Жёны олигархов: простота наизнанку

Благодатная тема 

Благодатная настолько, насколько позволительны бесстыдное ехидство, сарказм, либо позитив и тривиальная воспитанность людей, данную тему обсуждающих.

Хорошо говорить о тех, у кого всё хорошо. И даже когда у них плохо — всё равно со стороны кажется, что хорошо. Особенно сейчас. В момент нахлынувшего усиления коррупционных разоблачений. В момент ой как непростых экономических перипетий…

В том, что у олигархов бывают нелёгкие времена, сомнений нет. Никто никогда не застрахован от разводов, скандалов, разделов имущества. Тем более в гламурно-глянцевой упаковке. Никто не застрахован от элементарных кидков, в конце концов. Мы ведь не забыли, откуда растут олигархические ноги. И как сегодняшние богачи «понакидали» в своё время полстраны. Чего уж поминать об «ошибках» молодости, внезапно потерявших привлекательность и свежесть.

Но для начала — о собственной благоверной.

У каждого из нас имеется допустимый финансовый предел. И в этом пределе мы сами себе — олигархи. Распоряжаясь нажитым по своему разумению и хотению… жены.

А что благоверная ведёт себя не всегда сообразно поставленным семейным бюджетом рамкам — не мне вам объяснять.

Извечная мужская мечта: кроткая, но красивая и умная жена 

С возрастом начинаешь постигать — сию формулу надобно расчленять на три составляющие. Или кроткая. Или красивая. Или умная. Соединить всех их вкупе — невыполнимо!

В сей момент от статьи отвалится минимум половина читателей — до тридцати годков. Не будем им мешать. Ошибки других каждый должен пройти сам. Пусть покуда думают, что удачливая, удавшаяся жизнь подвалила именно им. Типа подфартило, аха...

Оставшиеся же по-стариковски вздохнут и продолжат, глоток за глотком, допивать тёплый пока ещё зелёный чай, поданный верной половиной. А это дорогого стоит.

После 50-ти для сильного пола остаётся одно важнейшее женское качество — умение понять. Конечно, со множеством сопутствующих подпунктов в зависимости от здоровья и темперамента. Но основа основ — взаимопонимание. С чем вряд ли поспоришь.

Жениться можно и в 70, и в 80. Вопрос в том, осмыслит ли младая супруга — уютным рождественским вечером — хотя бы часть того, что пытается ей объяснить поджарый молодящийся старикан насчёт видения окружающего мира. В перспективе и в прошлом.

Для тебя мысли о сущем уже невероятно важны, — а ей, к примеру, ещё ментально не нужны. И коли супруга, невзирая на возраст, силится, старается, до боли сжав наманикюренные кулачки, уразуметь твои сентенции, — сопереживая и сочувствуя; и ты зримо ощущаешь её содействие, — вы оба молодцы. Так держать!

Но вернёмся к олигархам 

Хорошо, если начинали вместе — в небольшой коммунальной комнатушке затхлой заводской общаги. И через долгих 30 лет вместе пришли к нынешнему благосостоянию. И покамест до сих пор рядом — вряд ли вы чего-то боитесь. Даже развода. Даже дележа. Потому что знаете, уверены: злобы и мести не будет в любом случае.

Хуже, когда будущий олигарх начал с одной. Которая практически вытащила на себе тяжкую ношу хозяйственных забот — с детьми, вечными переездами. Неудачами, проигрышами.

А к финишу пришёл с другой. Которой досталось долгожданное счастье богатства и внеземного благополучия. Ведь понятие «предательство» никто не отменял. Только вряд ли от осознания сего станет легче брошенным «бывшим». К тому же если «гад» оказался забывчивым до свинства.

50 на 50

Как и всё в наш век: пятьдесят на пятьдесят.

Половина олигархов — достойно обеспечивает семьи, откуда в силу обстоятельств им пришлось уйти. Половина — высокомерно фланирует мимо неспокойной памяти жаркого прошлого. Недовольно кривясь и морщась. Словно от надоедливых слепней в томный знойный день. На лесной речушке.

Да, жёны олигархов — достойный продукт современной эпохи потребления. Такой же скоропортящийся, аки быстротекущее время.

Оглянешься — и видишь себя, улыбающуюся, перед зеркалом. В скромном платьице василькового цвета. Юную, весёлую, всю в розовых мечтах.

Секунда! — и в зеркало смотрит солидная дама с чуть припухшими от неустанных имиджевых забот веками и приличным банковским счётом. Но… видит бог, — всё бы отдала за беспечный ситцевый смех из васильково-розовых грёз.

И муж не совсем тот. Непривычный. Отношения не те. Разговор не клеится. Дом — тюремная крепость. Без права на побег.

Спасают ли подруги?.. Ну, разве лишь тем, что дадут вволю нареветься и высказаться — не перебьют, не осмеют. Но и не помогут. Да и, кстати, стоящей работы не сыскать — возраст. В определённый момент не удосужилась найти, несмотря на недурное образование. И просьбы к мужу. Муж, в ответ, взял и категорически запретил работать после успешного окончания заочного юрфака — мол, всё внимание детям! Тогда домашность и уют казались благом…

Теперь пожинаем плоды послушания — маемся, мучаемся, страдаем. В глубоком тупом одиночестве. В прострации духовного вакуума. Одновременно накручивая в подсознании более и более худшие варианты развития событий. Нисколько не радуясь чёртовой обеспеченности внуков, потомков — вплоть до третьего колена. Жить-то хочется сейчас, — а не через 300 лет. 

Детки выросли 

Да, дети разлетелись.

Так и не воспользовавшись полновесно отцовской добротой, заботой. Будто назло родителям они целенаправленно и вместе с тем снисходительно выбрали свой путь. И начали своё, именно своё, без чьей-либо помощи, личностное восхождение. Что справедливо. И сообщает лишь о хорошем, строгом воспитании. Нисколько не умаляющем посильную помощь, готовность предков в любую секунду прийти детям на подмогу. Но…

Они, как назло, упрямые и чрезвычайно самостоятельные. В отца. В мать. Каждый из них предпочёл затхлую общагу отцовскому «стартовому капиталу». Жизнь пошла по кругу. Заново.

Осталась… не упоённая тоска. Скорбь. Неужели всё было зря?

Откуда же лезет, прёт изливающейся лавой слёз безысходная тоска по нищей облезлой общаге-коммуналке?

Там кипела настоящая всамделишная движуха. С вечно нерешёнными, не доношенными проблемами, неустроенностью. Но — большой, огромной и полноценной (слово-то какое правильное) — Любовью. Когда не наметилось ещё и шага в сторону пропасти абсолютной «несхожести» характеров, нежелания советоваться. Нежелания вникнуть, разобраться. Наизворот, стало необходимо, чтобы всё свершалось пёхом, разом, сейчас! — прямо здесь и беспрекословно.

Его будто подменили: стал жёстким, несговорчивым. Общается с женой, как с шофёром. Обслугой. Типа «решает вопросы». Спит с ней урывками, между делом. Живёт в основном на работе — там же предприятия, заводы! Куда уж нам, с васильками да снеговиками. С утренниками… И Дедами Морозами.

Когда происходящее встаёт ему поперёк горла — начинает злиться, кричать: мол, всю жизнь пахал ради счастливой, одетой и обутой семьи. Исключительно тем и занимался, что думал и заботился о жене, детях и их обеспечении… А получилось так, что его — Его! — банально не поняли.

И посему появилось то, что появилось.

Новая жена 

Каковая вдруг, ни с того ни с сего, поняла, приняла и оценила. Чушь, конечно, на первый взгляд. Но тем не менее — результат на лицо. Точнее — на лице. У «бывшей».

И начинаются проблемки…

На кого что оформлено. Какие доли, акции, — в лихие года, — на какого по счёту сына и на которую дочь переписаны да переназначены. С учётом борьбы с коррупцией. С учётом того, что олигархам, тем паче «кремлёвским» олигархам, теперь вообще ничего нельзя: «С сердцем богача, сумою нищего», — пел Саруханов.

 В доме-крепости появляются юристы, управдомы, риэлторы. Кто-то, — незнакомый, безразличный, — всё время появляется, появляется, появляется… Налаженное вроде бытие превращается в непосильный ад.

Ад нестиранного белья

Ад потных немытых тел. Ад неудобоваримых бесед и намёков следователей, приставов, коллекторов…

Самое интересное, где-то в эту же пору — в пору разводов и неминуемых делёжек — одному из немолодых супругов приходится начинать с нуля. Опа! — Ноль!

…Жизнь оборачивается дешёвым сериалом. По накалу не уступая каноническим летописям грехопадений и платоновским смыслам возвышения и второго духовного рождения.

И вот тут, дорой брат (сестра) читатель, как карта ляжет.

Потому что лицом к лицу сталкиваются совершенно разные, как ни прискорбно, люди — супруги с 30–40-летним стажем. С порознь сформировавшимися интересами, мечтами-желаниями. Удивительным образом не совпадающими и не находящими отклика в человеке, с кем прожито ужасно, невероятно много лет. И ежели тогда, на заре отношений в приснопамятной заводской общаге, вы случаем не ошиблись, — то и сейчас, в сложных обстоятельствах, предвидение юности не должно вас обмануть. Он (она) не бросит супру… ныне партнёра, — как ненужного шелудивого пса.

Ну, а ежели невзначай ошиблись… Бог ей (ему) тогда судья.

Начать сначала 

В пятьдесят, шестьдесят — это далеко не простое испытание духа, воли, да и тела тоже. Не все его выдерживают.

Правда, тот, кто выйдет из сей передряги победителем — сможет собой безоговорочно гордиться. Он (она) станет, наконец, свободным(ой) и, вероятно, напоследях, счастливым.

Подобные перерождения приключаются, как ни странно, и с «древними» супружеским парами — они, словно первый раз, внезапно, вновь открывают друг друга! …Но уже в новом качестве. (Не забывайте: внезапность в нашем мире равна нулю, — т. е. вечности.) В едином целом заново обретая смысл. Обретая потерянное счастье. И волю к перерождению. К победе Любви над неизбежностью.

…Тут мы начинаем замечать — оказывается, разницы-то никакой олигархической нет. У нас, обычных смертных, небогатых, всё проистекает точно так же, нет?

В том-то и суть, отвечу. В том-то и суть…

Тогда зачем затравка про олигархов в названии текста? — с неудовольствием спросите вы.

Выходит, ни к чему, — тихо произнесу я.

Важны же вовсе не названия. И не воззвания. А наше к словам и поступкам отношение. И человеческое друг к другу непременное участие. Хм-м…

Невзирая на титулы и бабки.