Ночное
Потушил петушиные трели
Свет в пейзаже, на краски скупом.
И верхушки заснеженных елей
Режет месяц турецким серпом.
Хоть замри, хоть умри, хоть воскресни —
Тот же лес, тот же снег, тот же кров.
Внятна здесь и козлиная песня
И мычанье печальных коров.
Шевеленьем ума не довлеющ,
Я блажен, ибо духом здесь нищ,
Какофонию фоновых блеищ
Не делю на овец и козлищ.
Пусть часы кости ночи глодают.
В ожиданье сиамского дня
Мне давно уже спать не мешает
Деревенских собак тявкотня.
Лишь две вещи способны тревожить,
Омрачив безмятежность скита —
Превращение нежити в о́жить,
Да кукушки дурной клевета.