Отморозок

Мишка Шихман был еще тем отморозком...

Кстати, отморозком он стал в результате глубоких размышлений и под гнетом семейных обстоятельств. До этого он был спокойным и даже где то инфантильным чудаком.

Любил и хорошо играл в шахматы. Видели вы когда ни будь отморозка, который любит играть в шахматы?

Мишка многое умел по хозяйству. Бывало его супруга, Софочка, придет усталая из СПА-салона, а он уже и борщ сварил, и пельмени навертел и ковры пропылесосил.

Многие Софочкины подруги ей завидовали. Даже были попытки увести Мишку к себе и там завладеть им полностью. Но Мишка был примерным семьянином! На все такие конкретные действия он не отвечал, а только краснел и позволял себе вскользь поцеловать руку настойчивой даме...

Кстати, Мишка был неплохим хирургом-дантистом! Удалять зубы к нему записывались со всей Москвы и заглянув очередному клиенту в рот, Мишка всегда произносил, скорбя: — Иметь зубов нужно столько, сколько можно позволить себе вылечить... Деньги у него водились постоянно.

Но не деньги делают человека счастливым! Человек счастлив, когда у него есть идея жизни!

Драма отсутствия общей идеи жизни перечеркнула размеренную жизнь Мишки. 

Всё вроде бы было, а удовлетворения не было! Из чего состоит жизнь? Из борща, шахмат и Софочки? В определенный момент Мишка начал в этом сомневаться.

Неожиданно для окружающих, незаметно для супруги, он стал углубляться в себя. В шахматах стал зевать фигуры, смотреть сквозь собеседника и грустить глазами, а однажды сильно пересолил борщ!

Тридцать восемь мишкиных лет тяжелым грузом давили на его плечи, устраивая в душе сумбур и дискомфорт.

Мишка начал отращивать бороду. Тут Софочка очень встревожилась. Она не любила бородачей. Борода — она ведь как балаклава: скрывает личность и намерения и что там за бородой? Поди узнай...

Потом Мишка начал часто куда то пропадать, купил рюкзак и альпинистские ботинки.

Однажды, когда Мишка делал отжимания от пола, Софочка набралась смелости и спросила его в лоб:

— Миша, что происходит?

И тогда Мишка, сильно фальшивя, ей пропел: Пегемен! Мы ждем пегемен!

— Миша! —пала на колени Софочка, — Ну, было! Было всего раз, клянусь тебе!

Мишка ничего не ответил, а сделал уголок на спинке от двух стульев.

Софочка окончательно испугалась и сдристнула к маме.

Как потом выяснилось, Мишка однажды ночью решил совершить восхождение на Эверест. Но не просто покорить высочайшую вершину Земли, а оставить там некую память о себе, ибо восхождение можно совершить туда один раз, а память должна остаться на долгие годы. 

Дальнейшая жизнь уже не имела четкого смысла, но прожить ее Мишка собирался достойно, с лицом человека познавшего мудрость учения цигун.

Задумав все это, той же ночью Мишка прошел на кухню и выпил из под крана воды. Полной ясности ещё не наступило...

— Хорошо! — сказал себе Мишка, —Тогда зайдем по другому: — Что останется от меня в этом мире? Кучка пепла? (Мишка завещал кремацию!)

И вот слово КУЧКА уже расставила все на свои места и именно в тот момент Мишка начал отмораживаться.

Именно тогда Мишка купил ледоруб и прошел ускоренный курс альпинизма. Теоретический..

Теперь переходим к главному.

Мишка купил тур в Китай и нанял там некого шерпа-проводника. Шерп был настоящий — худой, грязный, в какой то кацавейке из шкуры яка и мог произнести по русски:

— Хуй с ним! — От шерпа густо несло гималайским медведем...

И вот ранней осенью Мишка с шерпом двинулись к вершине.

Пропущу тут их восхождение, оно заняло несколько недель, остановлюсь на финальном отрезке: чувствуя приближение вершины, Мишка на последней стоянке выпил сильное слабительное, чтобы на вершине закрепить память о восхождении.

Поэтому последний отрезок пути Мишка преодолел очень быстро, оставив далеко позади своего шерпа.

Взбежав (!) на вершину Джомолунгмы Мишка тут же навалил свою КУЧУ и под невнятные вздохи облаков, сделал селфи! Воткнув в центр содеянного капсулу со своей краткой биографией и телефоном, он посмотрел вниз, где увидел свою Софочку, машущую ему чем то белым и капитулянтским, а вокруг неё — человечество Земли с поднятыми светлыми лицами. 

Мишка задохнулся от гордости за себя и тоски по дому, но наступил в скользкое. Это оказалось говно какого то итальянца! Рядом на камне было нацарапано: Celentano era qui!*

— Не я первый, не я последний! — понял Мишка с горечью и пошел спускаться. Забрав по дороге своего шерпа, который все еще ледорубом прокладывал себе путь к вершине, он разоткровенничался с ним некой фразой: — Вот так то, брат! На что шерп конечно ответил: — Хуй с ним!

На том и порешили...

И вот загорелый и похудевший, с бородкой а ля Хэм, Мишка стоял у двери своей квартиры и звонком возвещал Софочке о своем прибытии. Молчание было ему ответом...

Тогда Мишка ледорубом проложил себе путь в эту юдоль, где обнаружил записку, в которой Софочка сообщала, что ушла к тренеру по фитнесу. Записка заканчивалась фразой: — Прости меня Миша и иди в жопу!

Ну вот как, скажите мне, как после всего этого не стать отморозком?

 

• Здесь был Челентано