Последняя дырка

В крылатке и цилиндре набекрень,

Кудрявый барин, набираясь прыти,

Лечил в возке похмельную мигрень,

Бубня стишок о бабке при корыте.

 

Тем ранним утром, белым, словно мел,

Он отъезжал с заснеженной Фонтанки,

И вспоминал всех тех, кого имел

Со скуки, по любви, или по пьянке.

 

Бесхитростных желаний чехарда

В анналы пьянства, похоти и лени

Записывалась с лёгкостью тогда,

Не зная о коварности шагрени.

 

Теперь же что к Talon, а что в гальюн —

Нигде не ждут ни Кюхля, ни Каверин.

Минуло время, где силён и юн

Он был, неудержим и неумерен.

 

Творило вдохновенье волшебство.

Любые двери были им открыты.

И барышень влекло на уд его,

Как сорок дочерей царя Никиты.

 

А нынче речка в доме ледяном.

Бразды взрывают лёгкие копыта.

Но не унять ни скачкой, ни вином

Обид от пасквилянта-содомита.

 

И песня о замёрзшем ямщике,

В глухой тоске по няне и по кружке,

Течёт, как будто сперма по щеке

У первой одноразовой подружки.

 

Но вот и мост. Два бронзовых орла.

Блеск эполетов, парочка штафирок.

Здесь станет дырка чёрного ствола

Последнею из многих жарких дырок.