Игра в ритм

«Мама мыла раму», - диктует Марья Ивановна.

«Папа курит «Приму», - отзывается Вовочка с задней парты и гордо выходит из класса.

Такова естественная детская реакция на ритм, и наш подрастающий лирический герой освоил нечто более сложное, чем хорей, - логаэд по схеме Сс сС сСс как подходящую мантру для рассказа о родительской ссоре.

Легко услышать, что рассказ уместился в три четверостишия, но невозможно увидеть из-за оправданно оригинальной авторской строфики: последовательное повествование предельно удлиняет строку, эмоциональные акценты и кода предельно укорачивают. Так Автор возвращает нас к содержанию, снижая монотонность ритмической долбилки.

Специфика детской речи диктует простенький синтаксис и почти полное отсутствие тропов поэтической речи. Брать читателя приходится смещением оптики: мир глазами ребёнка выглядит иначе.

«Чтобы общаться с папой, ей переводчик нужен». Хорошо, но это цитата из Взрослых. Недокрут.

Пельмени в тарелке лежат серьёзней. Если это вчерашний ужин (ведь сваренные пельмени съедают сразу), то ночевал ли вчера папа дома? Что ж, от сына он получит по полной: «Папа довольно старый. Папе уже за тридцать». О да, начинать гулять налево в этом возрасте уже поздно. Гвоздь стиха!

В целом же опус Транки – одна из наиболее обаятельных работ последнего времени в редкой на «Альтерлите» формальной поэзии с элементами наива.