За корюшкой

Рыбацкий посёлок близ Ладоги переползал из зимы в глухозимье.

В девять утра дядь Миша открыл глаза, скинул с себя шубу, служившую ему одеялом, встал с лежанки и подошёл к окну.

Во дворе, радостно обоссывая сугробы, носился хаски Дружок.

– Хорошо быть дебилом, – позавидовал псу дядь Миша. – От реально – ветер или снег... Есть что пожрать и куда поссать – и счастлив.

– Эт ты про себя? – раздался голос откуда-то сбоку.

– Да ну тя, – отмахнулся дядь Миша от невидимого собеседника.

– Тоже пожрать бы, – сказал голос.

– Жёлтого снега полный двор. Угощайся.

– Сенца бы, – нагловато стребовал собеседник.

– Сенца? А поленца? – дядь Миша подошёл к кухонному столу, насыпал в чашку растворимый кофе, сахар. Поставил чайник на плиту.

– Говно ты, Миш, – обиженно молвил голос.

– Да бери что хочешь, – отмахнулся дядь Миша. – Скучно. Валентинычу, можт, позвонить. За корюшкой позвать.

– Какая в феврале корюшка? Она ж в марте.

– Да это ж предлог. Приедет, настоечки моей выпьем.

– С Володей хорошо настоечки выпили надысь, – саркастически заметил голос. – Как стало их два, ты чуть, как Дружок, весь двор не уделал.

– Да, интересный у неё эффект, неизученный, – согласился дядь Миша.

– Ладно, пойду сено поищу, – сказал невидимый.

Мимо дядь Миши, немного наклонив рогатую голову, прошёл северный олень.

– Иди, – ответил дядь Миша, заварил кофе и набрал номер старого товарища.

* * *

Звонок практически разбудил Игоря Валентиныча. Тот как раз закемарил после обеда в кресле родного офиса. На экране телефона высветилась надпись "Не брать" и фото улыбающегося дядь Миши.

"Миша, денег совсем нет, у меня ремонт, машина сломалась и кот помер", – прорепетировал отмазки Валентиныч. Но друг денег не попросил:

- Гош, приезжай ко мне на Ладогу? Корюшка пошла, половим... Двести лет не виделись!

– Приеду, – согласился тот. – Я неделю свободен. А тут – Ладога, дорога жизни... Корюшку помню, да, огурцом пахнет. 

– Жду, Гоша! Кого взять хочешь – бери. Места полно.

– Замётано, Миш.  Завтра буду. Ой, извини, родное сердце, перезвоню.

Напротив его стола выросла фигура помощницы с молитвенно сложенными на груди лапками

– Игорь Валентинович, возьмите меня с собой за корюшкой. Я ни разу на зимней рыбалке не была, – попросилась она 

- За корюшкой?! – Валентиныч растерялся. – Даш, там холодно. И потом – мужчины.

"Что ж вы так бессовестно себе льстите, Игорь Валентиныч?!" – одними глазами спросило юное дитя.

Валентиныч смутился, закашлялся.

– Впрочем, Миша сказал, любым составом... Собирайся. Главное, теплую одежду возьми.

* * *

С раннего утра дядь Миша, поджидая гостя, бродил у ворот. Увидев его из окна, на улицу выбрался сосед

– Здоров, Миш, – крикнул он.

– Привет, Володь.

– Чево ты тут?

– Да, гостей жду, – сказал дядь Миша и отвернулся, давая понять, что разговаривать не настроен. 

– Бабы будут? – оживился сосед.

– А что тебе бабы-то? – равнодушно произнёс дядь Миша. – По морде дать или мудаком тя назвать - это и я могу. А других отношений с бабами у тебя вроде и не было.

– Смешно! Выпить есть?

– Отвали!

Сосед, довольный разговором, тут же уселся на колоду у ворот.

– Подожду с тобой, чтоб те не скучно было!

Дядь Миша с досады плюнул.

* * *

Машину Валентиныча оба увидели издалека: иномарка в посёлке – гость редкий.

– Сюда! – заорал Володя и бросился навстречу. Дядь Миша тоже направился к машине, из которой уже вылез Валентиныч и – неожиданно – какая-то юная девица в горнолыжном костюме.

Пока похмельный Володя лобызал отбивающегося Валентиныча, дядь Миша подошёл к девице и протянул ей руку.

– Здравствуйте, барышня, я дядь Миша. А вас как звать?

– Здравствуйте, я Даша, – улыбнулась та. – Игоря Валентиновича помощница.

"Дитё, – мрачно оценил дядь Миша. – Не нажраться толком".

Но вида не подал: шутливо погрозил девушке пальцем и пошёл к Валентинычу. Того Володя уже тянул за рукав в сторону дядь Мишиного дома, приговаривая:

– А мы с утра тут ходим, ждём! Я всё говорю: "Не переживай, Миша, встретим как надо! Выпьем, посидим"

– Да мы на рыбалку хотели, – неуверенно спорил Валентиныч.

Дядь Миша вздохнул, понимая, что сосед никуда не уйдет.

– Володь, да ты угомонись, будет тебе выпить. Только на Ладоге. Хочешь – поезжай с нами. Нет – отвали, – сказал он. – Дай хоть Валентиныча обниму.

– Валентиныч, дорогой!

– Миша, родное сердце! - приятели сжали друг друга в объятиях.

– Это что за дитё? – прошептал дядь Миша.

– Помощница моя. Навязалась, Миша, не смог отказать.

– Пьёт?

– Не курит, не пьёт, мясо не ест. Зоозащитница.

– Пиздец, – и приятели разомкнули цепь рук.

– Поедем потихоньку, – направляясь к снегоходу, произнёс дядь Миша. – Снасти есть  Мормышки вот тут, в пакете. Мелкая корюшка – на нее ловить будем. Бур. Ведро. Тут – настоечка на ягодах, форель копчёная, соленья... В общем, выпить-закусить всего. Едем по самой Ладоге в сторону Финляндии. Там красота! Торосы – это когда льдины друг на друга напарываются и одна на другую как бы взбирается. Причудливо, в общем. У нас снегоход и сани. Я на снегоходе рулю, потом вот сани, следом ещё одни прицепим. На каких-то вдвоём, на каких-то кто-то один и вся поклажа.

– Можно я на последних санях поеду? – вызвалась Даша. – поснимаю. За едой и удочками прослежу.

– Отлично, – обрадовался дядь Миша. – Тогда поехали!

Все шустро загрузились и тронулись.

- Эге-гей, - радостно закричал дядя Миша.

На санях дружно поддержали, а девушка Даша тихонько спихнула мешок со снастями в сугроб.

Снегоход с санями плавно спустился с пологого берега на равнину озера и понёсся к линии горизонта.

Валентиныч и Володя, лёжа в санях, лениво переругивались:

– А ну не жмись ко мне!

– Я и не жмусь.

– Про бабу разъясни: твоя?

– Даша? Да нет, это просто сотрудница нашей компании.

– Папуас, баба на рыбалке – к пиздецу. Она нажрётся, проблюётся, потом будет реветь и всех мудаками обзывать.

– Почему я папуас-то? И потом: она не пьёт!

– На рыбалке все пьют!

На вторых санях девочка Даша записывала видео для подписчиков канала "Зверь.ок".

– Друзья, с вами зооблогер Даша! Сегодня будет много классного контента с Ладоги! Посмотрите, как здесь красиво! Мои спутники собрались на зимнюю рыбалку, но тут их ждёт разочарование: все удочки я сбросила ещё у дома, так что - обещаю - ни одна рыбка не пострадает!

Даша выложила видео, с замиранием сердца дождалась лайка от пользователя @Валера2000 и убрала телефон.

Примерно через час быстрой езды дядь Миша сбросил скорость и постепенно остановился.

– Приехали, – сообщил он. – С чего начнём?

– Выпить сначала. И я не жрал с утра, – заявил Володя.

– И я б выпил, – поддакнул Валентиныч.

– Я сейчас всё распакую, и вы, правда, выпьете уже! – вызвалась помочь Даша. – Вот рюмочки держите, пожалуйста, и вилки. Вот рыбка, огруцы, грибы. Устраивайтесь, я мигом накрою!

– И вы, Дашенька, давайте с нами! – предложил дядь Миша.

– Нет, вы выпивайте, а я пока лунки поделаю. Столько видео смотрела, хочется самой попробовать.

Она с трудом подняла бур и потащила в сторону.

– Ну и удачи, – с облегчением воскликнул дядь Миша. – А мы и правда выпьем.

Мужики шустро расставили походные стульчики, уселись, налили по первой.

– За встречу! – коротко сказал Володя. Все чокнулись, выпили и закусили.

– Ох, хорошо, – простонал Валентиныч. – Миша,  родное сердце, это ж просто праздник! Одно не могу понять: что ты придумал эту зимнюю рыбалку? Ну посидели бы просто, выпили...

Дядь Миша налил по второй.

– Я так и хотел Думал, сядем на морозце. Выпьем. Закусим. А ты девицу притащил. Как мы теперь ей скажем, что приехали просто бухать?

Все опять дружно выпили.

– А нахрен ты бур и мормышки тащил? – хмыкнул Володя.

– А для антуражу! Мы ж не алкаши какие – ответил Миша, наливая по третьей.

– Стоп. Перерыв, – запротестовал Валентиныч. – Миша! Я пропущу.

– А я выпью, – заявил Володя.

Дядь Миша, подумав, тоже опрокинул в себя рюмочку.

И все трое дружно зажевали.

* * *

В стороне от выпивающих Даша лениво ходила вокруг бура, делая восьмую лунку.

"Рассказать придётся, – с тоской думала девушка. – Или не надо? Мол, упало всё, а я и не заметила..."

Но это было нечестно. А вспоминая лайк пользователя @Валера2000, Даша не могла поступить нечестно. Была не была!

Девушка бросила бур на снег и направилась к мужикам – признаваться.

– Идёт! – дядь Миша поднялся со стульчика. – Надо хоть для вида мормышки закинуть. 

– Я вам сказать должна, –  волнуясь,  сказала девушка. – Рыбалки у нас сегодня не будет. Это жестоко – ловить рыбу. Мы же не голодаем! Посмотрите, в магазинах всего полно! А учёные доказали, что продукты животного происхождения...

– Во, чешет! Прям депутат! – восхищённо сказал Володя, наливая по следующей.

– Даша! – вскричал Валентиныч. – Короче!

– Я выкинула мешок со снастями у дядь Мишиного дома.

– А спиздят? – возмутился Володя.

– Кто спиздит, если ты тут сидишь? – отбрил дядь Миша. – У дома никто не возьмёт. Что рыбалка накрылась – обидно, – он многозначительно посмотрел на собирающегося что-то вякнуть Валентиныча. – Но мы, Даша,  понимаем ваши чувства и разделяем их. Рыбалка – зло. Посему – выпьем!

"Ух ты! – удивилась про себя Даша. – Хрен с ними. Выпью. Нормальные они".

Она взяла пластиковый стаканчик и смело протянула его разливающему Володе.

– Вам штрафная, барышня, – заявил тот.

– Давайте штрафную, – согласилась Даша.

– Молодец! Тост! – заорал довольный дядь Миша.

– За чудесную компанию, – провозгласила Даша, чокнулась со всеми, выпила залпом, взяла на вилку огурчик и, не успев закусить, снопом упала на лёд.

– Пиздец. Померла, – испугался Володя. Но Дашка свернулась калачиком и так оглушительно захрапела, что все с облегчением выдохнули, положили её на сани, выпили ещё по рюмке, закусили и, наскоро покидав всё привезённое на санки, поехали к дому.

***

Зимний вечер наступил быстро. Стемнело. Лёгкий морозец приятно холодил лицо. Двигаясь с черепашьей скоростью, чтобы не растрясти пьяных пассажиров, гудел впереди снегоход.

Даша открыла глаза. На темно-синем небе выстраивались в хороводы звёзды.

– Красота какая! Кружатся и кружатся, кру...Ой! – Даша перевернулась на живот и, свесив голову с саней, проблевалась.

–  Я щас сдохну, как же плохо-то, – думала она.

– Что ты, Даша! Проблюёшься, проспишься, а утром и не вспомнишь, – раздался тихий голос.

Девушка с трудом подняла голову. Рядом с санями над снегом плыло, изящно шевеля раздвоенными нижними конечностями, странное существо, напоминавшее...

– Рыба я, Дашенька. Корюшка, – развеяло сомнения видение.

– А почему я вас вижу? – тоже тихо спросила Даша.

– А это ты бухонькая потому что, – ответила рыба.

– Рыбонька, – сдерживая рвотные позывы, расплакалась Даша. – Как я напилась...

– Ну, что ты, - погладила её по голове плавником корюшка. – Где же ты пьяная, родное сердце?

– Родное сердце, – Дашка поморщилась. – Это Валентиновское выражение. Терпеть его не могу, – пожаловалась она. – Всё выговаривает мне, мудак... Мол, не читаю ничего, не знаю, не интересуюсь. А я интересуюсь!

– Конечно, интересуешься, – утешала рыба девушку. – А про Валентиныча ты права. И мудак он, и комплексов полно, потому и бабы ему не дают.

– А ты откуда знаешь? – удивилась Даша

– А все мужики, милая, такие. Только мало кто им об этом прямо говорит. Боятся.

– А я могу! – встрепенулись Даша. – Я его вообще не боюсь! Хоть щас возьму – и скажу, что он мудак! И Володя этот сраный...

– Можешь, – успокаивала корюшка девушку. – Но не надо. А то наговоришь чего – а он тебя уволит.

Дашка резко села на санях:

– Валентиныч, – заорала она сидящему впереди начальству. Спина того вздрогнула.

– Началось, – заржал Володя.

– Валентиныч, ты мудааак! - неслось над белыми льдами Ладоги.

– А я говорил, – продолжал злорадствовать сосед Валентиныча по саням.

Валентиныч же униженно молчал.

– И Володя твой мудак, понял? - неслось с саней.

– И мне ни за что прилетело, – ничуть не обидевшись, заметил Володя. – Вот прям на ровном месте.

На санях громко пукнули и рассмеялись.

– Видала, как я их, – продолжая смеяться, спросила Дашка.

– Видала, конечно! – одобрила корюшка.

– А вот Валера мой...– неожиданно загрустила девушка.

– А что он?

– Ничего!

– Напиши ему.

– Так ночь?

– Да и ладно!

– А что я пьяная?

– Так даже лучше!

– А что написать?

Корюшка пристроилась на плече девушки, задумчиво посмотрела на экран телефона.

– Ну, давай с самого начала. Пиши: "Спишь?"

* * *

Валентиныч уже совсем не мог переносить шутки соседа по саням.

– Ну тебя, Володя, к чёрту, я лучше пройдусь!

Он сполз на снег под улюлюканье не менее пьяного Володи, с трудом поднялся и побрёл, постепенно отставая, за санями.

На его место рядом с Володей сразу приземлилось другое тело:

– Ты где был? – обрадовался тот, узнав, спутника.

– Таа,  ждал, когда это душный свалит. Невозможный человек, – горланил мужик, один в один похожий на самого Володю.

– Я и сам думал, что вечер зазря пройдёт. И не поговорю с умным человеком.

Оба Володи расхохотались.

– Этого мы позволить себе не можем! – заявил новый Володя. – Бухло человеку дано для того, чтобы всяк другому стал брат, друг и собеседник!

– Заглохни! Споём давай лучше! – перебил Володя-1.

– Сидели мы у речки Говнотечки! – завёл тут же второй.

– Сидели мы в двенадцатом часу, – неслось над Ладогой уже из двух пьяных глоток.

* * *

Валентиныч шёл огорчённый. Дурацкая поездка выдалась. Девка нажралась. Володя этот – отдельная история. Тяжело с этими людьми. Где-то ИИ создают, в космос летают, а эти – нажрались. Нет бы выпить немного, поговорить. Столько тем хороших есть.

– Ну, давайте поговорим, – предложил бархатный голос.

Валентиныч замер. Прямо перед ним, в двух шагах, появилось явно неземное существо. Огромная голова в виде капли, черные глаза, голое туловище, длинные конечности с вытянутыми шишковатыми пальцами...гуманоид!

– Оппа, – тихо вздохнул Валентиныч, оседая на снег. – Галлюцинация!

– Ну, какие галлюцинации. Вы же разумное существо и отлично знаете, что мы существуем. Просто обычно не выходим на связь с людьми.

– А почему вдруг вышли? – Валентиныч встал на четвереньки и поднялся.

– Острая инопланетная необходимость!

– А почему именно со мной, - всячески не доверял Валентиныч гуманоиду.

– Ну, а с кем? С этими что ли? – кивнул тот в сторону саней, откуда неслось в два голоса:

– Теперь пиши ему: "Приезжай!". Если любит – он найдёт способ быть с тобой, невзирая ни на что!

– Иначе он козёл?

– Иначе он козёл!

Валентиныч с инопланетянином понимающе переглянулись.

– А Володя? – иронично кивнул Валентиныч в сторону горланящих песню двойников

– И обсуждать нечего, – покачал головой инопланетный гость. – Бабник и пьяница.

– Вот! А Миша? – задумался Валентиныч.

– Лгун. Затащил на рыбалку, а рыбачить и не планировал, – оценил гуманоид и дядь Мишу.

Валентиныч обмяк, умаслился в районе глаз и повис на плече нового товарища:

– Почему же только сейчас...

– Не переживайте, Игорь Валентинович, – перебил гуманоид. – Это всё неважно. Есть же вечное: любовь, взаимопонимание, честь, достоинство...

– А где? – перебирая пьяными ножками в снежной каше, Валентиныч крепче ухватился за инопланетянина.

Тот развернул красивую голову лицом вверх и мигнул в небо.

Тут же от его глаз протянулась нить света, выцепившая в небе какой-то объект. Объект обволокло светящееся облако в виде напуганного ежа.

– Что же, покинуть планету? – горько наморщился Валентиныч – А они? – кивнул он опять на товарищей.

– А что они? Достойны ли?

– Хорошо. Пусь останутся, – покорно согласился мужчина. – А я что буду делать ТАМ?

– Передавать наработанное поколениями культурное и интеллектуальное богатство.

– Кому?

– Нашим детям!

– А нашим? – вскричал Валентиныч.

– А вон – ваши. Нужно ли им это всё?

– А с ними... Что будет? Планету уничтожат?

– Нет. Только очистят. А потом заселят умными и развитыми существами, готовыми учитывать опыт прошлых цивилизаций.

– Нет, я на чистку не согласен, – заблеял тоненько Валентиныч.

Гуманоид подобрался, схватил Валентиныча тонкими пальцами за ворот пуховика и взмыл с телом в небо.

– Помогите! – пискнул Валентиныч и попал в счастливый момент, когда Володя-1 и Володя-2 набирали воздух в грудь перед припевом.

– Наших бьют! – моментально вызверились оба и, в два прыжка одолев расстояние до гуманоида, высоко подпрыгнули, ухватившись за ноги Валентиныча. С неожиданным утяжелением гуманоид провис и полетел уже не вверх, а над землёй, за еле плетущимися снегоходом и санями.

– Володька, – визжал Валентиныч. – Меня инопланетяне хотят забрать, а человечество уничтожить.

– Кому ты нужен, уёбок старый! – орал тот, сползая по штанам Валентиныча. – Отцепляйся, иначе тебя облучат, вырежут по трафарету самое нужное, а остатки вернут в твой зажопинск. Будешь ходить в бабьем банном халате, интервью Рен-ТВ давать!

– Володенька, не могу отцепиться, родное сердце, – плакал Валентиныч. – держит, чёрт!

* * *

– А что это они? – задрав голову, спросила Даша.

– Валентиныча инопланетяне забирают. А Володи, идиоты, бросились спасать.

Ну, что он там ответил?

И обе опять склонились над телефоном.

***

С медленно ползущим снегоходом поравнялся олень.

– Что, Миш, удачно съездили? – спросил он.

– Сам не видишь? Ты чего выбрался?

– Встретить хотел, – не обиделось животное. – А этот много выпил? – мотнуло оно мордой в сторону болтающегося между гуманоидом и Володями Валентиныча.

– Неа. Пока до дома доеду, девку с рыбой довезу, глядишь, протрезвеет Валентиныч, избавится от гуманоида,– ответил дядь Миша.

- Трезвеет! –  закричал он чуть позже, увидев, что гирлянда из людей и гуманоида, двигавшаяся всё время в десяти метрах вверх и в сторону от снегохода, вдруг стала резко снижаться. Инопланетянин замигал, расплылся и лопнул.

Валентиныч с Володями рухнули с высоты в снег.

На санях заливисто расхохотались девушка и рыба.

– Вот и всё, – пробормотал дядь Миша. – Щас на саночки – и домой. Чай пить.

***

Через час все участники рыбалки сидели за деревянным столом у дядь Миши дома и пили чай.

Валентиныч тёр уши руками, уставившись безумными глазами в стол.  Володи сидели рядом, отхлёбывая чай, от которого несло дядьмишиной настойкой. Корюшка сидела на плече у Даши и что-то шептала ей на ухо.

Во главе стола сидел дядь Миша и вещал:

– Я считаю, что настойка дана нам высшими силами для того, чтобы всяк человек нашёл себе близкого по духу. Кто выслушает и поддержит. 

– Пиздишь? – перебил его один из Володей.

- Пиздит, – наклонив умную голову, чтобы не задеть рогами потолочные балки, в комнату зашёл олень и с порога вклинился в беседу. – Но не со зла, а потому что сам не разобрался, в чём дело. 

– Причина эффекта настойки нам, получается, не известна, – поморщившись, сказал Валентиныч. – Но хоть что-то вы выяснили? Например, насчёт видений?

– Видения у каждого свои, но если в компании пьёшь, увидишь глюки всех собутыльников, – коротко ответил один из Володей.

– Я считаю, что про собеседника Миша прав. Вот я идеального собеседника получил – двойника своего же, – продолжил Володя. – Тя, Валентиныч, человек не поймёт –  ты с инопланетянином яшкаешься. Дашка – зоошиза. К ней селёдка пришла. Ну, а Миша сам олень – вот и...

– А я настойку-то щас заберу. – прикрикнул дядь Миша, и Володя заткнулся.

– А мне вот интересно, – обратился дядь Миша к оленю. – почему у Валентиныча гуманоид улетел, когда он трезветь начал, а ты у меня два месяца живёшь?

– Ты, Миш, достал меня потому что, –  ответил олень. – Ты трезвеешь – я в Лапландию бегу. Только полдороги за спиной – ты опять пьёшь. Надоело бегать, вот я у тебя и остался.

– Миш, по твоей настойке можно ж работу научную написать, – мечтательно сказал Валентиныч.

– Можно. Только настоечка не исследована, вздохнул дядь Миша. – Сколько экспериментов надо провести, чтобы что-то зафиксировать...

– А давайте выпьем, – вдруг предложила Даша.

– Девка –молоток! – хором рявкнул Володи. – Наливай, Миша!

– Продолжаем эксперимент, – согласился Валентиныч.

Все разом повеселели. Дядь Миша разлил настоечку по рюмкам. Чокнулись, выпили и замолчали, ожидая эффекта.

Валентиныч с надеждой глянул в окно на небо. Где-то там, в вышине, засияло облако в виде испуганного ежа.