Нудибранч и Амфибрахий удаляются от дел мирских
Амфибрахий шлёпал по густому красному морю в поисках Нудибранча. Искать его долго не пришлось — тот сидел на кружке багровой пеперонины, пошевеливая вторичными складками. Амфибрахий залюбовался на прозрачно-синие фибры ложножабер друга, гармонизирующие с общим фоном красноватого пейзажа. Он примостился рядом на круглом краю, смазанном папрично-оранжевым жиром. С моря сладко поддувало базиликом и другими морскими запахами. Одинокая чайка снялась с ленивого белого острова плавленой моцареллы и задрейфовала на ветру.
— Сидишь? — спросил Амфибрахий.
Друг вздохнул и ещё сильнее понурился.
— Сижу, — шмыгнул он носом и передёрнулся всем телом. — Всё как-то… обрыдло, что ли.
— Да ладно, — зевнул Амфибрахий. — Живём… и хорошо живём. Даже замечательно. Другой такой пиццы с грибами не найти.
— С грибами! — встрепенулся друг. — С грибами! А ты их видел, эти грибы? Кто-нибудь когда-нибудь вообще видел такие грибы? Жёлтые, волокнистые!
— Эй-эй, голожаберный, — встревожился Амфибрахий, но распалённого Нудибранча было не остановить.
— Сладкие! Сладкие грибы! Где ты такое видел, скажи! А, может, это и не грибы вовсе! А ана…
— Молчать! — рявкнул Амфибрахий.
Нудибранч замолк, тяжело дыша.
— Надо же немного различать, что стоит говорить, а что не стоит, дорогой, — сухо сказал Амфибрахий. — Ты же хотел идти к Великой стене? Вот и пойдём лучше к ней. А про грибы не надо… Лишнее это. Вот совсем лишнее.
Они сошли с кружка пеперончино и в молчании направились на запад. Великая стена теста вздымалась далеко у горизонта загорелой взгорбленной грядой. Незаходящее за неё солнце жарило нещадно.