Что?!

Что?!

I

Никогда не интересовался садомазохистскими делами. Чего нельзя сказать про моего доброго друга. Ну, или мне так казалось. По крайней мере, когда я наблюдал его с подругой, бойкой, и не лишённой пикантности евреечкой, то другого мнения об их отношениях у меня не возникало. Причём, друг явно не доминировал в них. «Анатоль, ты что забыл, что мы завтра идём делать моей маме дверцу от посудного шкафа?!?!», это когда он радостно согласился словиться вечерком, попить пивка. «Ну, Даша, ну, любимая, ну прости, я думал, что успею. Мы же так, после работы поболтать немного» — не хватало ещё, для полноты картины, побегать вокруг неё. А его, добродушная глазастая физиономия приобретала окончательное сходство с главным героем мультфильма «Жил-был пёс». Ещё это мудацкое, претенциозное «Анатоль», с растянутой «о». Интересно, что с ним сделают на сон грядущий? Впрочем, может ему этого и надо. Не знаю.

А вообще, эти, склонные помыкать своими мужчинами дамочки, прелюбопытные создания. Пришла она, как-то, ко мне. «Вадик, посмотри, пожалуйста, что с моим лэптопом (ага, блин, ноутбуком его уже не модно называть)». Ну, колупаюсь. Запускается, сеть видит, явного криминала нет. Интересуюсь в чём дело. Внятного ответа нет, типа: «Не знаю, я же в этом ничего не смыслю». Как же ты, блин, им пользуешься, женщина?! Человек гостеприимный и вежливый, предлагаю чаю. Соглашается, проверяю какие-то приложения, всё работает.

— Я не вижу ничего криминального, всё работает.

— Ну, блин, он тупил что-то.

— Как?

— Да не знаю. Тупил.

— Сейчас всё хорошо. Отдохнул, наверное

— Хи-хи.

— Слушай, Вадик. Как ты умудряешься дома порядок поддерживать? Обычно у IT-шников срач, да и у нас, с Анатолем, сам видел.

— Я вообще, рушу стереотипы. Вы не пробовали, для начала класть вещи там, где они лежали?

— Ой, ну это же помнить надо...

— ?!?!

Вечные темы — почему один, и как я с такими (какими, блин?!) умонастроениями живу, и в том же духе. Насыпал себе «Жокей» в чашку, забросил сахару пару ложек, залил кипятком.

— Ой, вот не понимала и не понимаю, как ты эту гадость пьёшь. Можно же сварить, мы же тебе тогда на дэрэ дарили.

— Закончился.

— Так купил бы ещё.

— Не люблю эту возню. Так быстрее, а эффект тот же. А вкус — до лампочки.

Убираю банку в шкаф, присовокупив: «как-то так и поддерживается порядок», присаживаюсь за стол, пью «эту гадость».

— А если я не поставлю чашку в раковину, всё, отказ от дома и полное прекращение общения?

— Хуже. Будешь прикована к батарее, и подвергнута истязаниям, под постоянную музыку из моей коллекции (юморист из меня так себе, знаю).

— О-о, я заинтригована...

Допил кофе, ставлю в чашку в раковину, кладу ей руку на затылок: «озабота доморощенная». Мы давно знакомы, поэтому подобные фамильярности вполне допустимы со стороны любого из нас. Так что, без всякой задней мысли. Но ей, похоже, не давала покоя «передняя мысль» (назовём это так), и мой жест она расценила как приглашение, и принялась расстёгивать мои джинсы. Ладно, чего уж там... Мне не жалко. Помню, она что-то начала говорить про «неожиданное» развитие событий. «Не отвлекайся, пожалуйста» — ответил я.

— Блин, это было шикарно. Жёстко, уверенно, с оттенком безразличия... Очень необычно.

— Наверное... Собирайся домой. Мне по делам надо.

— Это ку-у-уда же?

— А это важно?

Шикарно ей... А что мешает ей дать Тольке проявить себя? Впрочем, это не в его характере. Помню, познакомились когда, я подумал, что к нему, захочешь, не отнесёшься хреново. Дружелюбный, с мягкими манерами, какой-то по-детски доверчивый, чтоли. И капризный, кстати. Чёрт его знает... У меня было впечатление, он так себя вёл потому, что это был оптимальный тип поведения для него (за неимением лучшего). Может, потому мы и подружились, что я не нуждался в заискивании, и мне безразличны иерархические заморочки.

Вышел из дома. Небо ясное, легкий ветерок. Тепло. Сухо. Как я люблю. Шагая к метро, вертел в голове так и этак сегодняшний эпизод, странности людей (считающих, в свою очередь, странным меня). Тут сообщение: «У меня ещё планшет есть.)))», «А что дальше? Пылесос и стиральная машина?» — отвечаю ей. Вспомнил, когда наблюдал эту парочку впервые (появление Даши, с Толиком-то я раньше знаком): «Ну разве он не милый, ну смотри какой классный», меня чуть не передёрнуло. Как с каким-то котом (или псом). И всё эти повадки как будто напоказ. Я ещё ответил что-то типа: «Тебе виднее, я в других вещах разбираюсь», и надо было видеть, как сползла эта приторная улыбка с её физиономии, и недоумение, смешанное с обидой там появилось. На долю секунды, но тем не менее. Вспоминается бессмертное: «Душа этого человека выглянула на минуту, как выглядывает лицо злодея из окна почтенного буржуазного дома». Так себе зрелище...

Вдруг подумалось, ведь у Тольки тоже есть самолюбие, именно нормальное мужское. Пусть и где-то глубоко, судя по всему. Что-то в этом есть...

II

Вот, блин. «Любовь с первого взгляда» называется. Еду себе на эскалаторе, тут появляется он. Из тех, что выше среднего. Еще держится, как будто аршин проглотил, и голова так задрана, типа свысока на всех глядит. Пролетел половину полотна и резко заскочил на свободное пространство у перил, стоит по сторонам глядит, в пяти ступеньках от меня. Ещё волосы эти, немного не доходящие до плеч. И подбородок, чуть ли не дальше носа (весьма заметного кстати) выглядывает. Прямо-таки портрет кого-то из Возрождения, или типа того. Колоритный, в общем. Вдруг уставился прямо на меня, усмехнулся и спускается.

— Много интересного увидели?

— Да, я так... Ну, просто... Блин, извините, короче!

— Я не говорил, что я за что-то в претензии.

— Да, бли-ин!.. А вы всегда говорите как по-старинке?

— Не всегда, но часто. Мне кажется это забавным. Но, на вопрос вы не ответили.

— Ну, вы, короче... внешность у вас необычная.

— А-а, ну вам виднее. Я — Вадим. Предлагаю на «ты».

— Кристина. Да, пожалуй, можно.

В общем, оказался довольно добродушный парень, хотя юмор и манеры странноватые. Он поинтересовался моими планами на сегодня (не было таких), и мы отправились выпить пива в один нравящийся ему бар. Там болтали на разные темы, я сильно увлеклась разговором, так легко и толково он рассуждал о моих делах, освещая некоторые вещи с неожиданной стороны. И блин, как-то незаметно в его поведении не осталось тех понтов и манерности, как на эскалаторе. Простое и доброжелательное общение. Нормально, в общем. А может, выпила и не особо замечала. Придя домой, я уже прикидывала, как завтра увижусь с ним. И что-то радостное в этом было. Так приятно, в общем.

III

Мобильный заелозил на столе, под действием вибросигнала. Молодой человек подошёл, несколько недоуменно поглядел в экран, вышел с телефоном на кухню и ответил.

— Да, это я.

— Я знаю, что ты. Ты как-то совсем позабыл о нас.

— Помилуй, пару дней назад я с Толиком виделся.

— Я не об этом.

— А-а... У меня гостья, если тебе есть что обсудить по этому поводу, я позже наберу.

— Понятно... (отбой).

Миловидная шатенка зашевелилась на кровати, когда владелец мобильного вернулся в комнату.

— Уже проснулся?

— Часа три как, любезнейшая. Кофе с гренками желаешь?

— М-м-м, как это мило, не откажусь

Принёс. Поставил на табуретку перед кроватью. Кушайте, мол. Пошёл, сделал себе ещё чашку кофе. Барышня потянулась, завернулась в плед и села. «Как они любят эти киношные позы принимать» — подумал парень со странной смесью нежности и иронии. Но, поневоле, залюбовался. Мягкие изгибы тела, какая-то плавность и игривость в движениях, и лицо... Он затруднялся описать его парой слов, в нём было что-то неуловимо-детское, и, в тоже время, чувственное. От таких он с ума сходил. Когда она обнимала его и смотрела ему в глаза, её лицо принимало такое доверчивое выражение, что он был на грани потери рассудка. Впрочем, ни разу эту грань не перешёл.

— Что?!

— Ничего, залюбовался тобой.

— Ты так странно смотрел...

— А в чём странность?

— Ну-у, как будто, что-то мешает тебе полностью радоваться, как бы печаль какая-то проступает сквозь улыбку... Блин, не знаю, как сказать.

— Видимо, особенность строения лица. Я не отрабатываю мимику перед зеркалом.

— Слушай, если тебя что-то гнетёт, или заботит, ты можешь со мной обсудить, я на твоей стороне, ты же знаешь.

— Ну, как будет что сказать, обязательно скажу.

— А почему ты телефон с собой берёшь, даже если отходишь просто сделать кофе?

— Потому что, от природы склонен к рассеянности, и подобные практики помогают мне быть собранее. Тебе понравились гренки?

— Да, очень вкусно. Удивительно, как у тебя получается делать так просто и при этом здорово.

— Не стоит множить сущности без необходимости, ха-ха.