Архимедовский слом времён, или Кровавые приблуды Покса-потрошителя
Слышь, братва, я вот что подумал… Ведь если Дюже Покс действительно настолько велик, то — почему бы не писать лично для него, а? Например, те кинообзоры в КреативМаркете, что по полторы штуку рэ за шт., я мог бы фигачить лично для Покса — за 100 евро всего, а? а? э?..
Но приступим...
Отдельное спасибо за «Малежика» на похоронах
Для многих жизнь в дурдоме единственная возможность
существовать в человеческих условиях. Покс
Несомненно, за приз в тысячу евро тут же бросил свои никчемные пятитысячные потуги-рецы, вмиг показавшиеся нищенскими. И почему-то весьма зауважал Олега Покса — прежде всего как человека. Потом уже, ещё не читая, как автора, советского русского литератора. Мецената. И в принципе — в некоем смысле даже как приятеля. Близкую родную душу. Ну да ладно…
Вытерев внезапно накатившую слезу, приступим-таки к обзору творчества без преувеличения великого, в каком-то ракурсе — гениального мастера Эпатажа.
Сначала нашёл и пролистнул текст, о котором говорится в блоге "Для редактора... ".
Тут же сделав вывод без привязки к «б.ядскому» (абсолютно в стиле рунетовских 2000-х) сюжету. Примерно представляя, мол, сегодняшние вирши должны отличаться 20-летней поправкой на мудрость. Опыт. Интересно...
Давайте соотнесём, сильно ли будут разниться эти условные «поправки».
Итак, первое впечатление от стартового текста из 2000-х:
- Стиль изложения — вполне профессиональный, ровный.
- Авторская оптика (ну, т.е. оригинальность, уникальность мысли) — 100-процентная.
- Лингвостроение (расстановка фраз, словообразов) — хорошее, no problem.
- Выстраивается облик типичного крепкого сетевого постояльца со своей надёжной аудиторией.
А вот и выводы
По текстам я понял: Покс — бывший военный. Отслужил. Вышел в отставку и… Сел за стол, принявшись писать. Причём тотчас неплохо — ведь это «божественное», по Булгакову, писательское умение — оно или есть, или его нет. С выдержанной стилистикой. Original-оборотами. Чисто Поксовскими.
Кстати, прекрасно знаю многолетних литераторов, насыщенно печатающихся, состоящих в разных союзах-обществах, но… Пишущих из рук вон. Кто — откровенно немощно, коряво. Кто — попросту нудно, скучно-поскудно (пусть лингвистически грамотно). И лучше у них с годами, — увы, не становится. И никакие уроки личностного роста, даже платные (и даже по трезвянке!), — не помогут.
В контексте изучения произведений Покса в облачную дверь памяти постучался морфинист-«транжира» Булгаков (у Покса сонмы булгаковских фантасмагорий). Точнее — машинист-«мелиоратор», по Шкловскому: — Платонов. (Встречается у Покса и платоновская тектология — система противоречий. Я бы назвал: «Причёсанный абсурд».) Ещё точней к обозреваемому облику подойдёт военизировано-штабной, по-офицерски злой юморок Зощенко: «Так вот откуда ноги растут!» — слышится по-зощенковски уничижительный возглас хитрого политика Фёдора Михалыча. Героя рассказа «Судьба человека» Дюже Покса — жёсткого, чёрствого, к тому ж «безразличного к другим людям».
Да я и сам из таких, чессговоря, — от сохи в литературе. Но отвлеклись…
Теперь о прочитанном
По пунктам, как я люблю:
Военщина? — Да, попахивает, как без того. Автор — боевой офицер, много чего прошёл. Обладает нетривиальной способностью скрывать под маской сарказма что-то бо́льшее, что-то весо́мей из произнесённого. Превращая грубую напыщенную серьёзность — в улыбку; горе — в неизбывность счастья; радость — в Rock-n-Roll духовного предвидения: фатализм. Давая понять читателю, дескать, всё мимолётное — вечно. А вечное — фьють! — мгновение, секунда.
Канцелярщина? — Нет, только если в мизерных количествах. Что и привлекает, зная военизированный бэкграунд.
Отвратность? — Да, куча мерзости. Убогих, до калечности, соитий. Но — это стиль. Фирменный. Согласен, среднестатистический журнал-«толстяк» вряд ли возьмёт: скажут, неформат. На то и существует нерушимый пласт сетевой литры, дабы вот так — сгоряча да под сурдинку — пить кровь у раненого товарища или растерзанной в клочья тёщи: без разницы. То — его, Поксовы, кровавые приблуды. Что отличает сие творчество от мейнстрима с «обнимашками-котиками», «поцелуями-нежностью», зелёным «канадским газоном» с шёлковым «пледом на травке»… Эти слова в Поксовом флёре предпочтений сами по себе уже вызывают блевоту́. Бе-еее-ее…
Юмор. Причём юмор — такой, какой надо юмор. Зощенковско-булгаковский. В меру тонкий. В меру неотёсанный, сучковатый. Без которого бы текст, собственно, не цеплял. А тут — бац! — вроде как неохота читать: лучше пивка дерябнуть. Но именно эта вот зацепка-хохотушка как бы прикрепляет взгляд. И ты доходишь до конца. В ожидании умных смешных приколов мистера Покса. Местами разнузданных. Порой специально кривых, кривоватых, — но обязательно солёно-вкусных. С приблудой…
Ну прикиньте, дорогие господа, что придумать счастливую семью инвалидов — слепую католичку-певчую и ей же простре́ленного (но не пристре́лянного) любящего инвалида-супруга — может лишь чрезвычайно небанальный, совершенно отвлечённый от повседневности с её «неинтересностями» мозг. (Рассказ «Мишкина улыбка»)
Секос-Мекос. Вне всяких похвал. Качественно. Изящно. По-современному жёстко. По-тургеневски нежно. По-толстовски скромно. По второму Толстому — влажно. «Бунин, Гоголь, Тютчев, Тургенев — наши наследили тут». — Изрекает автор.
Недоговорённость. Да-да, упомянутая выше. Ещё одна крутая фишка. В филологии зовётся эллипсисом: диалектической лакуной. Пропуск чего-то важного, до чего читатель должен дойти сам. Это очень яркая деталь рассказов господина Покса. Выдающая в нём не только сатирического мастера-пересмешника с непотребными фокусами кота-Бегемота. Но — одномоментно обстоятельного вдумчивого автора. Ратующего за происходящее в стране, мире; в нашей с вами жизни, уважаемый альтерлитовец. И вот за то Поксу — большой жЫрный плюс.
Традиция олдов
За декорациями его театральных представлений зрим некичливый реквизит огромного опыта. Солидную глубину прожитого пространства. Тщательно отрефлексированного в мельчайших подробностях. В основном, конечно, саркастических. Но в подоплёке лично я, например, ощутил неувядающую боль за наш мир, чувство стыда и страха за прегрешения человечества, людские сломы: варварски бессердечную, ничем не оправданную тектонику выломанных Судеб. Архимедовские зигзаги времени.
За мерзостью сексуализированных кордебалетов видится неспокойная душа мужчины, патриота, гражданина своей страны. Крайне честного, ответственного за себя и других. Оттого мятущегося и… страдающего, что ли: от глобального вранья на пару с «верховным» развратом.
Чувствуется — человек пишет как дышит. Свободно излагая мысли, не заморачиваясь и особо не напрягаясь. Легко расставаясь с прошлым, мечтая о будущем. Избегая занудства, политого обильным пьянством (зачёркнуто).
Мысль его, — пусть порой извращенческая: — мягко, томно льётся струйкой тёплого парного молока из припухшего от младенческого укуса маминого соска…
По мне, в этом ракурсе за двадцать творческих лет у Покса ничего не изменилось. Тогдашний стиль мало чем отличается от нынешнего. Ну, разве что кроме невидимых глазу нюансов — маркеров наработанного с годами мастерства. Знака качества — советского ГОСТа. Как пишут в комментах: «Тот самый кондо́вый удаффкомовский олдскул!»
По обыкновению пробежимся по «гениальностям», как я их называю.
Итак:
«У вас рожа подлая и глаза еду ищут!»
*
Водка губит человека, но и люди водку не щадят.
*
«Я тоже хочу быть с тобой всегда», — ответила Ася, попросив любимого застегнуть ширинку.
*
В везении бывает дно.
*
На фотографиях он был запечатлён с популярным певцом, завсегдатаем «Голубых огоньков». Стоящие в обнимку мужчины в узких плавках на фоне голубого неба светились от счастья.
*
Эрекция — самое многозначительное признание в любви.
*
«Друг дружке пососёте, вон какие мордахи хитренькие»...
*
В натренированных руках лом ощущает себя пластилином, проверено.
*
Умывальника не оказалось — в те годы руки мыть было не принято, поэтому мне пришлось умыться в унитазе.
*
Лёгкая жёлтая блузка освежала её смазливое личико, выгодно подчёркивая пышную грудь и осиную талию, в сравнении с которой даже гитара казалась бы поленом.
*
Сразу видно, настоящие военные. Знаниями тут не поможешь.
*
«Во Вселенной нет центра, — парировал Толик, демонстрируя украшения на пальцах в виде наколотых перстней. — Но признаю, любопытство и глупость присущи нам по природе».
Примечание:
Хочется с благодарностью отметить упоминание моего в некоем смысле «подопечного» и друга Ю.Тубольцева в рассказе «Довесок». Фактически — я изобрёл сетевой мем «Тот самый Юрик». Раскрутив Тубольцева в дзене так, что народ уже рвёт на монитор. Ведь от мерзо́тной Поксовской тошноты до очищающе-божественного восхищения танцующим Юрком — один шаг. Верно, друзья… нет?
«Армейский юмор может казаться тупым только для гражданских. На самом деле он жуткий!» Дюже Покс
1-я фота: автор — худ. А.Меринов. Он мне разрешил, т.к. мы с ним работаем в "МК".
2-я: краткая блестящая рецензия г-на Покса на моё творчество. Спасибо, Мастер!