Бог, яйцо и Пятка
Эта печальная история могла бы приключиться где угодно, но ей угодно было произойти именно в пгт Куданахер, что на левом берегу реки Северный Иорданец. Или на правом, но это не так уж и важно теперь. Произошло же уже.
Афанасий Стеблов по прозвищу Пятка пил третий и день, и пил крепко, но интеллигентно. Соседей не тревожил, чертей не гонял, в долги не влезал. Просто огорчился человек от суетности мироздания и выказывал оному свой категорический протест. Мирозданию. Всему целиком и частным блядским его проявлениям в лице ушедшей жены Алевтины. Вы уже заметили, что имена в этой бывшей когда-то образцовой ячейке общества весьма конгруэнтны? Да, мои прозорливые читатели, Афанасия и Алевтину женили по расчёту суровые родители, руководствуясь к тому же модными в девяностые сатанинскими святцами, или как там эта хуета правильно называется. Отдельно остановлюсь на происхождении прозвища нашего героя — Пятка.
Афоня в молодости непродолжительное время посещал секцию каратэ, тогда это было модно и бесплатно. Научившись изящно размахивать ногами к десятому классу школы, он непреднамеренно вступил в мелкий финансовый конфликт с местным авторитетным гопником Пысей по кличке Терминатор. И ловко с разворота нанеся Пысе сокрушительный удар своей ногой в его челюсть сломал... пятку. Естественно себе, это пояснение для современной школоты. Говно это ваше карате, арматура или штакетина от забора, да с торчащими гвоздями, намного эффективнее. Это имхо канешна, но погоняло «Пятка» прижилось намертво, не отмолишь, не сотрёшь. Затем, если вам интересно, Афанасия отмазал от армии и женил на Алевтине местный участковый Бобрищенко Иван Иваныч, мужчина положительный и справедливый, а главное — дальновидный. Иначе пропал бы парень, годы были лихие и лучше уж жена ебанутая на всю некрасивую голову, чем стройбат или перо в бок. Такие нравы, такая тогдашняя искривлённая реальность, да-а-а...
— Аляа-а-а-а! — по привычке заорал Пятка, упав с дивана на пустые бутылки и консервные банки, естественно, ощутив дискомфорт и очередное разочарование в жизни.
Ответом было равнодушное тиктаканье недопропитых часов с уставшей кукушкой. В голову и особенно глаза на ней безжалостно, даже презрительно смотрела толстомордая равнодушная луна, а в углу скреблась мышь.
— Люу-у-уди-и-и! Да где же вы все, господи прости... — Уже более интеллигентно застонал Афанасий и обречённо замолчал.
Кукушка в часах сердобольно крякнула ему своё последнее «ку» и замертво повисла на пружине.
— Вы, любезный, не огорчайтесь так безвозвратно, может быть всё ещё образуется? — заговорила приятным баритоном внезапно светлая тень в углу.
— А ты кто такое? — Пятка стремительно вознёсся обратно на диван и принял воинственную позу обосравшегося богомола.
Тень просветлела до убедительного золотистого цвета, обрела контуры приятного собеседника и протянула нашему герою ласковую руку-луч:
— Я — Бог. Ну или Господь, Всевышний, etc. как Вам проще — так и называйте. Прибыл по вашей просьбе с целью помочь и утешить — тень кротко улыбнулась непонятно чем.
— Вот тебе, бабка, и Юрьев день... — некстати процитировал Афанасий. — От меня жена ушла, денег нет и смысла тоже, можете помочь бесплатно? Хотя могу душу продать или печень с почками. Хотя нет, уже только душу, она же не портится от неправильной эксплуатации?
— Хуйню Вы несёте, дорогой Афанасий, Душа у многих с детства имеет нетоварный вид и дурные свойства. Вот Вы, когда мелким пездюком были, в садике девочкам в трусы ручонки совали? — тень строго зыркнула как бы глазами.
— Ну было пару раз, так они и сами ко мне лезли! — Пятка даже скукожился весь, как в молодости перед инспекторшей по делам несовершеннолетних.
— Пару ра-а-аз! — передразнила тень, изменив цвет на ярко-красный — а после этого душа твоя уже даже не третьего сорта, мудак рукоблудный, блять! Да ладно, помогу, хули я зря припёрлась что ли — цвет тени опять стал благостным и золотистым. — Кароче, слушай меня сюда...
Чтобы не утомлять уважаемых читателей излишними подробностями, вкратце инструкция подозрительной сущности состояла в следующем: Афанасий должен был до утра не пить, не курить, не есть, не спать и не допускать в себе греховных мыслей. Утром, ровно в 05-30 мск (время пробуждения первых гипотетических деревенских петухов) он, будучи помытым целиком и побритым в области лица, в приличных чистых трусах и одинаковых носках появлялся на своей засранной кухне и обнаруживал там на столе волшебное яйцо приятного желтого цвета с возможными пятнами натурального куриного говна. Данное яйцо надлежало аккуратно пронзить иглой или иным удобным острым инструментом с двух сторон и немедленно выпить. Далее жизнь обещала стать до невозможности прекрасной и удивительной.
Алевтина вернулась совершенно неожиданно, она забыла подаренную мамой на свадьбу скороварку и заначку мужа, перепрятанную в неё. Наш герой, будучи мудаком не по рождению, а по призванию, спал на диване, уповая на почившую кукушку в старинных часах. Супруга по привычке плюнула на храпящее тело благоверного, деловито прошла на кухню и... высосала заветное яйцо, просто чтобы добру не пропадать.
Эпилог
Спешу успокоить особенно чувствительного и от этого ещё более драгоценного читателя, наш герой не спился и не умер от апоплексического удара, его не повязали менты или санитары в ПНД. Проснувшись через несколько часов после внезапного визита бывшей жены, он ощутил мощное просветление и отвращение к спиртному. Через месяц медитаций и работы дворником в соседнем детском саду, он осознал себя как исконного буддиста-надомника и эмигрировал в республику Тыва, где и работает в настоящее время дворником в дацане и по совместительству Далай-ламой и Микки Маусом в детском саду.
Алевтина, будучи потомственной блядью, весьма неразборчивой в еде и связях, не смогла перенести сальмонеллёз и покоится на заброшенном куданахерском кладбище в безымянной могиле.
А выводы, родные мои, делайте сами. Моё дело рассказать, я вам не Далай-лама чтобы жизни учить и мозги ебать.