Сказка на ночь

Лежала как-то на обочине дороги Соломинка.
— Я стройна, недурна собой и одинока, — размышляла она. — И, видит бог, совершенно не приспособлена к жизни. Какая-нибудь гадкая птица утащит в гнездо, или съест лось, или унесут муравьи. Как же глупо вот так взять и сгинуть.
Мимо пролетал Мыльный пузырь.
— Позвольте немного попарИть рядом? — вежливо обратился он к Соломинке.
— Ах, — вздохнула та, — как будет угодно, милый друг. Я и сама настоль опустошена, что непонятно, отчего тоже не парю.
— Но в вас же два отверстия, — наморщил лоб Мыльный Пузырь.
— Другая бы сочла подобные слова бестактностью, — грустно улыбнулась Соломинка, — но вас, большое бесхитростное дитя, прощаю и не сержусь.
Мимо шёл Уголёк.
— А не вспыхнуть ли нам в едином порыве, ребята? — радостно заорал Уголёк.
— Бросьте! Бросьте это напускное солдафонство, — поджала губки Соломинка. — Знайте, что, несмотря на отталкивающую внешность, чувствуется некое исходящее от вас тепло.
— Да, мадемуазель, — смутился Уголёк. — На самом деле я из хорошей семьи и получил достойное воспитание. Однако годы странствий и страданий сделали своё дело, теперь же перед вами мученик с дотла выгоревшей душой.
— Будьте нам другом, — предложил Мыльный Пузырь, розовея от смущения.
Мимо шёл Лапоть.
— Прощения просим, — поклонился он в пояс. — Далеко ли до реки?
— Попытаетесь найти забвение в хладных струях? — дрогнула голосом Соломинка. — Поверьте, жизнь, как бы плоха она не казалась, есть бесценный дар.
— Прощения просим, — опять поклонился Лапоть. — Мы без даров. Мы матросом хотим стать.
— А может быть и прав этот неказистый увалень? — обернулась Соломинка к Угольку. — Может быть пришло время отринуть покров одиночества и оковы тоски? Отправиться вот так, запросто, в матросы?
— Согласен, — замер Мыльный пузырь. И, покраснев, добавил, — если примут.
— Записываюсь, — залихватски вспыхнул Уголёк.
— Боюсь представить, чем может закончиться подобная авантюра, — поднялась с земли Соломинка, — но в путь. Кто-нибудь знает матросские песни?
***
Дед поднялся, выключил ночник.
— На этом сказке конец, теперь засыпай.
— Это всё? — удивилась Внучка.
— Закончилось путешествие, уж поверь, скверно. Все умерли.
— Понятно, — грустно сказала Внучка. — А Лапоть это кто?
— Такой ботинок из коры.
— Смешно, — зевнула девочка. И, засыпая, несколько раз повторила, — Ботинок из коры. Из коры...
Дед, стараясь не шуметь, вышел из комнаты.
— Уснула? — спросила Бабушка. — Опять вся в слезах от твоих сказочек?
— Что за «опять»? — нахмурился Дед. — Спит себе, улыбается.
— Значит, в кои-то веки рассказал ребёнку что-то хорошее. Сказочник херов.