Семь точек над «и»

Над стонущею рыбой пограничья,

Всецело твой и навсегда ничей,

Я, обналичив нимб единоличья,

Ныряю в Леты призрачный ручей.

Где треба многоцветием чумаза,

Где у семи смертельных повитух

Опять толстеет дитятком без глаза

Всегда дежурный повелитель мух.

Где Ярославной на стене Путивля

Рыдает снова крошечный енот,

Где, если я вполтона и сфальшивлю,

Так разве, чтоб не точечнить у йот.

А день и ночь видений снова полны,

Где, хлынувшие на берег пустой,

Замрут в немом недоуменье волны,

Сменивши точку новой запятой.

И верую, что весь я не исчезну

В полётах сна, в паденьях наяву.

Ведь в ночь, когда Нарцисс глядится в бездну,

Я точно знаю, что ещё живу.