Первый снег

Город вздрогнул от первого снега,

коснувшегося старых стен, 

тающего на фонарном стекле, 

на тёмной молчаливой воде, 

под кошачьей лапой, 

брезгливо поджатой 

на склоне речного берега, 

где лебеди 

с высокомерной нежностью

в волны тяжёлые и неспешные

кидают звезды вслед за снежинками,

целуют клювами хрупкие льдинки,

складывая тяжёлые крылья 

за спинами полупьяных прохожих,

проливших остатки горячего пунша, 

на зыбкие тени похожих,

вздрагивающих от ледяных уколов

на бледной прозрачной коже,

и звон колокольный слушая, 

плывущий над шпилями Старого города, 

где ангелам уже селиться — дорого, 

но все же оно и лучше —

чтоб первый снег заставил поежиться

от забытого с марта зимнего холода 

множество 

потемневших от времени,

сгорбленных от неподъемного бремени

святых 

с тонким латунным нимбом. 

И кошек, под чьими мягкими лапами

снежинки с неслышным вскриком

исчезают, растоптанные и распятые

под звон городских трамваев. 

Колокол гулко ударит полночью,

колокол точно знает:

покров непорочный снега — непрочен.

И должен к утру растаять.