Минус тринадцать (Пиковый телохранитель)

Дамочка была что надо.

Упругие ножки начинались если не от ушей, то от ключиц точно, размер бюстгальтера, который клиентка не носила, я определил как третий. Полные губы подкрашены ровно настолько, чтобы акцентировать внимание, но не лишать законного восхищения классический носик и выразительные карие глаза. Облегающее платье мало оставляло на долю фантазии, разве что безнадежные попытки вообразить более сексапильную фигурку. Разумеется, на две трети эта роскошь — результат усилий хорошо оплачиваемых косметологов и визажистов, а настоящий возраст дамочки лет на десять выходит за рамки моих обычных интересов. Но зачем придираться? Лучше расслабиться и получить удовольствие.

Хотя бы от созерцания совершенной красоты, которую вполне может позволить себе супруга миллионера.

Дамочка взглянула на маленькие часы с изумрудной россыпью на циферблате. Гибким движением высвободилась из кресла, подошла ко мне.

Тренер по шейпингу наверняка получает не меньше косметолога.

— Пора?

— Еще несколько минут у нас есть, — я тоже покосился на часы. Не эксклюзивные, но и не дешевые.

— Ненавижу ждать, — клиентка понизила голос до глубоких перекатывающихся ноток. Положила руки мне на плечи, прижалась. Я обнял ее, сомкнув ладони четко в области талии.

Инструкция предписывает вступать с клиентом в тесный физический контакт за пять-семь минут до пи́ковой точки. Заученным приемом я позволил телу чуть изменить положение, снимая напряжение мышц. Дамочка затихла, уткнувшись мне в грудь. Но ненадолго:

— А тебе не кажется, что лежа будет удобнее?

Желание клиента — закон; благо, кровать стояла в этой же комнате. Дамочка дернула застежку платья, досадливо хмыкнула и неожиданно отступила на шаг, высвободившись из моих рук. Перед самой точкой?! Да это как отложить парашют перед распахнутым люком в самолете. Я изумился настолько, что несколько секунд промедлил, прежде чем возобновить контакт, уже в горизонтальном положении и без пиджака, стянутого ловкими ручками.

— Теперь можешь обнять меня покрепче! — жаркий шепоток в ухо был приятен. — Я отпустила прислугу. Во всем особняке только мы, и больше ни...

Просто замечательно, если в доме на самом деле не было ни души, кроме нас. Потому что единственным местом, где в хаосе бетонных обломков, гнутой арматуры и покореженных труб могла уцелеть хрупкая человеческая плоть, был закуток под вставшими «домиком» плитами перекрытий. И кровать заняла его целиком.

Грохот рушащегося особняка стих. Стало спокойно, темно, пыльно и почти уютно.

— Вот стервец подрядчик, все же сэкономил на фундаменте, как Фрэнк и подозревал! — почти восхищенно сообщила дамочка. — Ну, служба безопасности мигом найдет, и... что с ним сделать, милый?

Тон резко изменился, пальчики, только что оставившие на моих плечах полновесные синяки, начали ласковое путешествие по груди. Пока нас откопают, пройдет не меньше часа, так почему бы нет? Заслуженный бонус к высокой зарплате, которую я уже отработал.

***

Систему пиковых точек открыли в ходе научного эксперимента в совершенно иной области, как побочный эффект — так оно чаще всего и случается. Совмещение генетической карты человека с некоторыми... ну, скажем для простоты, поддающимися учету проявлениями антиципации, позволило составлять персональные прогнозы несчастных случаев. С точностью до дня, часа и минуты. И с определением степени опасности: минус пять делений по шкале, разработанной для удобства вычислений — телесные повреждения средней тяжести. Минус семь — жесткая травма с последующей инвалидностью. Минус десять — вероятность летального исхода процентов на девяносто, минус двенадцать — гроб с музыкой без вариантов.

Предупрежден — значит, вооружен? Увы, на практике выяснилось, что избежать пиковых точек невозможно. Никаким способом. При любых мерах предосторожности. Никому. Точнее, почти никому — один-два счастливчика на миллион все же находились.

Казавшееся перспективным открытие обернулось кошмаром точного знания, когда твоя жизнь закончится обрывом в боль и беспомощность. Или в бесконечность.

Неясным оставалось одно — что случится. Но это «что» было неотвратимым, как удар божьей десницы. Если бы люди еще всерьез верили в Бога.

Альфредо Баррера, отважный вождь повстанцев, накануне пиковой точки спешно бросил братьев по оружию в прокаленных солнцем горах и отбыл на прикупленную по случаю виллу в Адриатике. Где его и пристрелил внезапно сошедший с ума охранник. То, что этим охранником был его молочный брат, которому вождь доверял больше, чем себе, ничего не изменило.

Иван Косов, легендарный летчик-испытатель, за четверть часа до времени икс поднял в воздух свой истребитель. Он был уверен: в небе, в знакомой до последнего винтика машине спасение будет в его собственных руках. Возможно, он был прав, но спустя десять минут летчика вызвала по экстренной связи жена, диспетчер аэропорта. В фешенебельной квартире Косовых замкнуло защитные системы, единственный четырехлетний сын, оставленный с няней, выпал из окна двенадцатого этажа. Иван заложил мертвую петлю над океаном и выполнил ровно половину фигуры высшего пилотажа, которая всегда удавалась ему особенно блестяще. Мария Косова три года прожила затворницей, затем вторично вышла замуж и родила двойню.

Мультимиллиардер Слен Сардзински, страдающий манией преследования мизантроп, в полном одиночестве забаррикадировался в бункере с автономными источниками воздуха и воды, на пятьдесят метров заглубленном в святую землю Иерусалима. Сначала он в панике бегал от стены к стене, заламывая руки, потом растоптал мобильный телефон в чехле из сверхтонкого пластика и острым обломком перепилил себе вену. Пока бункер вскрывали, Сардзински истек кровью.

Для Ирмы Лендли, тридцатилетней красавицы и джазовой королевы Земли, сценарий пиковой точки начали писать за год до события. На равнине Центральной Канады, где по определению невозможны землетрясения, возвели титановый павильон, вокруг заняли позиции наземные и противовоздушные войска, охотно выделенные королевским домом. На автомобиле скорой помощи, набитом оборудованием, прибыла бригада медиков. Закончив предпоследний припев суперхита «Я живу, пока вы меня любите», Лендли упала на бронированные плиты сцены: как позднее было заявлено в медицинских бюллетенях, «в результате сильнейшего стресса» остановилось сердце. На тему, что именно спровоцировало убийственный стресс — пиковая точка или осознание пикового момента карьеры, мировая общественность спорила еще недели три. Бесполезная реанимация сопровождалась обворожительным женским голосом: фонограмму никто не удосужился выключить. Отснятый с дрона клип за три дня побил рекорды продаж с момента изобретения видеозаписи, двенадцатилетняя дочь Ирмы вошла в десятку самых богатых людей мира.

***

В маленькой психиатрической клинике под Парижем не чувствовалось течение времени. По-прежнему шумел Булонский лес, все так же благоухали цветники Сен Клу. Молодой француз метался по «мягкой» палате, беззвучно стучал в стены сжатыми кулаками и выкрикивал: «Почему? Почему я смог, а она нет? Почему меня не пустили?!» Профессор Дюкре сидел перед монитором и сочувственно кивал: мальчик был из тех уникальных людей, которые уцелели после смертельной пиковой точки. Лечащий врач искренне огорчался — обмануть свою смерть ради того, чтобы сойти с ума из-за смерти кумира, вот уж точно насмешка богов.

Песни Ирмы профессор тоже любил, хотя и скрывал недостойное семидесятилетнего интеллигента увлечение от ученых коллег, как и вообще свою чрезмерно романтичную натуру. А что, если бы этот милый несчастный мальчик оказался рядом с Ирмой, прорвался сквозь заслоны, обнял, защитил? Согласно общепринятой теории, ему самому просто повезло, но вдруг это не слепая удача, а свойство организма, которое можно обнаружить, измерить и использовать?..

Через три года профессию пикового телохранителя официально признали в большинстве развитых государств мира. В основу уникального вида услуг лег «эффект П-защиты»; кое-кто предлагал назвать его «эффектом Дюкре», но предложение было неуверенным и затерялось в ожесточенных диспутах. А сам профессор Дюкре тщеславием не страдал, его гораздо больше волновало, что весна выдалась холодная, и апельсиновые деревья в кедровых кадках вряд ли вовремя выставят на аллею.

***

Руины особняка разобрали в мгновение ока, и никто из вышколенных слуг, с почтением препровождавших свою госпожу до «Сирены XL» последней модели, не бросил на меня даже взгляда. Я пожал плечами и вызвал такси. Сообщение на комм догнало уже в пути: «Завтра в 14.00 на Тирс-авеню у арки».

«Сирена» подкатила минута в минуту, дверь гостеприимно открылась, я сел в салон. Не тратя времени на приветствие, дамочка щелкнула замочком сумки. Повернулась ко мне. На нежной от кремов и массажа ладони лежал бриллиант: небольшой, но такой чистой воды и оригинальной огранки, что у меня перехватило дух.

— Право, это лишнее! Я выполнял свою работу! — а пальцы уже сжались, укрывая живой свет алмазной слезы.

Дамочка еще раз щелкнула замком, протянула закатанную в пластик карточку. Печать Института критических точек... ну кто бы сомневался, там лучшие специалисты. Кривая жизни спокойная, только в возрасте двадцати пяти с чем-то там опускается чуть ниже четырех пунктов: травма, не опасная для жизни. Вот откуда у нее едва ощутимый шрам на бедре. Не стала нанимать телохранителя, а может, тогда еще не было мужа-миллионера, чтоб оплачивать услуги. Ровно, ровно, ровно... Вплоть до вчерашнего дня: развернутый вниз пик рассекает все отметки и хищным клювом прорезает красную черту. Минус тринадцать. Смерть с гарантией.

Наверное, это правильно, что степень опасности нам заранее не сообщают. Чтобы не расслаблялись; ведь даже при полном контакте не исключены повреждения. Был как-то случай у моей коллеги, когда электрический разряд все же зацепил клиента, повредив нерв на левой руке. Тот подал в суд, и на беднягу наложили штраф в размере половины оплаты. Я покосился на дамочку: рисковала вчера всерьез, неужели так понравился? Скорее, страх смерти добавил адреналина. И меня чуть не подставила. Но как держалась, чертовка...

Опустив в карман подаренный бриллиант, я благодарно наклонил голову и вышел из «Сирены». Мне такую машину не купить, но «Грифон», терпеливо ждущий на стоянке у парка, тоже вполне презентабелен.

Мелодично звякнул комм, потом снова и снова. Вызов в офис; наверняка новый заказ. Надеюсь, в этот раз будет маленькая девочка, которую можно просто взять на руки, или почтенная мать семейства, не помышляющая о супружеской измене. Месяц назад я подписал договор на строительство дома на побережье, так что лучше обойтись без штрафов.