Мое знакомство с драконом Платоном Мандариновым
— Пустите! — кричала я, колотясь в запертую дверь, — выпустите меня! Гады!
Ответом мне была тишина; хотя издалека и раздавались громкие, ритмичные звуки танцевальной музыки. Ну конечно. У них там ёлочка, бутерброды с красной икрой, новогодний корпоративчик. Все сотрудницы офиса в умопомрачительных платьях, обмотаны серебряной мишурой, и пытаются очаровать нашего роскошного босса, Игоря Сергеевича, а меня, увы, заперли в этой комнатушке на десятом этаже...
Обидно до слёз!
Кто это сделал — я не успела понять. Решив прогуляться в дамскую комнату, я вышла в темный коридор, и тут же сзади меня скрутили две пары крепких мужских рук. Точнее полторы, потому что одна рука зажимала мне рот. Меня оттащили к лифту, привезли на верхний этаж, втолкнули резко в темную комнатушку, и дверь за мной закрылась раньше, чем я успела оглянуться и увидеть своих похитителей.
— Посиди, подумай, кикимора, — вот все, что я услышала напоследок.
Чего тут думать. Ясное дело: какая-то отвергнутая клевретка босса, узрев во мне соперницу, решила меня нейтрализовать. Это, конечно, ужасно, ибо на босса у меня были свои виды. Босс был умопомрачительно красив, ну, вы понимаете. Боссов, не обладающих дивной красотой, мощной грудью и узкими бедрами, а также боссов пожилых, толстеньких и низкорослых, в природе, как известно, не водится. Они все красавцы, от которых дыхание перехватывает. Собственно, с этого все и началось: придя устраиваться на работу, я обнаружила это роскошное воплощение мужской красоты, и... пропала.
Сообразить бы мне, дурехе, сразу, что тут наверняка по нему сохнут все дамы, и конкуренция бешеная. И вот печальный результат.
А потом я подумала о самом страшном. Впереди новогодние праздники! И если меня тут заперли, то есть вероятность, что отопрут меня не раньше 9 января — и найдут мой хладный труп, иссохший от голода. В отчаянии я бросилась к окну, за которым разноцветными огоньками переливался праздничный город, а в небо взлетали фейерверки. Боже, Боже миленький, что же мне делать?!
И вдруг, чуть повернув голову, я увидела кое-что...
Ух ты!!! Окно соседней комнаты, ярко освещенное, было открыто! Неудивительно: топили у нас, как в бане, а на 31 декабря как раз пришлась оттепель, и дышать в здании было просто нечем.
Итак, окно открыто, и если попытаться пробраться по карнизу, то я попаду в освещенную комнату, дверь которой наверняка открыта. И вырвусь на свободу!
Да, я боюсь высоты. Но погибать взаперти тоже не хотелось. Неожиданно пробили куранты, и принялись нежно и мерно отсчитывать двенадцать часов, знаменуя пришествие Нового Года. Бог знает, почему, но всплыли в сознании, непонятно откуда взявшиеся, строчки: «Открыты настежь полночи врата»...
Итак, я ступила на карниз, сделала пару робких шажков, и, поскользнувшись на обледенелой кромке, полетела вниз, в черную бездну...
А потом я внезапно очнулась, как вы сами понимаете, на роскошной кровати под парчовым балдахином, на кружевных простынях, в комнате, увешанной гобеленами. Разноцветные струи света проникали в комнату через старинное витражное окно. Рядом со мной, сжимая мою руку, сидел, разумеется, некий красавец в бархатном камзоле, изображая тревогу на лице.
Короче, я попала туда, куда попадают все современные девицы, свалившиеся с моста, лестницы, карниза и проч. Кто бы сомневался.
— Она очнулась? — раздался надо мной голос некоей пожилой дамы.
— Мне кажется, мама, что она меня не узнает, — пролепетал красавчик.
— Хм, вот как, — все, что ответила дама. И интонация ее мне крайне не понравилась.
***
Платон Мандаринов, дракон, глава детективного агентства «Мандаринов и Ко», мило улыбнулся посетительнице. Пожилая дама невольно улыбнулась в ответ.
— Не иначе, у вас в роду были инкубы, — заметила она, — мне хочется улыбаться, когда улыбаетесь вы.
— Да, инкубом был мой дедушка, — согласился Платон, — но я вас слушаю...
Дама нервно сжала бисерную сумочку.
— Моя невестка упала с лошади, — молвила она, — Но, очнувшись, никого не узнает...
— Так бывает после падения.
— Но, поймите меня! — вскричала дама, — откуда мне знать, что в ней теперь не обитается попаданка?!
Наступила пауза. Дама перевела дух.
— Вы же сами понимаете: это стало уже катастрофой для нашего темного королевства. Толпы этих ужасных иммигранток-попаданок шныряют между мирами туда-сюда, но главным образом сюда. Мёдом им тут намазано, что ли! Магическая стража империи уже не успевает их выдворять. А что они творят! Чертовски изобретательные негодяйки!
Дракон сочувственно кивнул, и протянул даме стакан воды.
— У маршала Реммерса жена-попаданка сбежала из дома и открыла таверну. Позор на всю Империю! Разумеется, эту наглую попаданку разоблачили и выдворили, но маршал теперь безутешен и с горя ушел в монастырь. У лорда Эрмери...
— Я в курсе этой пикантной истории, как и большинства прочих, — кивнул дракон. — Я должен вашу попаданку разоблачить и сдать Страже?
— Прежде всего, я хочу, чтобы вы нашли, где теперь обитает астральная сущность моей дорогой невестки, ферры Мервиленды. Мне так было трудно подобрать моему сыну истинную пару! Он милый мальчик, но немного, как бы сказать... у него мягкий характер. Ему нужна кроткая, даже робкая, послушная девушка, и Мервиленда была именно такой. А вдруг у этой попаданки обнаружится твердый, даже стервозный характер, и она будет его подавлять — на кого я оставлю своего дорогого мальчика?!
— Понятно, — кивнул дракон, — а попаданку куда?
— Поймите, я же не зверь, — простонала дама. — Я понимаю, среди этих иммигр... то есть попаданок встречаются, так сказать, жертвы обстоятельств. По-человечески мне их даже жалко. А Стража просто выкидывает их за магическую границу, нимало не заботясь о их дальнейшей судьбе. Как гуманистка, я бы хотела иного, более сострадательного подхода, поэтому и обратилась к вам...
— И что же вы предлагаете?
Дама перешла на доверительный шепот.
— Я слышала, вы не только детектив, но еще и изобретатель, не так ли? Все говорят про вашу машину времени на паровом двигателе...
— Это экспериментальный вариант, — смутился дракон. — он действует, да, но только на небольшие временные промежутки...
— Мне много и не надо, — решительно возразила дама и деловито принялась излагать Платону Мандаринову свой план.
***
Должна заметить, что попала я вполне удачно. Дворец был шикарный, прислуга любезна, кормили весьма недурно — грех жаловаться. Правда, красавчик жених оказался лютым занудой, но в моем положении не выбирают. Иногда я с грустью вспоминала босса, но мне тут же приходила в голову отрезвляющая мысль, которая почему-то не посетила меня раньше: а нафиг он завел себе полный офис красоток, готовых перегрызть из-за него друг другу глотки? Не мог разве найти на эти вакансии кого-то другого, ну там, мужчин или старушек? Что это? Злой умысел тщеславного эгоиста, умышленно создавшего взрывоопасную обстановку — или просто недомыслие? В любом случае, это было нехорошо, и струйка разочарования в боссе уже протекла в мое разбитое сердце.
А потом в моей комнате появился, в сопровождении пожилой дамы, красивый стройный мужчина в изумрудном чешуйчатом костюме и красивой чешуйчатой то ли маске, то ли просто макияже вокруг глаз. Чертовски обаятельный симпатяга!
— Платон Мандаринов, частный детектив, — представился он.
Муженек мой пытался протестовать, но замолк под грозным взглядом матери. А Платон принялся за дело. Задал несколько вопросов. Пощупал пульс. Вгляделся в глаза. Потом слуги вкатили некое устройство, ощетинившееся во все стороны медными шестеренками. Платон навел на меня какие-то трубочки, повертел шестеренками, посмотрел на экран. И молвил совершенно спокойно:
— Вы свалились не с лошади — вы свалились с 10 этажа офисного здания параллельного мира, обозначенного в Имперском каталоге под номером 382. Позвольте выразить вам сочувствие, но вы же сами понимаете, что заняли чужое место. Кстати, как вас зовут по настоящему, ферра Мервилинда?
— Клава, — пискнула я горестно, и добавила, — что теперь со мной будет?
— Будем возвращать вас обратно, ферра Клава, — развел руками дракон.
— Куда? — я горько рассмеялась, — мое тело, разбитое вдребезги, лежит в морге...
Дракон улыбнулся, и я невольно улыбнулась в ответ.
— Когда случилась с вами трагедия? — осведомился он.
— В ночь с 31 декабря на первое января...
Дракон кивнул.
— Попробуем отмотать время немного назад. И вы вселитесь в свое же, вполне здоровое и жизнеспособное тело, немного потеснив там ту астральную сущность, которая обитала в вашем теле до случившейся с вами трагедии — трагедии, которую вы впоследствии, я уверен, сумеете избежать.
— А разве можно так, чтобы две души сразу? — изумилась я. — В одном теле?
Дракон расхохотался.
— А откуда, по-вашему, берется такое заболевание, как диссоциативное расстройство идентичности?
— Что?!
— Оно же раздвоение личности, — спокойно продолжил дракон. — Чем только медицина не объясняет этот факт — а на самом деле все просто: в тело уже живущего человека подселяется попаданец, или попаданка, и — вот, такие последствия... две души в одном теле, и договориться не могут... Так как? Будете сотрудничать добровольно, или передать этот вопрос магической страже?
— Ах, делайте что хотите, — вздохнула я.
Машина времени на паровой тяге — то еще зрелище, доложу вам. Она стучала и пыхтела, а дракон жаловался, что у него там проблемы с калибровкой; я же молила небеса только о том, чтобы не улететь куда-нибудь в эпоху динозавров. Но все обошлось хорошо: я внезапно обнаружила себя в коридоре нашего офиса, перед дверью, ведущей в кабинет шефа: это был тот самый день, когда я пришла устраиваться на работу.
«Надо рвать отсюда когти» — подумала я.
«Ты спятила?! Тут такой красавец босс, ради него одного стоит попасть на эту вакансию» — ответил мне кто-то внутри меня моим же голосом, полным томного вожделения.
«Слушай меня!!! — заорала я, — беги отсюда, дурная, беги! Тут смертельно опасно!»
Другая моя ипостась молчала, видимо, задумалась.
«С чего ради опасно-то?», — осведомилась она наконец.
«Слушай меня, — принялась я внушать ей, — слушай, я — твой внутренний голос.. . Я забочусь о твоем благе! Беги отсюда хоть куда, хоть на стройку! Только подальше!».
Препирались мы долго, но в итоге мое тело встало, бросило печально-сожалеющий взгляд на дверь, и тихо удалилось.
Теперь я работаю на стройке штукатуром. Платят отлично, бригада подобралась задорная, а наш типа босс, Фрол Митрофаныч, уже слишком стар, чтобы привлечь чьи-то голодные взгляды.
Недавно меня навестил Платон Мандаринов — он явился аккурат на Новый год, который я решила встретить дома, в обществе телевизора, ибо так безопаснее. Рассказал новости: он нашел астральное тело бедняжки Мервиленды. Оно никуда и не девалось: просто, с момента вселения моего наглого и шустрого астрала в тело сей робкой дамы, ее собственное астральное тело с перепугу затаилось, забилось в дальний угол ее сознания, и, как говорится, не отсвечивало. Но теперь, убедившись, что меня изгнали, выглянуло наружу, и все кончилось хорошо, к радости ее мужа и тещи.
Кстати, Мандаринов рассказал, что помимо дедушки инкуба, у него был в роду русский священник 19 века, откуда к нему и прилипла, собственно, фамилия Мандаринов. Ибо в семинарии было принято менять неблагозвучные фамилии на такие как Виноградов, Персиков, Тюльпанов и проч. Прадедушкину фамилию Непей-Пиво, разумеется, надо было заменить, а то перед паствой неудобно. И заменили. А теперь Мандаринов, побывав в наших краях, ощутил вдруг острую ностальгию по березкам, одинокой церквушечке на холме, бескрайним снежным равнинам, песчаным косогорам и тонким, трепетным рябинкам... Он очень хочет остаться у нас, и признался мне с сентиментальным видом, что я напомнила ему портрет его прабабушки. Короче, он часто меня навещает и уже сделал предложение. Он очень мил, и вот я и думаю: а и впрямь, не выйти ли мне замуж за очаровательного дракона? Как вы считаете?