Пробуждение

Воняло какой-то кислятиной, этило-метиловыми парами и  засохшим дерьмом.

В башке стучали отбойные молотки; во рту, похоже, опорожнилось стадо мамонтов или диких лесных котов… хотя стоп, коты не ходят стаями или стадами, а мамонты вымерли, значит, вероятно, это были  слоны.  Блин, я же бросил пить. Продержался неделю на одном пиве, пока вчера  не пошел провожать Леху на фронт. А что дальше было- убейте, не помню. Надо попытаться  открыть глаза. Так… темно.. нары, два ряда,  на них какие-то тела. Похоже на вытрезвитель… странно, в нашем городе их закрыли лет 20 назад. Блин…

—Мужики, есть кто живой?, пытаюсь крикнуть я, но из горло идет лишь какой-то неясный сип. Тем не менее, мое обращение не остается без ответа. С нар напротив меня раздается громкий, переливчатый пук, а справа от меня, совсем  рядом с – знакомый, до боли,  почти что родной голос.

—Эдька, братан, здорово! Оклемался, наконец.

Леха, мать его. Впрочем, кто еще это мог быть?

—Леха, ты в курсе, где мы?

—Да хуй его знает, сам еще не врубаюсь.

Чувак на  нарах  напротив снова пернул. Да хрен с ним, тут духан такой, что хуже уже не станет.

—Черт Леха, сколько сейчас времени? Мне же на работу в вечернюю смену. Леха молчал.

—Леха, алло, у тебя часы есть?

—Ну ты даешь, Эд. Крепко же тебя долбануло. Ты че, вообще ни хрена не помнишь?

—C хуя бы? Как бухали у тебя на флэте помню. Как с Серегой помахались тоже помню – он еще грозился вначале братана своего, бандоса, подтянуть, а ты ему напомнил, что его еще в прошлом году похоронили и он завял, а потом спал в ванной, пока его Людка с Танькой оттуда не выкинули. Вот кто из них мне минет делал- не помню. Но, кажется, все же не Серега.   Еще утром пошли тебя к военкомату провожать и Людка уговорила знакомую продавщицу круглосуточного продать нам… типа друга на фронт провожаем.

—Да… Со стороны Лехи послышался не то смех, не то какие-то всхлипы.-Ты в натуре кукухой поехал. А как ты пошел контракт подписывать –помнишь?

—Чего??!!!... В башке однако что-то зашевелилось, всплыла фамилия – майор Конюхов. Вопли, каменные ступени военкомата…

—Ну да точно, вспомнил.  Только майор тот разорался, завопил, что алкаши его задрали и спустил меня с лестницы.

— Ну да. Ты потом часа два в кустах пролежал рядом с военкоматом.  А потом к майору приехала какая-то комиссия, орали, что у него опять недобор.  Вытянули тебя из кустов и потащили контракт подписывать. Ты, правда, вроде как начал упираться, они тебе что-то втирали про Родину, патриотический долг, ну а потом налили стакан коньячеллы – ты и подписал.  Нас еще в самолет не хотели сажать, прискакал какой-то то ли генерал, то ли прокурор, грозил весь экипаж посадить. Тоже не помнишь?

—Ни хера. Ну, я так понял, на работу я опоздал.

—Работу… Так три недели подготовки ты тоже не помнишь? А, впрочем, где тебе. Нас как с самолета сгрузили, мы сразу нашли, где самогоном зарядиться. Два дня пробухали, потом нас на губу повезли, а там не приняли… сказали, мест нет, все забито.  Ну, потом, три недели подготовки пробухали, а там и на фронт..

—Ни хрена себе. А дальше что?

—А дальше, вздохнул Леха- я и сам  ничего не помню.

С нар напротив вновь началась арт атака

—Алло, чувак, - крикнул я. Ты кончай озонировать, а то у меня скоро перепонки лопнут.

—Брателло, - послышался голос слева – по ходу, это твоя собственная жопа. А ухов у нее нет, она не слышит.

Пойти, дать этому остряку пизды? Да нет, лень

—Чувак, моя жопа при мне.

—А ты уверен?- ухмыльнулся левый сосед.

— Эд,- послышался голос Лехи. У тебя правда что-то того… Посмотри.

В помещении было темно, но подняв голову,  я увидел, что ниже пупа, у меня никакого тела нет. Вообще.

—Это… чего это?, прошептал я, хотя, в принципе все уже было ясно.

—Ну, как что, прямое попадание в БМП,- пояснил сосед слева.

Сверху открылся люк, послышались голоса.

—Слышь, а этих сразу вниз, или сначала в чистилище?

— Дык спроси у Петра, он сегодня на дежурстве.

Люк закрылся. Я бы тут же обосрался. Но даже этого я больше не мог.