Скабрезный Дворец Поланского
Совершенно восхитительный фильм «Дворец» — прощальный, видимо, жест девяностолетнего Романа Полански, и жест этот сознательно делается средним пальцем. Зрители и критики разочарованы: у первых не получилось новогодней истории, вторые сетуют на нарочитую вульгарность. Так дед нескрываемо и хотел вульгарной истории, забавной и честной, про вульгарные времена, в которых живём.
Сюжет: в швейцарский отель в горах съезжаются vip’ы, чтобы встретить миллениум — новый год с 1999 на 2000. Всё это распадается, как водится, на множество сюжетных линий. Каждую из которых творец беспощадно обрывает наутро после знаменитой праздничной полуночи. Линии не главное, отдельно взятые типажи не главное, хотя выразительны они более чем. Ключевое — общая характеристика элитного человеческого материала.
Какие есть: мелочные, узколобые, избалованные, изуродованные косметическими хирургами и гнилой самоуверенностью, босхианские совершенно типы, через их галерею проводит нас Роман, не скрывая собственного к ним отношения. И да, трунит над ними грубо, неделикатно выворачивает нутром наружу.
Детали. Умудрённый Полански мастер деталей. Когда улыбающийся хозяин предлагает ельцынскому послу «следуйте за мной», а тот с каменным лицом прёт вперёд не зная куда, но перед ним, — понятно, что и одного, и второго типа видел режиссёр и осмыслил.
Отдельно, да, идёт славянская тема. Бедные родственники из Будейовиц заявляются, робея, на бал сатаны. А вот русские времён начала века показаны новыми варварами, мрачными выскочками безо всякой робости, — но с подспудной симпатией. Лица славян не изувечены ножом хирурга, как у всех остальных. Даже такие, неприятные, они всё-таки ещё живые, сигнализирует Полански, урождённый поляк еврейских корней.
Однако же я нарочно не обсуждаю типажи, потому что тут можно написать целый трактат. Какое знание дела, какое мастерство! Артист номер один фильма, безусловно, Оливер Мазуччи, похожий на Германа Геринга и Рутгера Хауэра одновременно, управляющий отелем, где творится весь этот бедлам. Роль прямо такая как из начала века, и отыграна со всем достоинством, сам Уоллес Бири рукоплескал бы.
Ресторан господина Септима, опять же, ценители вспомнят этот фильм, рукоплескал бы наверняка и великий де Фюнес.
Кастинг вообще отличный, ну так всё ведь со знанием дела. И без малейшего стремления угодить публике. Офигительный, офигительный Полански Роман.
Критикесса на одном из сайтов написала характерно: «...некоторые моменты, например, где маркиза теряет сознание, увидев какающую на кровать собачку, мало кого могут рассмешить, а любовная сцена между престарелым миллиардером и его пышнотелой супругой объективно вызывает отвращение. Без них фильм хуже бы не стал — смотреть его за праздничным ужином точно было бы приятнее».
Так ведь в том и дело, что дедушка Роман не хотел, чтобы было приятно. (Тем более что речь идёт о безоговорочно неприятных людях.) Не хотел и чтобы было смешно. Настоящее искусство, знаете ли, вовсе не обязано быть приятным (смешным) и кого-то ублажать. Искусство, оно совсем о другом. Оно по себе само, вне канонов и законов.
Роман это понимает, оттого и достоин носить высокий титул инженера человеческих душ. Он, за что и ценим, в своих фильмах очень разный. То сказочник, то психиатр, то юморист, то нигилист.
В этом фильме он, прежде всего, реалист, с большим жизненным опытом вращения в высоких сферах и всяческих злоупотреблений шикарной жизни. Кто жил и мыслил, тот не может в душе не презирать людей. Это не Полански сказал, а Пушкин. Александр Сергеевич. Но Полански бы точно подписался.
В общем, всем советую. Прекрасное кино.