Буквально на днях онлифанщица Алли Лотти показала свой заработок на OnlyFans за один день: более $250 000 или 22 млн рублей. Умножьте на 365 и представьте, какие суммы крутятся в «отрасли». Таким доходам может позавидовать даже нефтянка. «Мохнатое золото» продолжает бить рекорды популярности, что особенно удивляет на фоне падения продаж чего угодно. Пока популярные исследования бьют тревогу, отмечая катастрофическое падение интереса молодежи к сексу, в сети растет трафик на ресурсах, так или иначе с ним связанных. В чем же смысл?
Взгляните на пугающую инфографику Financial Times о разрыве в мировоззрении мужчин и женщин до 30 лет. Женщины становятся либеральнее в своих взглядах, мужчины же склоняются к умеренному консерватизму, а местами — и к вполне радикальным его формам. Растет аудитория femrussia, а маргинальные площадки типа МДК параллельно собирают своих поклонников отнюдь не только среди «бедных и несчастных».
Самой тяжелой остается ситуация в Южной Корее, где уже (в том числе из-за этого) катастрофически упала рождаемость — до самых низких значений среди всех стран мира. Сейчас вы, возможно, хотите задать вопрос: а как связаны эти факты? Неужели проблема лишь в доступности альтернативных способов удовлетворения? Чем мешают размножаться вебкам и сетевые соловьи, а также отсутствие общих тем для разговора?
А они и не мешают. Это лишь симптом. Легендарный венчурный инвестор Пол Грэм дает такое объяснение тренду: «Есть скучное и очевидное объяснение. Раньше мальчики и девочки больше общались вместе. Девочки делали мальчиков более либеральными, а мальчики делали девочек более консервативными. Но теперь мальчики сидят дома и играют в шутеры, а девочки постят в Инстаграм». Так что же, теперь виноват Инстаграм?
Журнал Dazed Beauty опубликовал свежую статью про то, как соцсети, а конкретнее #вестникTikTok, меняют не только индустрию красоты, но и восприятие внешности в целом. «Идея pretty privilege, продаваемая нам как нечто эмансипирующее, тем не менее, опирается на вековые стандарты красоты, которые, в конечном счете, часто направлены на привлечение мужчин. Желание оставаться “впереди стаи” настолько присуще сигма-женщинам, что на самом деле оно не сильно отличается от миллениальной идеи #girlboss». Статус, статус, мы опять и снова говорим о нем.
«Я должен быть самым сексуальным человеком в продуктовом магазине», — эта установка (несмотря на многолетний хейт фемсообщества) продолжает действовать и более того — развиваться. Ультра-симпатичная «девочка-клубничка» теперь не просто красит губки, но использует все доступные средства улучшения внешности: от пресловутых филлеров до ножа хирурга. Знаменитая цитата Джона Бергера гласит: «Мужчины смотрят на женщин. Женщины наблюдают, как на них смотрят. Это определяет не только большинство отношений между мужчинами и женщинами, но и отношение женщин к самим себе». И между собой, добавлю я.
Красивая женщина является живой валютой, самой стабильной, не поддающейся девальвации и обесцениванию. Капиталистический реализм, в котором каждая попытка разорвать порочный круг становится еще одним товаром, буквально превращает в цепь на шее любой символ и крик протеста. Выпасть из этой системы, перестать быть источником прибыли — выбор все большего количества молодых девушек. И, как в любом другом бунте, не обходится без перегибов. Пока одни пытаются успеть за каждым трендом, лихорадочно скупая очередную «чудо-банку», вторые перестают мыться, бриться и следить за волосами. Тем самым сознательно отказываясь от тех стартовых преимуществ, которые дает привлекательная (социально одобряемая) внешность.
Эта самая внешность играет роль не только при поиске партнера или на этапе приема на работу, но существенно влияет на уровень дохода. По подсчетам Harvard Business Review, красивые люди в среднем получают на 10-15% больше, чем их непривлекательные коллеги с похожими компетенциями. Быть красивой девушкой — это нечто большее, чем просто ловить на себе «мужской взгляд». Борьба любыми способами за конвенциональную внешность неотделима от условий позднего капитализма. Впрочем, как показывают последние тенденции, это все чаще касается не только женщин.
Быть постоянно онлайн, быть на виду — тяжкий труд. Который (по мнению тех же девушек) должен быть оплачен. Обществом или конкретным мужчиной — уже не так важно. И прайс постоянно растет. Как многие вспомнят, на заре интернета монетизация гендерного превосходства была относительно виртуальной. Мем «синдром п. зды в поле from» достаточно полно описывает возможную выгоду на тот момент. Однако совсем скоро — с появлением быстрого интернета, анонимных имиджборд и прочих радостей — ситуация начала меняться. Отношение к данному явлению не всегда было позитивным. Наряду с поклонниками сетевых «Багинь» всегда существовали те, кто готов был заклеймить «камвхорой» любую даму, выложившую фото.
Но параллельно шли иные процессы, стартовавшие гораздо ранее. Будем откровенны, порно в том или ином виде смотрят все. Регулярно или время от времени — выбор каждого. Однако следует отметить, что в 2023 году среднее время, проведенное пользователями на Pornhub, увеличилось на целых 15 секунд, составив в среднем по миру 10 минут 9 секунд. И это далеко не первый скачок трафика данного ресурса. Неуклонно растущий интерес зрителей к «взрослому» кино вывел порно из серой зоны. И помимо пользователей Pornhub начал активно привлекать рекламодателей. К примеру, американский продовольственный концерн Kraft Heinz, нидерландскую компанию Unilever и некоторых других. Так, в свое время рекламные кампании на ресурсе запустили банк «Точка», телеканал «Пятница», федеральная сеть автосервисов Fit Service.
Толчком к признанию отрасли стала все та же феминизация дискурса. Долгое время кампании за права проституток и других женщин, привлекаемых к сексуальной эксплуатации, волновали умы лишь самой либеральной части населения. Но когда геи вышли из подполья, с ними в некотором смысле легитимизировали многие практики, ранее относимые к социально неприемлемым. В том числе и порнографию. Так, AVN Awards — кинонаграды американского журнала AVN (Adult Video News) — были впервые вручены за достижения в создании порнофильмов в 1984 году.
С тех пор отношение к сексу за деньги сменилось несколько раз: от «жертвы обстоятельств» до «звезды соцсетей» лежит пропасть. Изменился и внешний вид девушек. «Натурализм» семидесятых канул в прошлое. Сейчас порнозвезда (или та же онлифанщица) отличается от среднестатистической девушки так же, как гоночное авто от бюджетного «китайца». А разница в «стоимости» этих двух человек — и вовсе невообразимая. При этом и первая, и вторая находят свою долю социального одобрения — ведь все работы хороши. Но от девочки с картинки никто не требует быть умненькой, понимающей и платить за себя.
А что насчет среднестатистической Маши? Перед ней, как водится, два пути: вебкам, закладки конкурировать с девочками из сети, монетизируя молодость. Или прокачивать софт скиллз и рабочие навыки, дожидаясь того единственного. В первом случае она традиционно привлекает большинство свободных молодых людей, которые, визуально привыкнув к дивам самого разного сорта, ищут себе «такую, как в кино». Но «такая» девушка и вести себя будет соответственно — поддерживая миф о меркантильности баб, общей шлюховатости и отсутствии глубины. Порождая в итоге жалостливый вой в сетевые жилетки о том, что «вот раньше было лучше, верните патриархат и покорных женщин». Что характерно, даже в мужских предпочтениях из статистики Pornhub на первое место вышли японки — как олицетворение мифа о покорной азиатской тян.
Вторая же Маша, серая мышка, получит отдачу: дележку бюджета, упреки в целлюлите и общем несоответствии образу мечты, а также отсутствие банального уважения. И куда же она побежит? В какую сторону качнется мировоззренческий маятник? Уж точно не в сторону Kinder, Küche, Kirche. А дальше к общей разочарованности в отношениях добавятся еще и внешние признаки бунта против сложившейся ситуации. Усугубляя тем самым разрыв между мужскими представлениями о спутнице жизни и фактическим положением вещей.
А при чем же здесь порно? Старые добрые сцены с сантехником и прочие упражнения в натягивании совы на глобус мало соответствуют женским представлениям о прекрасном — как, впрочем, и большинство «актеров» мужчин. Решить эту проблему было призвано фемпорно. Проработанный сюжет, реалистичные (читай страшноватые) героини и красивые мужчины — вот результат усилий режиссерок. Знатоки скорее назвали бы это эротикой, но терминология уже устоялась. Соответственно, мальчики смотрят кино про «пришельцев», где акт длится по часу, используются самые необычные техники и отверстия, а женщина является живой куклой. Девочки же сидят в разделе lesbian или ищут столь же нереалистичные сказки в исполнении «для своих».
Чем окажется для такого мальчика и такой девочки встреча один на один? Разочаровывающим фиаско. Что в очередной раз заставит их обоих искать утешения в сети. Там, где за малый прайс можно обрести сияющую всеми цветами радуги иллюзию взаимности и полового успеха. А возможности ИИ в производстве реалистичного контента любой степени сложности и «красивости», вполне возможно, и вовсе оставят нашу Машу не у дел. Хотя, как показывает жизнь и фантазия режиссеров, нет никакой гарантии, что там, за монитором — представитель противоположного пола и человек в принципе.
Впрочем, как показывает практика, на этом дело может и не закончиться. Пропасть между полами будет только расти. И немалую роль в этом сыграет тема моей следующей статьи: игрушки.
