Курсант и Извозчик
б.
Курсант и извозчик.
(Пьеса. Эксперимент).
Первое действие.
Действующие лица.
Володя Иванов – курсант престижного военного института.
Максим Яценко – курсант престижного военного института, друг Володи.
Вера – дочка Генерала Плотникова.
Плотников Иван Иванович- генерал, отец Веры.
Анна Сергеевна – мать Веры.
Иван Яковлевич Назаров - генерал, отец Сергея.
Мария Моисеевна - мать Сергея
Сергей – сын генерала Назарова
Капитан Сердюков – комендант общежития.
Комната в общежитии.
Первое действие. Первое явление.
Володя нервно ходит.
ВОЛОДЯ. Ситуация такая, что впору и Гамлета перефразировать. Как быть? Стерпеть удар? Или ударом на удар ответить? Завалили меня по самую макушку. Дурак. Посельчанин он и есть посельчанин. (Стучит по лбу). Пять лет учился. Знаний набрался, а жизнь толком не рассмотрел. За исключение6м вот этой (Сует под нос себе дулю).
Второе явление.
Заходит капитан Сердюков. Садится на стул.
КАПИТАН. Как распределение Иванов? Куда?
ВОЛОДЯ. В Нью – Йорк.
КАПИТАН. О. Это очень хорошо. Большой, замечательный город. Там Голливуд. Красивые женщины.
ВОЛОДЯ. А может и в Лондон.
КАПИТАН. О. Это тоже хорошо. Большой отличный город. В нём королева живёт.
ВОЛОДЯ. А может и в Дели.
КАПИТАН. О. Это ещё лучше. Большой оригинальный город. Там слоны и река Ганг течёт, купаться и лечиться можно.
ВОЛОДЯ. (Зло) А Вы были в этих городах?
КАПИТАН. Нет. Не был. Ребята, которые учились у нас, приходили ко мне, рассказывали, подарки приносили.
ВОЛОДЯ. (Раздраженно). А о Выползово слышали?
КАПИТАН. Нет. О Выползово не слышал.
ВОЛОДЯ. А жаль. Самый красивый город. Посмотрите в Интернете.
КАПИТАН. Так тебя туда распределили?
ВОЛОДЯ. (Вздыхает). Пока точно не знаю, но, наверное, туда.
КАПИТАН. Пойду почитаю, что за город?
Капитан поднимается со стула и уходит, бормоча: большие, красивые города, подарки привозили.
ВОЛОДЯ. Иди, иди. Можешь найдёшь. Если найдешь, вместе поедем служить. Ты комендантом, я завхозом. Вот зараза. На хрена столько лет учился. Картинки новой жизни рисовал, мечтал. Зачем изучал юриспруденцию, экономику, международные отношения, философию, финансы, иностранные языки: английский, хинди. В совершенстве владею. И полный облом. Выползово. Какое – то гадючье, змеиное название.
А где Лондон? Где Нью - Йорк? В них сынков начальства распределили. А я. Приехал Москву завоевывать. Завоевал. Да не Москву, а Выползово.
Лучше в посёлке остался бы. В депо работал бы токарем, слесарем, фрезеровщиком. В субботу в баньке парился бы. Вечерком либо в бусугарне с мужиками за пивом заседал бы, либо с батьком на лавочке сидел бы. Он с баяном, я с гитарой.
В степь уходил бы вольным воздухом подышать, запахом полыни, чабреца, мяты, в балки за ландышами и подснежниками. Дом построил бы. Девчат в посёлке много. Красивые. Городским не уступают. Посёлковая жизнь хорошая. Здорово куманёк. Здорово. Как чувствуешь себя? Да, неплохо. Заходи вечерком – в баньке попаримся, по чарочке выпьем. Разве в Нью – Йорке, Лондоне, Дели на лавочке чарочку встретишь, разве услышишь: нужно бы поправить чарочкой здоровьице. Да не в жизнь. Только в России.
Третье явление.
Заходит Максим.
ВОЛОДЯ. Где был?
МАКСИМ. В театре.
ВОЛОДЯ Что смотрел?
МАКСИМ. Гамлета.
ВОЛОДЯ. Чокнулись на Шекспире и Гамлете. Их Толстой разнёс на все сто. Такие сочинялки, как у Шекспира мы тоже может сочинят. Прочисти уши и слушай.
Быть человеком право свыше,
Но как им стать, когда тиран у власти, а толпа бездушна?
Готов ли за него ты биться,
Держать удар от власти и толпы.
Ударом на удар ответить?
Какой твой жизненный девиз?
Что в нём отвага или страх?
Судьба? Предначертанье жизни?
Прокруста ложе? Поклонение богам?
Обитель ада или рая?
Иллюзии и заблужденья плоти?
Смертная разруха, в которой гаснет свет?
А может вера духа,
Что жизнь не раздробилась на осколки,
А цельно пребывает бесконечно
На недоступных и неведомых познанию орбитах,
С веками возвращаясь в облик свой земной?
В какую сущность ты облёк девиз?
В игру словами или жизненную силу?
Власть говорит ни сердцем, ни душой,
Ни совестью, ни честью.
Сравни слова её с делами.
В делах безмерная нажива
И удушающая хватка.
Безудержная жажда насладиться властью.
Она, как гриф. Высматривает зорко с высоты
И, видя падаль, никогда не промахнётся.
В её словах открыта лесть,
Раденье и забота,
Но спрятаны под толстым слоем хитрости
Жестокость, фальшь и свои цели.
Они умно и ловко сплетены.
Власть не глупа.
Она актёр искусный и вездесущий шулер,
Фигляр и шут, трибун, заносчивый властитель...
И пред толпою многолика.
До дна чтоб докопаться
В поводыря возьми бесстрастность, но не злобу.
Она твой разум в ненависть замутит.
А толпа?
В её душе любви нет
Ни к человеку, нации, народу, предкам…
Она живёт бахвальством, бунтом, поклоненьем.
От властных окриков угодлива, послушна и труслива.
Несломленных и непокорных предаёт.
С восторгом вязнет в паутине обещаний,
Но разглядеть глубинные ходы,
Запутанные лабиринты, интриги, сплетни,
Заманчивые жесты и обман улыбок.
Всё то, чем власть напичкала толпу,
Чтоб пристегнуть её к подножью властной пирамиды,
Толпа не в силах.
Она ослепла в радости служенья тем,
Кто пылкой речью и ораторскою ложью
С реальности срывает её ум,
Зомбирует для прихотей своих и волю подавляет,
И обличает прошлое, придумав для неё тирана.
Любовь к Отечеству.
Слова. Их власть без устали в толпу швыряет,
А это верный признак власть ослабевает.
Чтоб удержаться, причины для насилья ищет,
Надуманных врагов находит.
Врагов искать – забавная игра для власти и толпы.
А истощилась сила лести власти,
Обмелело слово, затмились радужные цели,
Тогда толпа капканы властные ломает.
Она, как саранча, посеянное губит.
Права.
Не праздные слова.
Достойно ли, чтоб за них биться?
Или стремление бессмысленно?
Напрасна трата сил?
Рискнуть, напрягши волю?
Безумный риск,
Но как отважен человек, когда стремится к благородной цели.
Как отстоять?
Держать удар авторитарной власти
Заболтанной толпы,
Которая на слово: изгой, предатель… не скупиться,
Когда в речах, поступках с ней ты не согласен?
А может выбрать умственные споры о правах?
Игру словами,
Чтобы развлечься в бездарной болтовне,
Наполнить безразличьем сердце,
И равнодушно, погрузившись в созерцанье,
Прожить в явлениях безликих отпущенное свыше время?
Так как же поступить?
Смириться пред тиранами,
В тени остаться,
Не заражаться болью и страданием других
Или ударом на удар ответить?
На щит иль под щитом?
Страшат нас, душу в клочья рвут сомненья,
Удерживают сделать первый шаг,
Он оказаться может и последним, а дальше что?
Тьма, пустота и вечности кошмар,
А может быть обличье новой жизни?
МАКСИМ. Сам сочинил.
ВОЛОДЧ. С дедушкой и бабушкой. Ладно хватит шекспирить. Что новенького?
МАКСИМ. Плохая новость подтвердилась.
ВОЛОДЯ. Мог бы и не говорить. Чувствовал. У кого узнал?
МАКСИМ. У секретарши. За шоколадку. Она показала список и просила никому не говорить, а то накажут.
ВОЛОДЯ. Знаешь, Максим. Мне кажется, что тех, которых мы ищем, в Москве давно уже разобрали. Что дальше делать, ума не приложу.
МАКСИМ. Для того, чтобы приложить ум, нужно его иметь. А у тебя его нет. Потерял от переживаний. Но идея у нас есть.
ВОЛОДЯ. Идея есть, но её ещё реализовать нужно.
МАКСИМ. Надо действовать. Будем работать, как тебе из ситуации выбраться. Сегодня вечером идём в офицерский клуб.