
Не помню, с кем я тогда бухал в «Кокосе». Не помню, как уходил, как добирался домой и как завалился в кровать.
И того белого коридора, о котором все говорят, я тоже не помню. Но я очнулся, лежа на земле, среди какой-то пожухлой травы. Откуда-то тянуло дымом. Было холодно. Мой друг стоял надо мной.
— Привет, Эд, — улыбнулся он. Не думал увидеть тебя так скоро. Эх, говорил же я тебе, — и он укоризненно покачал головой.
— Привет, Саня, — ответил я. А где это мы?
— Ну где я, ты знаешь. Как говорилось в рекламе, «Try an educated guess».
Я сел. Все было окутано густым туманом, в нем угадывались человеческие фигуры. Когда они подходили ближе, я мог различать лица и узнавал некоторых из них. Со мной поздоровался молодой парень в солдатской форме. С трудом, но я вспомнил армейского сослуживца, утонувшего в свое время по пьянке. Рядом с ним стояла девица, в которой я узнал Марину, свою повзрослевшую одноклассницу.
Как-то мы с ней целовались после дискотеки, до более серьезного не дошло (чертов квартирный вопрос). Потом она уехала поступать в Москву, и по слухам, лет 5 назад разбилась — то ли в авто, то ли в авиакатастрофе. Следующим из тумана вышел Леха, как всегда с улыбкой до ушей. На нем был тот же галстук, который он пару лет назад, стоя на табуретке, привязал к торчащему из стены крюку.
Кажется, многое прояснялось. Да фактически все.
— Послушайте, — спросил я. А как здесь с выпивкой? Саша покачал головой.
— Понимаешь, Эд, здесь что-то появляется, когда нас вспоминают, или приносят что-то на могилу. — В последнее время, — вздохнул мой друг, — у меня с выпивкой негусто. Сам понимаешь...
— От него дождешься, как же, — пробурчал подошедший невзрачный мужичонка в потертом пиджаке. Приглядевшись я вспомнил его — он постоянно ошивался у ларьков, сшибая на пиво или, чаще, аптечный спирт. Последние несколько месяцев я его не видел.
— А, вот ты где — приветствовал я его. И здесь шару сшибаешь?
— Посмотрим, что ты сам будешь тут сшибать, — ехидно ответил он.
— Ну, ладно, Эдик, пошли, — протянула Марина, шагнув вплотную ко мне. Вместе с ней ко мне подошла бывшая коллега по работе, уволившаяся месяца три назад.
— Черт, а она-то когда успела?
— Ну, как говорится, welcome. Леха, шагнув вперед, протянул мне руку. Вставайте, граф,...
— Стой, — резко оборвал его Саша. Смотри, за ним же не закрылась дверь. Эд, сваливай отсюда сейчас же!
Мои мертвые знакомые заговорили одновременно, я огляделся. Никакой двери я не увидел.
— Ну же, — подгонял меня Саша.
— А где? — спросил я, только сейчас ощутив страх. Марина, сослуживица и Леха что-то кричали мне, я не мог разобрать, пока не услышал четкий голос Саши.
— ПРОСТО ВСТАНЬ И ПОТУШИ СИГАРЕТУ!
Комната была все в дыму, одеяло уже начало тлеть. Я затушил его, и открыв окно, лег в соседней комнате.
На следующий день, похмелившись пивом, я взяв литр вермута, поехал на могилу к Сане. Который еще при жизни предостерегал меня, говоря, что привычка набухавшись, курить в постели до добра не доведет. Да там и Леха недалеко.
Друзей забывать негоже. И я знаю — когда-то я с ними обязательно встречусь.
1999