Сказка пра адын глюпий дэвачка

Адын малэнкый дэвачка уранил в рэчку мяч. Вай мэ. Стаит и плачэт. Вай, мэня папа-джан убьёт, вай, меня мама-джан убьёт, вай, меня дедушка, царствие нэбесное, с того света проклинат будет и так далээ. Кароче, польную рэчку слёз налила, рэчка дажэ из бэрэгов вишла, уфь.

Там риба вся вазмущаться стала, асобэнно ёбаный карась сильна вазмущался и гаварил, что той дэвачка мама-джан рот ибал и папа-джан рот ибал, и дедушки, царствие небесное, тоже ибал. Такой вот ебаный карась оказался. А дэвачка всё плачит и плачит, лучше бы пописала.

Но тут мима скакал зайчоног. Такой абычный зайчоног, метр восемьдесят, девяносто килограмм, барэц, ваабщэ красафчик. Он скакал с Махачкалы, там он всех пабарол и вийграл. Останавился возле плачущэй дэвачка и спрашивает:

— Дэвачка, зачэм ты плачишь? Хочешь, я тэбэ что-та пакажу?

— Чта ты мне пакажэшь, зайчоног? — пэрэстала плакать дэвочка, пАтАму чта била очэнь любапытная. Помнит, как ей в прошлом гаду адын дядя раскрыл свой плащ и паказал...

— Я тэбэ савсэм не то что ты падумала пакажу. Ти, дура, сматры, мячик в рэчке не тонет. А пачэму?

— пАтАму чта он гавно!

— Нэт. Пачему гавно? Ты чта, умственнодэфэктывный рэбенок чта ли?

— Нэт. Мама-джан и папа-джан гаварят, чта я ахуэнно вумная, как утка.

— Пачэму-то вэрю. Но нэт. Мячик рэзиновый, поэтому и не тонэт. Хотя, он же навэрняка кытайский, значит есть доля правды, чта гавно твой мяч.

— Вай, спасыбо, зайчоног. Можно я тебе пацэлую?

— Нэт. За тебя дадут балшэ, чэм ты вэсишь. И патом мнэ твой папа-джан палтцэм жопа рвать будэт. Лучше расти, патом тэбя вийграю.

— Абещаешь?

— Килянусь.

— Зайчоног, а дастань мнэ мячик, а то тут пыздэц как глубоко. Я трусики не хочу намачить.

— Блять. Канэчна. Как эта я сам раншэ не дагадался.

Залэз в холодный рэчка, каторый вышла из бэрэгов, и дастал ей мяч, каторый гавно нэ тонэт. А ёбаный карась папытался зайчонга за его дастоинство укусить. Такой вот не хароший рыба. Но зайчоног и нэ таких пидарасов ламал. Запустил два пальца в жабры и парвал ебаного карася да самай жопы. Смэрть ему. А дэвачке мячик.

Пабэжала дэвачка домой, давольный как-будто ей снова тот дядя плащ распахнул. Бэжит, трусы свэркают. Бэжала, бэжала и как пызданется чэрэз каряга. Ябало в смятку, мячик праткнула, он так ебанул, чта сэвэрная карэя от испуга свэрнула свою ядэрную праграмму.

Такой вот хуевый канэц у скаска. Одын зайчоног охуэнный фраер.