Беги или...
Иван то и дело бросал взгляд на сына, глядя в зеркало заднего вида и пытался найти нужные слова, как—то приободрить его, отвлечь. Егор сидел на заднем сидении, сосредоточенно и серьёзно смотрел в окно. О чём думал? О чём может думать двенадцатилетний мальчишка, которому поставили диагноз: лейкоз. Хоть никто не говорил напрямую, но он пацан смышленый, да и такие как он, в больнице наверняка рассказали перспективу.
Главное, не молчать. Даже банальные слова могут помочь, даже ложь.
— Егорка, доктор сказал, что ещё пару сеансов и всё. Осталось совсем чуть-чуть. Хочешь, завтра рванём куда-нибудь? Возьмём маму... Осень, вон, какая красивая! А? Куда ты хочешь?
— Особо никуда, — без энтузиазма ответил Егор, продолжая смотреть в окно.
— Может в цирк?
— Пап, ну мне же не пять лет.
— Ну да..., — Иван дёрнул головой, недовольный своим глупым предложением.
На обочине дороги мальчишка неуверенно переминался с ноги на ногу, решаясь перебежать её. Поток был довольно плотный, да и улица широкая. А на противоположной стороне трое пацанов махали руками и кричали в его адрес разные обидные слова.
— Ссыкло! Так и останешься пехотой на Внутреннем Рве!
Мальчишку это ещё больше разозлило, он выждал момент, когда проедет машина, за которой образовался небольшой просвет. И он рванул.
Иван заметил его уже перед капотом. Может и смог бы предусмотреть, но отвлёкся на сына, да и мысли блуждали. Взвыли тормоза. Машина резко клюнула, остановилась, но успела ударить пацана. Иван только и заметил испуганные глаза, исчезнувшие за капотом. Бросило в пот. Секунду соображал, что делать, потом выскочил. Мальчишка сидел на асфальте, бледный, испуганно озирался по сторонам. Хотелось схватить, да как дать подзатыльник!
— Ты какого... Откуда... Цел?! — взял себя в руки Иван. — Где болит?!
— Не болит, — виновато промямлил мальчишка, — нога немного...
— Скорую вызвать?
— Не надо..., — пацан втянул сопли.
— Откуда ты взялся?! Какого чёрта ты тут перебегаешь?! Не видишь, какое движение?!
На обочине уже начали собираться зеваки со своими версиями и причинами происшествия. Особо сознательные вызвали полицию.
— Встать можешь?
Мальчишка встал и хотел было убежать, но Иван схватил того за куртку.
— Э..., ты куда?!
— Отпустите! Не имеете права! — начал брыкаться пацан.
— В машине подождёшь. Полиции всё и расскажешь, я не собираюсь из-за тебя прав лишаться.
Иван открыл дверь и запихнул мальчишку на заднее сиденье, несмотря на неодобрительные возгласы зевак. Единственным, чем их удостоил, так это махнул рукой и присел на капот.
Мальчишка подёргал изнутри за ручку, намереваясь открыть, когда его окликнул Егор.
— Изнутри не открывается.
Мальчишка посмотрел на него, ещё раз для верности дёрнул, выдохнул и задумался.
— Тебя что, тоже поймали?
— Не, это наша машина, папина.
— А ты чего в маске, болеешь?
Егор нехотя кивнул.
— Меня Артём зовут. Твой батя всё испортил. Теперь всё сначала, — насупился пацан.
— Меня — Егор. Ты же сам под колёса бросился. А что сначала?
Артём с некоторым недоверием посмотрел на абсолютно лысого пацана в маске, прищурился и напустил загадочности. Трюк удался. Егор с нетерпением ждал ответа, а Артём наслаждался вниманием. Те пацаны, что ждали его на другой стороне улицы и которые сбежали, его так не слушали.
— Ты про «Чёрный отряд» слышал?
Егор помотал головой.
— Ну а про «Тиранию» или «Тёмные души»?
— Нет, а что это?
Артём махнул рукой, как на совсем безнадёжного, мол, что с тобой говорить. А в глазах Егора ещё больше разгорелся интерес.
— Ну расскажи? Это компьютерные игры?
— Игры, но это в прошлом. Мы играем в реальность.
— Как это?
— Короче, есть Замок Ордена Ульмадора, вокруг него три рва: Внешний, Средний и Внутренний. Их охраняет пехота. На Внешнем — самая низшая. Я уже прошёл два Рва и уже мог стать Привратным Рыцарем и командовать пехотой, а потом стать Рыцарем Трона!
Чем больше Артём увлечённо рассказывал о своей игре, тем сильнее ею заражался Егор. Он с жадностью вслушивался в каждое слово, названия, а незнакомые слова прошептывал про себя, стараясь запомнить.
— Я тоже хочу играть, что для этого нужно?!
Артём оценивающе посмотрел на Егора, скривил физиономию и замотал головой.
— У тебя не выйдет...
— Почему?
— Стрёмный ты какой-то.
Егор со злостью сорвал маску и бросил её на пол.
— Что я должен сделать?! — решительно спросил Егор. Артём не ожидал такого поворота. Сначала важничал, повелительно разговаривал, а теперь испугался решительности Егора.
— Я не знаю... Надо что-то совершить, какой-то поступок, проявить себя...
— Как?
Артём пожал плечами.
— Нам с пацанами, присылают задание... И надо чтобы кто-то снял.
— Я перебегу на ту сторону, а ты снимешь. Это и будет поступок. Ведь у тебя такое было задание? Ну?
Глаза Егора требовательно смотрели на Артёма и не допускали отказа. Артём заёрзал.
— Да ты знаешь, как это опасно? Да и вообще...
К тому времени подъехали полицейские. Иван несколько раз подходил к двери, пытаясь предъявить абсолютно неповреждённого мальчишку, но полицейские не проявляли к нему интереса и монотонно составляли протокол.
— Да не было никакого наезда! — продолжал спорить с полицейскими Иван. Он в очередной раз подошёл к двери и приоткрыл её. — Сколько вам повторять?! Свидетели, вон! Пацана хотя бы спросите!
— Ты готов? — спросил Егор не глядя на Артёма, смотря куда-то вдаль решительно и серьёзно.
— Не делай этого, не надо, — почти с мольбой произнёс Артём.
— А ты зачем делал?
— Я? — Артём пожал плечами и шмыгнул носом, — Мне перед пацанами было стыдно, а тебе же никто не предъявляет...
— Я сам себе предъявляю. Вынимай телефон, ну!
Егор посмотрел на отца, на Артёма и вышел из машины.
— Готов?!
Артём кивнул, нехотя достал телефон и растерянно посмотрел на Ивана и полицейских. Егор ещё раз посмотрел на Артёма, чтобы убедиться, что тот готов снимать.
— Ну? Снимаешь?
Он снова кивнул головой, но хоть и держал в руках телефон, смотрел в сторону, словно пытался привлечь внимание взрослых.
Егор решительно ринулся наперерез потоку машин. Завизжали тормоза, загудели сигналы. Один визг был более продолжительным. Артём растерянно засуетился, а потом заорал, что было сил:
— Стой!
Иван резко обернулся, не сразу понял, кому кричит мальчишка. Артём показывал рукой на дорогу и почти плача, стал оправдываться перед Иваном.
— Я ему говорил! Он не послушал!
На противоположной стороне улицы поток застопорился, стали собираться прохожие. Сердце Артёма тревожно забилось. Он виновато посмотрел на Ивана. Полицейские перекрыли движение и с отцом Егора перешли на противоположную сторону, где столпились прохожие. Артём остался стоять на том же самом месте и только повторял: «Я ему говорил...». Вскоре подъехала скорая. Среди столпившихся людей и машин было трудно разобрать, что там произошло, но Артём и не хотел этого знать, только вглядывался в толпу, пытаясь по лицам определить насколько всё серьёзно.
И вдруг, поодаль от толпы он заметил Егора. Тот махал ему рукой и улыбался.
— Проскочил?... Проскочил! — заорал он и радостно замахал руками.
Егор продолжал стоять и улыбаться. Потом его фигура стала бледнеть, словно его размывали, как акварельный рисунок. Затем показалось, что он парит над землей, а через несколько мгновений, изображение задрожало и исчезло. Артём медленно опустил руки. Рот продолжал ещё улыбаться, но глаза уже наполнились слезами. Он понял, что это ему показалось и нет уже никакого Егора.