С чего все началось
«Я прибыл в Глазго ранним утром. Утомленный поезд остановился у широкого перрона и выдохнул толпу пассажиров с узлами и чемоданами. Одни радостно устремились к встречающим, другие вышли из вагонов не торопясь, озабоченно ища глазами выход. Я тоже задержался, рассматривая просторный вокзал, полный света, который свободно лился через стеклянную крышу. Кого тут только не было: невозмутимые джентльмены в котелках и твидовых костюмах, солдаты в красных мундирах, хмурые горцы в национальных одеждах… Не желая казаться невеждой, я старался ни на ком не задерживать свой взгляд слишком долго, однако вскоре заметил, что мне отвечают тем же. Очевидно, мое платье и саквояж выдавали во мне иностранца. Не желая привлекать слишком много внимания, я пересек зал, миновал магазинчики и кафе, обрамляющие его, и вышел на площадь св. Георга.
Холодный ветер пробрал меня до костей, заставив пожалеть о том, что я не купил себе клетчатого шерстяного шарфа, которым долго любовался в одной лавке. Он очень пригодился бы здесь мне, уроженцу Юга, непривычному к местному климату. Пришлось надвинуть поглубже шляпу и поднять воротник. Впрочем, открывшееся моим глазам зрелище вскоре заставило меня позабыть обо всем. Я разглядывал великолепное здание мэрии, больше напоминающее замок в Викторианском стиле со статуей Свободы на фронтоне. В Почтовом Управлении в итальянском стиле, снабженное последними техническими новинками, например, электрическим освещением, кипела работа. Сквозь высокие окна видны были снующие туда-сюда служащие и посетители.
Налюбовавшись зданиями, я перешел к памятникам. Здесь был единственный в своем роде монумент, изображающий королеву Викторию верхом на коне. Когда-то он украшал собой площадь св. Винсента, а потом его перенесли на площадь св. Георга и установили рядом с памятником принцу Альберту, тоже работы Карло Марочетти. Но помимо особ королевской крови, здесь чтили и ученых: изобретателя Джеймса Ватта и химика Томаса Грэхема. И конечно, я не мог не поклониться поэту Роберту Бернсу, чьи стихи всегда читал с упоением, мечтая когда-нибудь поклониться ему наяву…».
- Жак! Жак!
Тощий носатый мальчишка вздрогнул и уронил перо. Дверь распахнулась, и в комнату влетела опрятно одетая женщина средних лет, которая всплеснула руками, увидев сына:
- Жак, ну что же ты! Ты забыл, что у нас сегодня гости?
- Но ведь гости будут в пятницу, - пролепетал он, подхватывая съезжающие очки.
- Боже милостивый, дай мне терпения! Пятница сегодня! Ну нельзя же быть таким рассеянным. Этак ты скоро рубашку вместо брюк наденешь! Или вместо Индии окажешься в Америке. Собирайся живее, они будут здесь с минуты на минуту!
Подхватив юбки, она унеслась отдавать другие распоряжения, а юный Жак начал приводить в порядок свой туалет, бормоча:
- Ха-ха, как смешно. Я бываю иногда забывчив, ну и что же? Это не помешает мне объехать вокруг света, когда я вырасту, стать знаменитым путешественником и прославить имя Паганелей на весь мир!
