Истерики Алисы
Гневливость от отца, театральность от матери, собственный эгоизм окончательно сформировали характер девочки к шестнадцати годам. Гремучая смесь амбиций и истерик, Алиса Курышкина, перешла в одиннадцатый класс. Последний класс в школе - подходящий полигон для демонстрации ярких черт характера. Учителя в этот период тоже на пределе, не сдерживаются. Им нужно обеспечить высокие показатели на фоне неоднородной успеваемости. Нервные системы работают на повышенных оборотах и, нередко, срываются. Учителя экзаменами пугают, как могут. Людям, хорошо сдавшим экзамены, обещают прекрасное будущее. Остальным обеспечена бесславная жизнь, полная провалов и разочарований. Учителя, готовые на любые уловки, открывают ящики Пандоры и позволяют учащимся вести себя раскрепощённо. Не стесняться в проявлении собственных бойцовских качеств. Алиса к экзаменам подошла с хорошей академической и истерической подготовкой и была готова продемонстрировать обе.
Когда родители спохватились, какой неординарной личностью выросла дочь, что-то скорректировать было уже поздно. Девочка давно заправляла их моральным духом, раскачивая его от эмоционально подъёма до резкого падения в депрессивную яму. Методами регулирования отношений дома были шантажи, истерики и спекуляции. Алиса умела показательно падать в обмороки, рыдать до нарушений дыхания и других, внешне пугающих, недомоганий. Девочка обладала сверхмощными способностями доводить до нервных срывов всех. Равнодушными оставались лишь те, кто не попадал в поле её зрения.
Всё, конечно, неспециально. Истерику ради истерики закатывает тот, кто не умеет увидеть личную выгоду. Алиса умела, она себя оправдывала в любой ситуации. Доводить людей до исступления («крайняя степень возбуждения, при котором теряется самообладание») сложно. Нужно мощная внутренняя закалка. Кому, например, добровольно захочется наблюдать ответную паническую атаку матери, вызывать для неё скорую помощь и выслушивать обещания «не пережить выпускной класс дочери»? Алисе этого, если разобраться, не хотелось. Поэтому вела себя экзальтированно девушка неосознанно. Может быть, даже случайно, в качестве ответа на провокацию.
Провокацией могло стать любое слово. Алису расстраивало любое неподчинение. В беседе с провокаторам у Алисы включался механизм самовзвода, когда хотелось спорить громче, доказывать противоположную точку зрения и непременно получить обратную связь. Лучше бы психоз. Но рядового взвинченного состояния собеседника тоже вполне достаточно. Коммуникацию можно заканчивать тогда, когда у матери затрясутся руки, побагровеет лицо и пропадёт голос. На этой стадии дебаты можно считать завершёнными. Собеседник информацию получил, она обрабатывается. Прединфарктного состояния матери достаточно, чтобы почувствовать удовлетворение: неосознанное, возникшее где-то глубоко в душе, приносящее облегчение, удовлетворение от победы.
Вечно взволнованная девушка Алиса не знала, что такое покой. Незначительное впечатление вызывало у неё то экзальтированную восторженность, то агрессивную подавленность «всё равно все умрём, зачем учиться и ужинать». Менять характер в одиннадцатом классе уже поздно. Его поздно менять в любом возрасте.
Алиса обладала стойким убеждением, что все должны ей подчиняться или учитывать её мнение. Других расстановок не принимала. Она поделила людей на два лагеря - доброжелателей и врагов. От первых требовались одобрение и поклонение. Остальных, желательно, четвертовать. Но и без этой крайней меры они пожизненно заносились в книгу ненависти.
На ненависть тратится много энергии. Когда мать ведёт себя, как мышь, и придраться не к чему (редко, но бывает), Алиса рандомно вытаскивает кого-нибудь из этой книги и вспоминает обидчика до исступления. При этом лицо девушки багровеет, руки трясутся. Мать, разумеется, должна душевно включиться в переживания дочери и поддержать. Если при этом её давление не подскочит, значит, мать не подключилась и не поддержала. Это будет ошибкой. Лучше подключаться сразу, чтобы пережить трагикомедию вместе. Иначе дочери не полегчает. Истерика не закончится. К подключению вопросов нет. Ради детей люди готовы жертвовать покоем, жить на их волне или натурально подыгрывать. Вопрос в другом: на сколько ещё хватит сил организма, если в тридцать шесть лет (Алиса ранний, желанный ребёнок) у матери уже есть неуправляемая гипертония, транзисторные ишемические атаки и бессонница.
На вопрос ответа нет, потому что на носу выпускные экзамены. И Алиса попросила никому не расслабляться.