Иначе
Шерсть свою опалила в горящих розах,
А на теле зияют страшные раны.
Это просто такая метаморфоза — умирать, не воскреснув.
Немного странно.
Горячи были розы, и раны — болью…
А сгоревшая шерсть...невозможный запах!
Но присыплю я раны золою-солью,
Убегу от огня на бессильных лапах.
И другие цветы пусть меня ласкают,
Ведь они не зажгут. Не сожгут. Не ранят.
Да, уже не воскреснуть. Но я-то знаю:
Красной розой теперь расцвету.
На память.