Жертва талого льда

Не найдется места возле бизнес-центра — придется идти на второй круг, с досадой подумал Николай, включая левый поворотник.

Мимо его «Лексуса» проехал эвакуатор с закрепленной на нем «Ладой». Сравнение вывозимого на «Гранты» автомобиля с недавней покупкой моментально вернуло Николаю хорошее настроение.

Конечно, кредитная нагрузка заметно выросла. Но собственный автомобиль — это же не только средство передвижения. Это заявка на высокий статус.

Пускай другие катаются на отечественных повозках, заемном каршеринге или же вовсе прибегают к услугам таксистов — они заведомо проигрывают тем, кто выходит из собственного новенького кроссовера премиального класса.

Для бизнеса первое впечатление бесценно. Уже давно деловых партнеров встречают не только по одежке. И новенький «Лексус» Николая был отличной заявкой на превращение старшего менеджера по продажам в заместителя отдела; одним только своим видом он сулил быстрый карьерный рост и перспективные связи.

Николай бросил взгляд на часы. Пробки на магистралях, лангольеры больших городов, сожрали большую часть времени. Да и оттепель помогла: сделала дороги скользкими, увеличила тормозной путь и добавила немало работы жестянщикам в автомастерских.

Выехав с запасом, тщательно подготовившись к сегодняшней встрече, Николай рисковал опоздать по самой дурацкой из причин: не отыскав места, куда пристроить авто.

Когда справа нашлось свободное место неподалеку от массивных ворот с надписью «Машины не ставить», Николай улыбнулся.
Примета показалась ему хорошей. И эта дурацкая запрещающая табличка, и небольшой пятачок вплотную к стене бывшего цеха, чудом не ставшего каким-нибудь коворкингом, словно говорили ему: продав свою «девятку» и пересев в престижный автомобиль, ты возвысился, и теперь удача будет сопровождать тебя везде.

Николай припарковал «Лексус», радуясь тому, что его никто не опередил. Подобное к подобному: успел тут — преуспеет и со сделкой.

Времени до встречи оставалось совсем немного. Николай запер своего красавца, ласково погладил его по белоснежному крылу и быстрой походкой зашагал к вращающимся дверям бизнес-центра.

Расчищенная плитка на входе оказалась скользкой, заставив его на мгновение утратить равновесие, взмахнуть рукой с дорогим кожаным портфелем. Не сегодня, подумал Николай, ощущая всплеск адреналина в крови.

Перед входом в бизнес-центр он оглянулся на свой автомобиль. «Лексус» задавал тон настроению как машина заведомого победителя: всегда и во всем.

На входе какое-то тревожащее чувство посетило Николая, однако, лишь пройдя турникет, на посту вневедомственной охраны он понял причину нарастающей тревоги. Парковочное место оказалось с подвохом. Над водительским местом белоснежного «Лексуса» нависала, сверкая в солнечных лучах, огромная сосулька, килограмм на десять, не меньше.

Оттого никто из местных здесь и не паркуется, подумал Николай, подавляя желание выбежать наружу и перепарковаться. С такой оттепелью не угадаешь, когда эта дурища сорвется вниз.

До встречи, опаздывать на которую было крайне нежелательно, оставалось четыре минуты — только-только подняться на третий этаж и дойти по коридору до нужного офиса.

Лотерея, русская рулетка, сжимая кулаки, думал Николай, заходя в большой лифт с зеркалами по трем сторонам.

Будучи не слишком азартным человеком, он во всем предпочитал надежность. Подозревая в себе скрытого игромана, Николай старался не оставлять ничего значимого на откуп случайности. В его жизни и без азарта хватало рабочего бардака. Ладно, тот, кто рискует — пьет шампанское, сказал себе менеджер, перегоняя свое возбуждение в состояние внутренней готовности к активным переговорам.

Сколько он будет общаться с крупным потенциальным заказчиком? Час, полтора? Эта дурацкая сосулька висела тут днями, продержится еще немного. Да и упадет — не страшно. Минус лобовое стекло, за которое можно стрясти с нерадивых коммунальщиков не только стоимость ремонта, но и сверх того. Во всем надо видеть позитивные моменты! Нет такого понятия, как проблема, есть только возможности!

Аутотренинг отчасти помог. Когда лифт распахнул двери в вестибюле третьего этажа, Николай был уже почти что спокоен. Пускай сосулька никуда не делась из его мыслей, на первое место вышли переговоры. Успех в них сулил выделение из числа прочих менеджеров отдела, лидерство по квартальным показателям, премию, которая позволит рассчитаться с долгами и вернуться к плановым выплатам кредитов.

Девушка на ресепшне, классическая секретарша в юбке до колен, внимательно изучила протянутую визитку, сверилась с программой на рабочем компьютере.

— Вы очень вовремя, Николай Васильевич, — защебетала она, проводя менеджера мимо дверей на лестницу черного хода в комнату для переговоров. — Сергей Юрьевич через час с лишним отбывает в Новосибирск на полтора месяца, это будет его заключительная встреча с партнерами.

В другое время Николай бы расстроился. Подписать договор о поставках за час, пускай с предварительными переговорами по сети — серьезный вызов для старшего менеджера. А не будет согласия на поставку, прощай премия, здравствуй низкий ки-пи-ай и экономия на бытовых расходах. За полтора месяца отсутствия руководства у заказчика проект обязательно передадут кому-нибудь еще.

Но воспоминание о сосульке позволило взглянуть на сжатые сроки с другой стороны. Чем быстрее он выбьет из заказчика контракт, тем быстрее увезет дорогую машину в безопасное место.

В переговорке Николая уже поджидало руководство компании-заказчика: директор, его зам по закупкам, начальник технического отдела. Мужчины за пятьдесят, массивные, со следами ещё советской управленческой школы поздоровались с Николаем, позволили вручить им каталоги с проспектами.

Предварительное согласие их компании менеджер получил ещё на прошлой неделе, оставалось утрясти детали, договориться о скидках, условиях поставок.

Не сорвётся, подумал Николай, оценивая приветливую атмосферу в переговорке. Завершив распространение полиграфии, он направился к своему месту за столом. Секретарша установила напротив табличку с распечатанным названием компании, которую он представлял — это показывало, насколько встреча важна не только для самого Николая, но и для заказчика. Мелочь, но из таких мелочей и складывается успех в бизнесе.

По пути к столу Николай случайно взглянул в окно. Это было ошибкой — прямо за окном, чуть выше третьего этажа, он увидел сосульку. Ту самую, он успел запомнить ее очертания. Два из трёх зубцов этого ледяного монстра вытягивались без малого на метр, а третий, хоть и уступал длиной, компенсировал отставание массивностью.

Тут не десять кило, а все двадцать будет, предположил Николай, настроение которого моментально испортилось от увиденного. К тому же чертова дамоклова сосулька, когда он уселся, оказалась вне поля зрения, заняв место за левым плечом Николая и в его сумбурных мыслях.

Какое нафиг лобовое стекло, думал Николай, пока директор узнавал по телефону, ждать ли какого-то ведущего специалиста из цеха или получится обойтись без него. Тут под ударом рулевое колесо, львиная доля электроники, которой «Лексус» нафарширован едва ли не в полной комплектации. Совсем другой порядок затрат на ремонт. Иностранные комплектующие и так стоят запредельно много, но их еще не факт, что получится сразу достать. А на выплаты от коммунальщиков надежд и вовсе мало. Они за копейку удавятся и затянут судебный процесс так, что распоряжение приставам в лучшем случае через год появится. И то не факт, что на счетах обслуживающей компании найдутся такие суммы: их бухгалтера не зря свой хлеб едят.

Мысли Николая начали рваться, будто противная сосулька тянула их к себе, прочь от желанной сделки. Сосредоточиться получалось с трудом.

Руководство заказчика, казалось Николаю, глядело на него с какой-то совершенно нелестной снисходительностью — как если бы оно было родителями, вынужденными присутствовать на мероприятии, где чужие дети читают давно известные стишки.

Если сорву сделку, квартальные показатели станут совсем неприличными, решил Николай, стараясь прогнать все свои страхи оптом. Страхи цеплялись за сосульку и постепенно одолевали. Речь путалась, становилась быстрее, слова забывались или приходили совершенно не те.

Пока что Николая спасало превосходное знание обсуждаемого предмета. Раз за разом повторяемые на встречах формулировки не требовали осмысления. Они вылетали сами по себе, откликаясь на знакомый контекст.

Живо, но бездушно, решил Николай. Если в презентации это еще допустимо, то на переговорах по скидкам и поставкам будет полная катастрофа!

К счастью, каталог на стороне заказчика изучили еще до встречи, молчаливо соглашаясь с тем, что вступление такого рода формально, но допустимо. Разве что Сергей Юрьевич пару раз задумчиво посмотрел на часы.

— Позвольте, мы не будем тратить время зря и перейдем к следующей части, — совсем испугался Николай и выскочил из-за стола. — Если не возражаете, я воспользуюсь вашей доской...

Магнитно-маркерная доска позволила ему встать вполоборота к собравшимся, но что важнее — развернуться на сто восемьдесят градусов, чтобы встретить угрозу сосульки лицом к лицу.

Зацепившаяся за край покатой и местами ржавой крыши ледышка с такого ракурса выглядела как трезубец, занесенный над жертвой. Так мог бы куражиться над смертными какой-нибудь античный бог, Громовержец или отморозок-Посейдон.

Однако с маркером в руках Николай ощутил прилив уверенности. Что может быть более унизительным, чем проигрыш какой-то сосульке. Поняв, что свел происходящее к какому-то эфемерному, существующему только в его сознании поединку, назначил противника и даже условия своей победы или поражения, он нахмурился. К счастью, в этот момент он рисовал попеременно то красным, то зеленым графики поставок и оплат — и замершие, подобно сталагмитам, слушатели ничего не заметили.

Заработался, подумал Николай, ощущая некоторую раздвоенность в мыслях и действиях. Какая-то его часть продолжала работать над заключением контракта, а он сам уподобился бестелесному призраку-наблюдателю, которому разрешалось смотреть за происходящим будто бы со стороны. Гиповитаминоз, весенние обострения. Как можно вообще сравнивать человека и сосульку? Что у них общего, кроме «Лексуса», в который оба норовят попасть первыми?

Какое-то время внутренний наблюдатель пытался следить и за переговорами, и за сосулькой, не отдавая предпочтение ни одной из сторон. Заказчик оказался понимающим, не задающим неудобных вопросов, заставляющих задуматься всем Николаем, сосулька не предпринимала никаких попыток упасть, разрушая все карьерные перспективы своего оппонента.
К черту мистику, думал Николай параллельно с обсуждением зависимости скидок от объема поставок. Сосулька не может быть противником человека. Это вообще не личность, не какая-либо потусторонняя сила и тому подобное. Обыкновенная вода, которая стекала с крыши, но так и не стекла, голая физика, помноженная на неудачное стечение обстоятельств. Если бы я оказался чуть внимательнее или же имел бы в запасе хотя бы четверть часа, не попал бы в такую кошмарную ситуацию, думал он. Как я, взрослый амбициозный человек, мог допустить, чтобы будущее моё зависело от куска льда?

Как я, стремясь к свободе от людей, попал туда, где от меня абсолютно ничего не зависит? Как, не заметив ловушки, стал рабом какой-то сосульки и точно ли что-то принципиально изменится, когда «Лексус» покинет злосчастное парковочное место?

С удивлением Николай вдруг понял, что переговоры подходят к концу. Условия согласованы, Сергей Юрьевич готовится подписать документы и отправиться в Новосибирск.
Ощущение победы над фатальным стечением обстоятельств накатило на него волной, голова закружилась и захотелось совершенно неприлично рассмеяться — в полный голос, от души.

Вместо этого Николай позволил себе лишь улыбку. Страхи и опасения, которые одолевали его последний час с небольшим, отступили и теперь представлялись глупыми, наивными, несущественными. Отложив маркеры, он отвернулся от окна, радуясь свободе.

В этот момент его и застал грохот с улицы. Движение головы было непроизвольным, но для того, чтобы осознать увиденное, потребовалось несколько секунд.

Сосульки за окном больше не было.

Николай не помнил, как выскочил из переговорки, оставив свой портфель у стола.

То ли Сергей Юрьевич, то ли его зам вроде как пытались его окликнуть, но он уже бежал в сторону пожарного выхода, перескакивал по несколько ступеней в своем стремлении оказаться на улице.

Турникет на выход не работал. Николай перемахнул через него, не останавливаясь ни на миг. Лишь неспешно вращающиеся тяжелые стеклянные двери заставили его притормозить.

Сосулька лежала на мокром асфальте, расколовшись на десяток не слишком крупных кусков. Николай какое-то время тупо смотрел на нее, не понимая, куда делся его драгоценный «Лексус». Но потом все-таки сумел повернуть голову и разглядеть знакомый контур автомобиля, безмятежно покачивающегося на платформе эвакуатора. А затем и он скрылся за углом дома.