Геймер. Часть первая
В соавторстве с Eugene Crane
…Ты проходишь раз за разом тупиковые проёбы,
у тебя десяток жизней и три кнопки под рукой.
На тебе, таком красивом, нынче негде ставить пробы,
потому что ты в ударе, потому что день такой.
Ты проходишь лабиринты, подземелья и подвалы,
вереницы страшных зданий и дымящихся руин.
Ждут тебя в пути ловушки, монстры, гоблины, амбалы —
и со всею этой кодлой ты сражаешься один.
Вот какой-то сука в чёрном разрядил в тебя обойму,
но в твоём бронежилете пули вязнут как в говне.
Больно? Да. Но — виртуально. Так что хуй с ней, с этой болью!
Отыскал в кустах аптечку — и опять ты на коне.
Чу! За новым поворотом кто на цыпочках крадётся?
Терминатор с пушкой «Рипер», грозный вестник пиздеца.
Но тебе сегодня пруха: у тебя как раз найдётся —
в виде мощной бээфгэшки — свой пиздец для подлеца.
Ты стоишь, как Джеймс Бонд Штирлиц посредине Кайзерплаца
с кразнозвёздным парашютом и с журналом «Крокодил», —
и уж кажется, что в этот миг тебе не отстреляться…
но, истратив девять жизней, ты всех гадов победил!
И остался шаг до цели, невзирая на нюансы
(типа кончились патроны или больше нет гранат),
несмотря на всё на это, потрясающие шансы
у тебя — дойти до цели с целой жизнью в аккурат.
Ты внимательно, как суслик, навострил глаза и уши:
не летит ли птеродактиль, не ползёт ли паучок?
Вдруг, как из пизды на лыжах, плац накроет залп «Катюши»…
На дисплее титр: «Game over! Обломайся, чувачок!».
Раз! — хрустит клавиатура. Два! — влетает в угол «мышка».
Хук твой слева ловит клювом сувенирная сова.
У создателей программы это, блин, такая фишка,
как бы даже часть программы — этот «раз» и это «два».
Ну и что ещё за шутки?! Нахрена такие шутки?
Ты, такой пиздатый геймер, — бац! — и выпал из Игры.
Ты выходишь в мир реальный, мир нечуткий, жёсткий, жуткий
и проходишь с содроганьем напрочь тёмные дворы,
где следит за каждым шагом за твоим орда подонков,
подозрительные джипы стерегут на мостовой.
Ты один в брутальном мире. Ты беспомощней ребёнка
и, добравшись до работы, ты хуеешь, что — живой.
А на капище работы терминаторов хватает.
Некромантов и вервольфов, зомбарей и упырей.
И к концу рабочей смены жизнь к едрене фене тает,
а душа горит от струпьев, ран, укусов, волдырей…
Со своим невинным хобби ты ж, в конце концов, не против,
чтоб любой фанат садился на любимого конька:
жили б в мире и в согласье копрофаг и Гарри Поттер,
геи и филателисты, и фанаты «Спартака».
Много в мире Сауронов. Но ведь больше — Леопольдов!
Пусть кому-то кто-то в бубен да и врежет впопыхах, —
всем даны десятки жизней за четыре медных сольдо…
Часть из них живёшь за совесть, часть из них живёшь за страх.
И лишь тех чморить нам должно и гнобить их с колыбели,
подвергать их остракизму и публично делать фак,
кто с хохочущим ебалом — за один за шаг до цели —
пишет, сука, на дисплее титр «Game over. Bye, чувак».