Пятистенок

Покосилась изба-пятистенок
да бурьяном порос палисад.
И накрыли из прошлого тени,
словно шалью, унылый фасад.

Выше роста стеной разнотравье
захватило былые дворы.
Здесь давно уже косы не правят,
и давно не стучат топоры.

Тишина. Лишь гудение шмеля
сквозь бои одичавших котов.
Запах прели с пустых подземелий
у церквушки без глав и крестов.

Омертвелое русское чудо
затаилось в безбрежных лугах…
Что-то сердцу становится худо
до предательской дрожи в ногах.

Сквозняками качаются двери,
режет уши их жалостный стон.
И глазам так не хочется верить,
но, увы, это явь, а не сон.

Разрушается чья-то обитель…
Мелом — надпись в светлице пустой:
«Дом ничейный. Кто хочет — живите».
Да вот только не хочет никто.

Дребезжит безнадёги телега,
расплескав чистых луж озерца.
На столешнице — крепкий мой «лекарь»,
что врачует пустые сердца.