Трудно быть дедом

Утро не радовало, куда ни сверни – пробки. Они будто преследовали Серёжу и его деда, прятались за поворотами, поджидали у светофоров. Центр Петербурга стоял, машина раскалялась на солнце, старик распалялся от негодования. Он бухтел и бухтел, и всё меньше было в его словах здравого смысла, будто тот испарялся вместе с потом. Кондиционер включать не разрешал – дует. Окна открывать не давал – воняет. Примерно так Серёжа представлял себе ад – жара и обвиняющее дедово брюзжание. 

В конце концов, они бросили машину и спаслись в метро.

– Ты вспомни, Серёженька, когда я в детстве тебя на работу возил, мы никогда в этих пробках не стояли, я всегда по нужной дороге ехал, а ты, лоб здоровый, вырос, а всё не знаешь…

– Раньше пробок не было, чего ты сравниваешь, – перебил Серёжа.

– …как правильно до работы добраться, чтобы деда не по метро таскать, по ступенькам, с больными-то ногами, а комфортно в кресле, ведь я тебя возил, теперь и ты меня повози, но нет, ты никак…

Дед не хотел слушать Серёжу, Серёжа уже не мог слушать деда, поэтому стал слушать стук колёс о рельсы. «Тыдым-тыдым?» – спрашивали одни колёса. «Тыдым-тыдым» – тут же отвечали другие. «Тыдым-тыдым?» «Тыдым-тыдым». Вопрос – ответ, вопрос – ответ. Просто, чётко, без истерик. Как же это правильно, как же это успокаивает.

– Дед, слышь, дедуль… Дед! – Серёжа тоже решил попробовать простой диалог. – Глянь на рекламу, что думаешь? Говорят, скоро этот интеллект большинство людей без работы оставит.

Рекламный стикер призывал купить бытовые приборы с искусственным интеллектом.

– Да тебе лишь бы не работать, конечно, пусть железяка за Серёжу поработает… – снова забрюзжал старик. – Не дождёшься! Нас точно никакой робот не заменит.

Да, нас-то точно. Серёжа на мгновение представил спрашивающего робота, улыбнулся.

Дед задумался, заволновались морщины на его лбу. Потом заговорил тихо, будто сам с собой:

– Тема вообще интересная, про развитие этого, искусственного интеллекта. Есть потенциал. Надо будет спросить об этом.

– Сегодня?

– Нет, на сегодня забито уже. Проплачено три вопроса от соцсетей.

 Когда дело касалось работы, старик сразу собирался, говорил чётко и по делу, никакого лишнего ворчания. 

Вышли из вестибюля Чернышевской, навалилась жара. Лица сморщились, глаза – щёлки.

– Может такси?

– Может, тебе зарплату урезать, Серёженька? Денег много стало? – Дед недовольно поморщил нос, добавив эти морщины к морщинам от солнца и вообще, от старости. Его лицо от этого стало маленьким, зато борозды на нём – хоть свеклу туда сажай.

– Так ноги же больные, говорил…

Старик отмахнулся.

Пошли пешком. Дед внешне торопился, но передвигался медленно. Всё-таки дед.

– Если подумать про технологии… – продолжил он начатый в метро разговор. – Опасно это всё… К примеру, купил ты на наши деньги дурацкий робот-пылесос…

– Да что опять-то! На свои я его купил! И он реально офис убирает. Ты же уборщицу не хочешь к нам пускать, а по коридорам пыль катается…

– А робот твой за мной катается, ты заметил? Куда я, туда и он!

– Это паранойя, дед.

– Это факт! Вчера хотел за мной в туалет заехать, я еле дверь закрыл, такой настырный. А недавно ещё было, я прилёг в кабинете подремать, потом ноги спускаю, а он как напрыгнет из-под кушетки! Напугал до смерти!

Серёжа вздохнул. Что тут сказать – тяжело быть старым и бояться всего нового. Раньше старик с техникой лучше ладил.

– Правда, страшно! – продолжал дед. – Я боюсь восстания машин и у меня на это пять причин…

Серёжа засмеялся.

– Ну ты шутник! Сам придумал? Это ж как в песне этой, как её…

– Какая песня ещё, балбес! Чё ты лыбу давишь? Говорят тебе – пять причин. Первая причина – это ты…

– Да ты прикалываешься!

– Заткнись уже и слушай, специально злишь меня? Ты – потому, что если угробит меня твой пылесос, как ты жить будешь? Дело семейное под откос пустишь!

– Да живи ты сто лет, дед, что ты всё вечно… – отмахнулся Серёжа от старика. – Ладно, а вторая причина какая? Все мои мечты?

– Знаю я твои мечты идиотские: бабы, бабы, разные бабы, по отдельности, одновременно, скопом…

– Да с чего… Погоди, ты что, спросил?

Дед не ответил. Молча шагал и на внука не смотрел.

– Ну, дед… Просто слов нет! – кипятился Серёжа. – Что ж лезешь-то в личное! Да как… Хотя знаешь, даже лестно, что ты потратил вопрос на меня!

– Спросил, и что? Имею право! Я должен знать, с кем работаю, что там у тебя в голове!

– Так спросил бы меня самого, дед! Поговорил бы хоть раз, как с человеком!

– А ты б разве сказал, Серёженька?

***

Дотащились до офисного центра, поднялись на арендованный этаж. У входа стоял с посылкой недовольный курьер.

– Полчаса жду, – буркнул он. – Распишитесь. Смотреть будете?

Дед взглянул на коробку, потом на часы, торопливо открыл дверь офиса и скользнул внутрь. Серёжа протянул курьеру сотку:

– Извините за ожидание. Пробки… Давайте сюда.

Прижал к груди неожиданно увесистую посылку, открыл тяжёлую дверь, просочился вслед за дедом, который мог бы и помочь, но как же, скорее всего уже в кабинете на кушетку завалился.

Серёжа с коробкой прошагал мимо двери с табличкой «Кабинет», не взглянув на неё. Прошёл мимо двери с табличкой «Склад». Мимо двери с табличкой «Раздевалка». Остановился перед дверью с табличкой «Девственницы». Ничто так не выдавало в деде бывшего военного, как привычка маркировать помещения.

Глубоко вдохнул, быстро выдохнул, распахнул дверь. Вошёл.

– Девочки, вам посылочка! – нарочито бодро прокричал Серёжа. Что? Ничего. Тишина. По узкому коридорчику он сделал три гулких шага до массивной решётки от пола до потолка. Оглядел через неё комнату. На кроватях, отвернувшись, лежали четыре закутанные с головой в одеяла тела. Серёжа снял замок, открыл решётку, ногой пихнул коробку в комнату, быстро закрыл решётку и навесил замок обратно.

– Посылка, говорю! – крикнул он через прутья. – Чего вы дуетесь? Всё заказал по вашему списку: бельё, гигиену, шоколад, диск с сериалом. Чего вы? Кровь-то хоть сдавали сегодня?

– Иди к дьяволу! – глухо из-под одеяла пророкотала одна из девушек, Ира.

– Я-то пойду, кровь сегодняшняя где?

Неожиданно Ира отбросила одеяло, вскочила с кровати, подбежала к решётке и принялась её трясти.

– За-бас-тов-ка! За-бас-тов-ка! – ритмично шатала она прутья.

Серёжа отпрянул назад, даже немного испугался, вот же чокнутая баба! Оставшиеся обитательницы комнаты встали у Иры за спиной.

– То есть крови сегодня нет? Да вы чего? – удивился Серёжа. – Вика, Лена, Марина Олеговна! И вы туда же? Ладно эта, бесноватая…

– Мы вам не дойные коровы! Мы требуем выпустить нас не-мед-лен-но! – трясла Ира решётку.

– Да! Точно! – поддержали остальные девушки.

– И вы знаете, что это не-воз-мож-но, – парировал Серёжа.

– Ладно, – быстро согласилась Ира, – тогда мы требуем прогулки во дворе!

– И интернет! – добавила Вика.

– И ежемесячные осмотры врача, пожалуйста, – попросила Марина Олеговна.

– И новый бойлер, большой. Нам горячей воды мало, – скромно прошелестела Лена.

– А иначе что? – с ухмылкой осведомился Серёжа у Иры.

– Иначе мы будем дей-ство-вать! – затрясла решётку действенница.

– Интересно, как? – хмыкнул Серёжа.

– Мы будем действовать тем, что будем бездействовать!

– Да! – поддержали остальные девушки.

– Хрен вам, а не кровь наша!

– Да!

Серёжа пожал плечами.

– Слушайте, это же глупо. Мы своё возьмём, так или иначе. Да, вы девушки ценные. Сложно найти, легко потерять. Две-три минуты и всё, ваша кровь нам уже не понадобится, если вы понимаете, о чём я. Но! – Серёжа угрожающе поднял палец. – Заменить вас сложно, но можно. Или вы думаете, что если жертвоприношений давно не было, то их больше не будет? Забыли, как её, эту… Соню?

Девушки попятились вглубь комнаты.

– Давайте так. Чтобы через пять минут норма крови была здесь, у решётки. А мы подумаем про бойлер. Идёт? Вообще, скажите спасибо, что деда не позвал, совсем другой разговор сейчас был бы.

– Да уж… Яблоко от яблони недалеко падает, – пробурчала Ира.

– А гусеница от гуся недалеко уползает, – бодро парировал обвинение Серёжа.

– Чего?

– Чего? Я думал у нас новый пароль-отзыв, нет?

– У нас и старого-то не было, – растерялась девственница.

– Вот и не надо.

Серёжа поскорее вышел, пока оглушённая абсурдом девушка не начала требовать ещё чего-нибудь. Это ж надо, сравнила его с дедом, с этим самолюбивым злыднем! А вообще, славно разрулил. И главное – сам. Бойлер так бойлер, мелочи.

Довольный, он открыл дверь с табличкой «Склад», выпустил оттуда робот-пылесос. Пусть и он трудится. После зашёл за дверь с табличкой «Раздевалка». Дед был там, уже заканчивал облачение.

– Где ты шляешься, Серёженька? Кровь забрал?

– Через пять минут будет. Проспали девчонки…

– И как работать с такими людьми, – забрюзжал дед. – Меня окружают идиоты… Переодевайся пока, чего стоишь.

Сергей снял одежду, аккуратно повесил в шкаф. Стыдливо избавился от трусов и на голое тело надел чёрную, расшитую красными символами широкую рясу, такую же, как у деда.

После вернулся к девушкам: возле решётки стоял стакан с кровью. Девственницы сидели на кроватях, тихонько разговаривали о чём-то. Увидев Сержу в облачении, сразу замолчали и опустили глаза в пол.

– Да вы не расстраивайтесь, девчонки! Вон, – он показал на посылку, – сериальчик посмотрите, чего вы.

Ира начала распаковывать коробку. Серёжа вышел.

Он торопился, он бы даже побежал, если бы не опасность наступить на длинные полы хламиды, упасть и разлить кровь. Хуже этого ничего и придумать было нельзя.

В тупике офисного коридора Серёжа прошёл между створками старой высокой двери без таблички и попал в просторный зал с высоким потолком и без окон. В центре зала уже суетился дед, он сыпал соль из мешка по заранее начерченному кругу.

– Серёженька, ну что ты стоишь? Поливай кровью и давай на этот раз ровнее, без разрывов.

Серёжа стал тонкой и по возможности ровной струйкой лить из стакана поверх соли. Скоро он догнал деда, и круг они замкнули вместе.

Дед внимательно осмотрел пентаграмму и символы внутри круга, краской подправил стёртые, расцарапанные и обгоревшие с прошлого раза. Серёжа осмотрел внешние символы – эти целы. Зажгли чёрные свечи, разошлись по местам, натянули капюшоны и приступили к ритуалу. Серёжа с выражением читал непонятные слова из огромного, обтянутого кожей фолианта. Старик голосил по памяти.

В круге стало туманно, потом дымно. Серёжа оторвал взгляд от книги. Плотный дым какого-то персикового, неприятного цвета клубился от пола до высокого потолка, будто в цилиндре. Зрелище напомнило колбу бульбулятора, только огромную. Кумар внутри колбы уплотнился до ваты, фигура становилась всё чётче и чётче, пока не возник он – демон во всей красе.

Такой появился впервые. Он оказался побольше предыдущих, красная морда злее, рога витиеватее, но что по-настоящему удивило – был весь в золоте, будто Климт рисовал. На мощной груди золотая кираса в греческом стиле, под ней юбка из золотых пластин, золотые наплечники, золотая защита на ногах. Если бы не рога, может, налез бы и золотой шлем на башку, а так просто позолоченные рога. Невидимые границы «колбы» сжали плечи здоровяка, он попробовал вытянуть за предел руку – не вышло, проверил на прочность кулаком – бесполезно.

– Чего так тесно?! – взревел пойманный демон. И зачем они всегда такие громкие?

– А ты чего такой нарядный? – ответил дед вопросом на вопрос. – Праздник у вас там какой-то?

Демон презрительно взглянул на старика, взглядом показав, что червь ответа не достоин. Но всё же ответил.

– Точно подмечено, Семён. Именно что праздник.

– И какой же, если не секрет?

– Отвечу, не скрывая: в Гуанчжоу Хи Юань засмотрелся на свою коллегу, Нюэин, а Свету Чебаткову из Серпухова вчера впервые ударил муж, кроме того, в центре Петербурга пробки, ну, и некоторые родственники не смогли найти общий язык.

– И такой ерунде вы там у себя радуетесь? – удивился дед. – Измельчали как-то ваши каверзы…

– Так и людишки измельчали, Семён.

Дед посмотрел на Серёжу.

– Твоя правда, рогатый.

Демон слегка улыбнулся.

– Зачем призвал?

– Тебе другие не объясняли, что ли? Мы вас призываем – вы отвечаете на вопросы. Мы продаём полученную информацию, информагентство у нас. Всё просто. По договору вызываем вас не чаще, чем раз в три дня, чтобы от дел не отвлекать. За это вы правдиво отвечаете на десять наших вопросов. Просто.

– На три вопроса! – рявкнул демон.

– О, всё-таки знаешь о договоре. Давай тогда... Сейчас…

Дед закопошился, достал толстую тетрадь, залистал.

– Ага, вот… Значит, первый заказ от портала «Одноклассники». Выбран голосованием, большинством пользователей, самый популярный вопро-ос… Итак, отвечай, демон: Дима Билан – гей?

Рогатый тупо уставился на деда.

– Чё? Что это за…

Серёжа решил помочь:

– Ты может не знаешь, кто такой гей? Я могу об…

– Я знаю, что означает это слово, идиот! – прогрохотал демон. – Я всё знаю! Ведаю прошлое и настоящее! Могу ответить на любой вопрос, объяснить устройство мира, раскрыть величайшие человеческие загадки! А вы смеете спрашивать меня об, – он запнулся, – этом? Идиоты!

– За загадки вселенной нам не платят, – пояснил дед. – А за эту заплатят. Вопрос ты услышал, договор знаешь. Твой ответ?

Демон молча смотрел деду в глаза. Скрежетал зубищами. Когти на лапах яростно царапали пол. Он молчал минуту, потом ответил:

– Иногда.

– Вряд ли это устроит заказчика, ну да ладно. Запишем: «да». Где доказательства тех случаев, когда вот это иногда?

Демон рассказал. В профиле одного пользователя сети есть вчерашнее селфи из клуба, на заднем фоне этого селфи случайное доказательство. Дед проверил, сохранил, похвалил.

– Продолжим. Второй вопрос от канала «РБК»: «Идея для стартапа, вот только чтобы точно, сто процентов», – дед оторвал взгляд от тетради. – Твой предшественник, кстати, удачно подсказал в прошлом году по маскам и градусникам. Давай что-нибудь такое же.

– Это несложно, – скривил рот улыбкой демон. – Рекомендую изготавливать шкафы-трансформеры, которые легко пересобрать в гробы.

– Думаешь, такие шкафы будут популярны?

– Шкафы, может, и не очень, зато гробов понадобится множество! – рогатый захохотал. Хохотал он долго и так заразительно, что Серёжа с дедом тоже начали улыбаться, а после и смеяться вслед за демоном.

– Ха-ха-ха! Множество, представляешь? – не унимался тот. – Повсюду, ха-ха-ха, везде нужны гробы, и там, и там, ха-ха-ха! Поняли, да? Поняли в чём шутка?

– Ха-ха-ха! Не, не поняли, – признался Серёжа, захлёбываясь смехом. Посмотрел на деда, тот хихикал и качал головой. Посмотрел на рогатого. Тот неожиданно посерьёзнел.

– Сейчас поймёте, – злобно проскрежетал он. Между его ногами, натыкаясь на когти, ползал робот-пылесос. Части соляного круга не было, в защите образовалась полуметровая щель.

Демон просунул туда голову, только рога не пролезли. Вылупился на старика, с шумом втянул воздух…

Серёжа прыгнул на деда, повалил его и очень вовремя – столб огня из пасти демона напрочь испортил дорогую звукоизоляцию на стене, как раз в том месте, где старик только что стоял.

– Вот, сука! – удивился дед. – Отступаем, Серёжа!

Они бросились к приоткрытым дверям, потом бросились в стороны от дверей, потому что по ним целил рогатый огнемёт. Двери уничтожило плазменным штормом, люди не пострадали. Выбежали из зала, укрылись за дверью с табличкой «Склад», за мешками с солью. Огонь шумел уже в коридоре офиса. Что-то хлопнуло. Зазвенели осколки стекла. Дед отдышался и прокряхтел:

– Ух, бля! Как в Герате в восемьдесят шестом! – он повернулся к Серёже. – Какого хрена там оказался пылесос, объясни мне!

– Не знаю, этого не может быть, не может быть совершенно! Я не вносил зал в список для уборки! Несколько раз проверил! Он никогда там не ползал, никогда, никогда! Сегодня впервые, клянусь!

Серёжа вцепился деду в плечи, затряс и в ужасе заорал:

– Что делать, дед?! Нам хана!? Нам хана! Нам полный… – дед пощёчиной прекратил панику.

– Не ссы, Серёженька! Повезло, что рогатый весь не выбрался… Действуем по плану чрезвычайной ситуации. Так. Будем восстанавливать круг. Нужна соль, – он похлопал по мешку, – её дохрена. Нужна кровь. Нужны какие-то щиты и огнеупорные костюмы, чтобы подобраться к зверю. Так. Ты – к бабам за кровью, я – в кабинет за костюмами. Встречаемся в центре принятия решений.

– Это где? – всхлипнул Серёжа.

– Это здесь. Всё, пошёл!