То да сё…
Часть первая
Московский таксист рассказывал…
«Обычный рядовой вызов под Новый год. В машину садятся два молодых пацана. Погнали.
Пока то да сё, они и разговорились. С собой у них были небольшие фляжечки, — весело к ним прикладываясь, становились с каждым разом беспечней, ярче в шутках-репликах: без перегибов и хамства, ага.
“Хорошие ребята, артистичные, подумал я тогда”. — Продолжает таксист.
Сначала несли несвязную ерунду — анекдоты, ширли-мырли, то да сё…
Потом малёхо прислушался — они стали болтать о некоем банке, который находится недалеко от меня — сказали адрес. Я как раз рядом обретаюсь!
Огромное то соседское здание — недавно построено. Обслуживает аж целых три замкадовских района: являясь неким финансовым центром “Малой Москвы”, от реальной столицы отстоящим за тыщу вёрст, не менее.
Навострил у́хи-то… При чём тут банк? — Вроде ведь закрыто всё до девятого.
— Значит так, — разглагольствовал тот, что постарше. А пилить нам было около часа — в загородный пансионат “Лесное озеро”. — Вечером всё будет готово. Встаём в четыре — как штык, поэл? И без бухла-пивасика, поэл?
— Ясен пень, — отвечал второй: — Машка с Коляном ваще спать не будут — за бригадой каменщиков смотрят в подъезде.
— Да, мужики надёжные, не подведут. Я с ними не впервой проворачиваю.
— Ага…
(Тишина.)
“Я поначалу не врубился”, — говорит таксист.
Они помолчали-помолчали, пошелестели схемами-бумагами.
Продолжили — уже вроде как потише, поскрытней. Но я их слышал хорошо.
— Второе число. Тухлый день. Охраны нет. Всё опутано сигнализацией: пусть звенит. Задача: зашли, резко прыгнули за стойку, прошерстили кассовые аппараты — их там штук двадцать.
“Я ещё прикинул тогда, — подчеркнул таксист: — Да, охраны нету. И никогда не было, зачем? Кругом тревожные кнопки-датчики, камеры. Две-три минуты — менты на взлёте: отделение практически в трёх шагах. К тому же деффчонки-операционисты сидят за неприступными бронированными стёклами”. — Таким образом, всё более и более вовлекаясь в странную ту нетрезвую беседу странных пассажиров.
— Одного лишь не просчитали хозяева́, — продолжил старшо́й. — Стену меж офисом и жилым домом. Там всего два метра толщины. И по ходу — столь нужную внутреннюю стальную обрешётку попросту украли. Выкрали из плана строительства. Тупо оставив “домашнюю” стену кирпичной. Без бетонирования-укрепления. Хитрецы!.. Рубанули деньжат на подряде.
— Ага, — поддакнул второй, помладше. Крякнув остатки из фляжки. Икнув вдогонку: “Фу, .ля…”
Я не выдержал, спросил, раз уж они меня поставили в курс дела: “И сколько же вы хотите с.издить? — гоготнув, вопросительно закуривая: — Кури-кури”, — кивнули пацаны.
— Немного, батя, — ответил старшо́й. — По нашим подсчётам, чисто оперативной выручки, оставленной в кассах 31-го числа (т.е. сегодня!) — где-то лимонов шестьдесят.
— Учитывая, что основная денежная масса уже вывезена-инкассирована днём — в 15:00. Для банка 60 мультов на кассе — это пыль, ага, — добавил второй.
“Согласен, — согласился я. — действительно немного. А как вы проберётесь-то туда?” — спросил.
— Через подъезд, — вслед за мной затянулся сигаретой второй: — Мы там устроили коммунальный ремонт. Раскатали сборную палатку-времянку, леса поставили до потолка. Ну, типа чиним-мылим трубы-краны-соединения. Чтобы на праздник, мол, в доме всё было чики-пуки. И не протекало ни хрена, ага. Типа по заказу “Управляйки”, — подобно прошлому году чтоб не остаться без отопления: морозы грядут нехилые по прогнозам.
“Не понял…” — сказал я.
— За всем ремонтным шумом-гулом мы насквозь просверлили двухметровую стену: она ж ничем не закреплена внутри. Через неё и войдём.
“Когда?”
— Думаем, второго числа. Когда все будут дрыхнуть, как суслики под лавками.
Тут мы и приехали…
И… парни вдруг заржали:
— Чё, батя, поверил?! Гы-гы-гы-гы-гы…
Я аж поперхнулся чинариком.
— Да мы, батя, артисты из ТЮЗа. Просто роль репетируем, поэл? — И ржут, не переставая.
“Поэл”… — Я даже слегка расстроился, дескать, всё обернулось фикцией. Пацановской фишкой.
На том расстались.
Тут же поступил очередной заказ, и я рванул в снежную пургу. Езды было много, то да сё.
А работать я собирался до завтрашнего утра. Завтра — 1 января 2024-го — и отмечу…»
Часть вторая
Тот же самый таксист:
«Ну, в опщем, жёстко пропахал “дедом морозом на оленях” всю новогоднюю ночь. Давным-давно позабыв о двух весёлых пацанах-“театралах”.
Всяких историй за эту нелёгкую, далеко не трезвую (для пассажиров) смену выслушал ой-ой немало.
Пришёл домой утречком. Часов в 10. Усталый, но довольно бодрый. Спать не хотелось. (Переездил-пересидел, как говорится.)
Стол накрыт — скатерть-самобранка. Ёлочка горит — игрушки-веточки. Жена — тихо-мирно посапывает у себя в кроватке: пусть поспит, дорогая.
Ну, дверь в спаленку аккуратно притворил. Достал из холодильничка замёрзшую… эх! Налил рюмашечку. Включил телек. И, прежде чем бешено начать щёлкать по каналам вдогонку “голубым огонькам”, решил послушать сначала новости по “24”-му.
10:30.
Бац!
Диктор:
“Сегодня в пять утра, в новомосковском Кокошкино, совершено дерзкое ограбление Центрального отделения банка по улице Сосенки, 11. Прибывшие на место преступления полицейские сообщили, что злоумышленники сработали крайне быстро — в течение буквально трёх минут обчистив около двадцати кассовых аппаратов с оставленной с вечера наличностью. Как правило, это бывают невеликие суммы от нескольких тысяч. Сим образом, украденное исчисляется парой сотен тысяч рублей. Невзирая на то, что подготовка проведена довольно-таки солидная. Они вскрыли прилегающую стену, которая вдруг оказалась неукреплённой, как положено ГОСТами в таких случаях”.
“Я аж присел, остолбенев. — Таксёр недоумённо покрутил у виска пальцем. — Затевать такое ради несчастных двухсот тысяч, — зная, что тебя наверняка найдут и осудят — немыслимо! Ну куда, в какие Эмираты-шмемираты деться ныне с 200 тыс. рублями? Да хоть с миллионом?!”
Нихрена они не артисты, гх-м…
Дело сделали. Свалили через свою ЖКХовскую дыру в стене. Растворившись в морозной мгле.
Вопрос: зачем они рассказали незнакомому таксисту?
С этой загвоздкой налил вторую, третью. Затем потыкал кнопки пульта. Лёг спать.
Вечером пришёл сосед Лёха, прибежали подружки у жены, брат Саня. Ну, в общем, компашка собралась — народ к “разврату готов!”
Супруга Танька, коей я поведал историю с “театралами”, приукрашивая и привирая, навяливала “байку” гостям.
Публика хлопала ушами. Моргала моргалами. Задав по концовке один только лишь вопрос: зачем они это вывалили шофёру?
В том-то и суть. В том-то и шмурдяк…»
Часть третья
Тот же таксист:
«Ну, пару дней повеселились. Окей…
Вышел на линию. Пошабашил сутки-двое. Потом ещё чуток отдыху. Рождество отметили… Опять похмелились. Утром девятого января ко мне пришли… полицейские. И забрали в ментовку.
Причина — ограбление банка у нас в Кокошкино. Выяснились новые обстоятельства, блин. Операционные кассы — прикрытие. Произошло же следующее.
По окончании праздничных каникул, инкассация срочно доложила, что 31 декабря кокошкинским отделением была сдана не вся сумма, указанная в листках убытия. Два мешка не доехали до пункта назначения: и это обнаружилось лишь теперь, после выходных!
Сколько? — вы спросите.
160. С т о ш е с т ь д е с я т миллионов рублей! Полтора ляма баксов утащили они из моего соседского банка, то да сё...
На самом деле — их сообщник из внутренних “пиджаковых” клерков хитрым-прехитрым макаром припрятал пару сумок до утра. Маякнув жульбанам, где.
“Театралы” зашли, взяли мешки. Быстренько пошебуршали по кассам и… скрылись. Вместе с клерком. Которого щас тоже ищут. Но в том-то и цимес, нашли по итогу — меня!!
Оказывается, в одной из инкассационных сумок, сданных 31-го, затерялась якобы случайно обронённая записка с номером моей тачки! А поскольку живу рядом, и поскольку раз десять вывозил клиентов из моего района, то и скоммунизженные мешки с бабками — тоже мог отвезти куда угодно и с кем угодно. А?
Полтора лимона! Зелени. А?
То есть — план просчитан у них до мельчайших подробностей.
Типа я — перевозчик. И был несомненно в доле, бл.
Дураку ясно — на допросе точь-в-точь выскажу накаляканное тогда с заднего сидения пьяненькими пассажирами из “ТЮЗ”а. Имея в виду, что вроде как отмазываюсь со страху.
То есть я нехило обо.рался — от всей своей испуганной души слив ментам что знаю и что не знаю, причём в деталях.
Но — подумайте сами: какой следак поверит, что преступники выложили на блюдечке шефу-таксёру расклад за ограбление, произошедшее через несколько часов?! — то есть, теоретически, я слепил себе уголовную статью.
- Обрывок с госномером;
- Невнятный рассказ (но практически точный), что произошло в банке;
- Проживание (будто специально) буквально в месте ограбления;
- Почти полная уверенность в якобы безнаказанности.
Вроде бы — кто ж ведал, что кто-то типа обронит “маляву” с номером машины в дьявольский мешок! “Театралы”-психологи, блин!
Получается, психологическая подоплёка — стопроцентная.
Мотив — тысяча процентов — (условного) меня не должны были вычислить. Их же сотни, тачек-то. Если б — кто-то чего-то не подкинул.
И главное…
Стремительное, качественное раскрытие по горячим следам. Жирная-прежЫрная палка в отчётах!».
Часть четвёртая
16-е января 2024 года.
— Спасибо, Александр Петрович. — Я сложил исписанные листы в папку. Папку — в портфель. Неуверенно помуслякал зачем-то ручку, сунув её в карман пиджака.
Почуяв неладное, клиент запричитал:
— Товарищ адвокат, пожалуйста, спасите! У меня семья, дети. Аренда такси, в конце концов. Чёрт возьми — у меня даже денег нет на длительное разбирательство. Я вам отдал всю свою наличность из заначки.
— Не волнуйтесь, Александр Петрович, — успокоил я подозреваемого. — Сделаю всё что смогу. Всё, что в моих силах. И деньги здесь абсолютно ни при чём.
— Я верю, верю вам. Но — вы-то мне верите? — На его глазах слёзы.
— Конечно! — я нажал кнопку вызова.
Дежурный увёл таксиста в камеру. Бывшего, увы, таксиста.
Само собой разумеется, после первых же показаний полиция рванула в пансионат «Лесное озеро». О котором под протокол напел подозреваемый. И что они там обнаружили?
А нашли там — снятую 29 числа комнату на имя… кого б вы думали?
Да-да: на имя моего дорогого подзащитного.
В прямом смысле «дорогого».
Ведь на те $250 тыс., доставшихся с кокошкинской делюги́, надолго залягу на дно, уж поверьте.
И понятно, — собственно, с адвокатурой завяжу нафиг. Навсегда завяжу. Тем более что пацаны из «ТЮЗ»а по-любому года на два свалили-сдриснули из виду недремлющего ока Закона. Самого гуманного, самого беспристрастного на свете — Закона.
А там посмотрим, то да сё… Всякое бывает.