Весна. Конец апреля. На дворе 2012-й. Обычное будничное утро. Великие умы человечества уже изобрели очки дополнительной реальности и самонакачивающиеся шины. А я, решив что ничем не хуже, изобретала новую причину не вставать с постели.
— Кто придумал эти ранние подъёмы и почему в нашем мире всё заточено под жаворонков? — проворчала моя субличность Паскудовна и я, собираясь с мужеством, спустила ноги с кровати. Каждый день мне снился отпуск. Снилось это беззаботное время без будильников, рабочих планов и диагностических листов. Ложись когда хочешь, вставай когда хочешь. Вообще не ложись! Или не вставай.
Наспех выпитый кофе немного взбодрил и примирил с реальностью, а я успокоила себя тем, что впереди майские выходные. Да, не самый большой и сладкий «кусок пирога». Но можно ж и ему порадоваться если мир дает такую возможность.
Замечтавшись, обнаружила, что опаздываю. Поэтому вылетела из дома и зашагала размашистым и неженственным. Переставлять ходули я умею, этого не отнять. Если бы я участвовала в конкурсах по спортивной ходьбе и на самую роскошную походку от бедра, то непременно победила бы в первом.
В дверях столкнулась со старшим методистом Разиёй Муратовной. Ей было очень далеко за шестьдесят, но по какому-то стечению обстоятельств она крепко приросла к своему рабочему месту. Про таких обычно говорят «пока работает — живёт». Она действительно была энергичной и моложавой для своего возраста. И немудрено. Графиня Батори для этого омывалась кровью девственниц, а Разиюшка пила кровь молодых сотрудников.
— Здравствуй, Оль, там дело одно есть, зайдёшь ко мне как освободишься — произнесла она. — Здравствуйте. Хорошо.
«Какие могут быть дела в предпразничье? За опоздания что ли будет говорить» — предположила я.
После запланированных диагностических работ я спустилась вниз по лестнице в кабинет бессменного и такого незаменимого методиста. От раскрытых повсюду окон пространство учреждения было наполнено ароматами форзиции и цветущей сирени. И как-то благостно было внутри, светло. «Хороший знак» — подумала я.
— Оль, да я предложить хотела вам с Сашей... (моя коллега психолог) — У меня есть билеты на трёхдневный тур на Домбай. Ирина Влюдовна заболела, Баричева не сможет по семейным обстоятельствам. Может вы согласитесь? Ну не пропадать же билетам. Отдохнёте от мужей и от детей — улыбаясь произнесла она. — Ну не знаааааю, мне нужно подумать — протянула я. — Подумайте до обеда, чтобы я понимала искать ли мне дальше соискателей на поездку.
Я обычно лёгкая на подъём. И, как кэролловская Алиса, летящая вниз по кроличьей норе хватаю по пути все баночки и пузырьки с полок, пью из всех склянок, откусываю от всех грибов. Но тут застопорилась. Мне предстояло решить задачку с несколькими неизвестными, где самым неизвестным было согласится ли муж «остаться на хозяйстве» пока мать семейства будет козочкой по горам и долам скакать. У него, в конце концов, могли быть свои мысли и планы на сей период. Но, как обычно, бывает в таких случаях, абонемент был вне зоны доступа, а время поджимало. Саша со своим супружником порешала всё довольно быстро, птичка был на проводе. И, оказавшись на стороне зла — матерей, отдыхающих без мужей и детей — она стала заманивать меня в свои тёмные чертоги.
— Ну поехали, классно же будет! — А поехали! Поставлю Сашку перед фактом. Так, мол, и так, милый мой супружник... на общем совете психологов дошкольного образовательного учреждения, было принято единогласное: «Поездке быть!»
Когда я поставила мужа в известность, он моё решение одобрил и всячески поддержал. И я начала собирать свою походную котомку. Много барахла брать с собой не стала, три дня отдыха ж всего. И очень хорошо, что догадалась хотя бы парочку тёплых вещей закинуть, предположив, что погода в горах может очень отличаться от нашей южной.
Обычно люди едут в горы, чтобы покататься на лыжах. Но я не только не собиралась, но и не умела, поскольку в южной Астрахани лыжи — ненужный и бесполезный в хозяйстве предмет. Мне было просто жизненно необходимо надышаться ветром, пофотографировать, произвести рестарт своего ПО и напоить глазоньки видами живописными. Помните, как у Владимира Семёновича: «Внизу не встретишь, как не тянись. За всю свою счастливую жизнь. Десятой доли таких красот и чудес». А лыжи подождут. Не последний же день живём!
На Домбай мы приехали утром 1 мая. Оглядевшись вокруг, в голове опять зазвучал Высоцкий: «Здесь вам не равнина, здесь климат иной...»
Нас заселили в нумера. Так как график мест для посещения был очень плотным, нам выделили всего пару часов для того, чтобы отдохнуть и собраться в путь. Я нарядила все свои тёплые вещи, что у меня были и мы выдвинулись в горы. Нет, не так. В горы!!!
Первая высота — полет нормальный. Оказавшись в плену снежного безумства, от переизбытка воздуха и света, захотелось кричать о любви к каждому камню (что мне не присуще) и цитировать Неруду и Лорку.
Вторая высота — брр, надо бы утеплиться. На моё счастье на этой высоте было несколько точек по продаже папах, шапок, тёплых повязок на голову и прочей фигни. Папахи стояли неприлично дорого, у нас на Больших Исадах одну из таких же я бы купила вдвое дешевле. Поэтому ограничилась вязаной повязкой с надписью «Домбай», чтобы не мёрзли ухи.
Рядом была точка, где туристов катали на снегоходах. Мы с Сашей, не сговариваясь, решились и на это мероприятие. Оплатили, уселись поудобнее и наш отчаянный водитель Джамшутик, произнеся с характерным акцентом эпичное: «Это вы запомните навсегда!», сорвался с места. Тогда мы ещё не знали, что так оно и будет ибо Саша чуть не откусила себе язык, а я потеряла крышечку от объектива. Но всё по порядку.
Йохууу!!! От неконтролируемого приступа смеха и серотониновой атаки на мозг, у меня чуть не порвало рот. Мы неслись, задорно ржа и от этого пересыхало во рту. Всякий раз подскакивая на кочках, у меня щекотало внизу живота. Фотоаппарат, свободно висящий на моём плече, тоже радовался этому фееричному безобразию. Он так же весело подскакивал, как и мы. Но я от накативших на мои органы чувств ощущений никак не могла его поймать. И на каком-то из подлётов он не выдержал испытаний дофамином и просто изрыгнул крышечку от объектива в какой-то сугроб. Узнав о пропаже, мы ползали вместе с Джамшутом и Сашей в снегу, безуспешно пытаясь её отыскать. Таким образом я оставила метку, чтобы вернуться. На такие случаи люди обычно бросают монетки, ну а я крышечками от объектива разбрасываюсь. Почему бы и не да. Эта потеря хоть и слегка омрачила мое пребывание в высокогорье, но не сломила, ведь столько всего интересного ждало нас впереди.
Миссис «ебучий случай»- моё второе имя. И приключения на крышечке, естественно, не закончились. Мы забрались ещё на одну высоту, где вовсю резвились лыжники и сноубордисты. Как уже писала выше, я не планировала «пробовать» лыжи. Да и экипировки нужной не было. Но горный воздух пьянил, отключая все отделы головного мозга. Ну и путь Алисы, помните же, да? Хватать по пути, пить, откусывать...
— Была, не была! Один раз живём!!! — с этими словами я направилась в сторону домика, где расположился прокат лыж. Хорошо хоть помимо лыж хватило ума захватить и инструктора. Я ж, кроме коньков, ни на чём в своей жизни не стояла. Когда на меня напялили лыжные ботинки я уже тогда почувствовала себя жутко неуклюжим пингвином. Чего уж говорить когда пристегнули лыжи!
Инструктор показал мне как держать лыжню, как притормаживать, показал различные вариации расположения ног в пространстве... Я с большим прилежанием пыталась повторять, но получалось у меня не ахти, ноги слушались лишь наполовину. Потом мы, держась за трос бугельного подъёмника, забрались на небольшую вершину (для новичков), откуда мне было предложено съехать, применяя изученные техники.
Я чувствовала себя Муравьевой из «Карнавала», честное слово. Мои ноги разъезжались в стороны и не хотели съезжаться обратно.
А ещё я не могла притормозить, когда меня на скорости несло к «Русскому домику» из сруба, где лыжники со сноубордистами грелись и пили горячий чай с горным травами, имбирём и мёдом.
Стремительно приближаясь к домику, я безуспешно приказывала своим непослушным ходулям уже наконец притормозить. В голове тем временем промелькнула мысль, что на такой скорости голову я вряд ли разобью, но зато носик подрихтую. Но нет! Носик, благодаря сноровке инструктора, остался на месте. И в неравной схватке сил притяжения с моими слабоумием и отвагой, приправленной девизом «бери от жЫзнЕ фсеу!» пострадал только большой палец руки.
Потом на высоте резко поднялся ветер. Погода поменялась стремительно! Не предупреждая и не щадя. Инструктор денег с меня не взял. И думаю, даже перекрестился в душе, что ему не пришлось со мной час мудохаться.
Я с разбитым пальцем, но довольная и счастливая, направилась к нашей группе, которая тусила в избе-едальне, жря и пья. Никто из наших не был готов к такой резкой смене погоды. Поэтому мысли у всех были только одни: подальше от этой майской зимы. В тепло! Спускаясь по канатке на открытой гондоле из пяти мест, эйфории заметно поубавилось. Мы жались друг к другу, как стайка замёрзших нахохленных пичужек. Я запихала свои продрогшие ладошки в свисающие рукава флисовой толстовки, намотанной на поясницу и зад во время обкатки лыж.
На одном из промежуточных спусков вместо новых кабинок были советские скрипящие от древности «двушки». И вроде ничего не предвещало беды. Но по прибытию вниз, соскочив с сиденья, я вдруг почувствовала, что меня увлекает за собой какая-то неведомая сила. Сиденье-двушка не отпускало меня и мы двигались вместе, всё ближе и ближе к огромным жерновам канатки. Раньше часто слышала истории, как в каких-то чрезвычайных ситуациях у людей жизнь успевает промелькнуть перед глазами. Перед моими она этого сделать не успела. Или я просто ничего не помню: просила ли помощи, кричала ли. Единственное, что отложилось в памяти — как я отчаянно пыталась отлепиться от этой злосчастной сидушки. «Она погибла смертью храбрых, но зато брала от жизни всё! »- так бы написали на моём надгробии если бы.... Но «если бы» не случилось, гигантская мясорубка отключилась, не успев поглотить и перемолоть меня на вкусный и свежий мясной фарш. Ко мне подбежали испуганные домбайские мачи и рассоединили меня с той, которая держала своей мертвой хваткой. Оказалось, что супорт толстовки, которую я на жопку намотала застрял между деревянной сидушкой и железным поручнем.
— От ты кулёёома! Как же ты меня напугала! — выпалила мне Саша. А я, будучи на адреналине и вдохновленная своим чудесным спасением, начала ей рассказывать про свои экстремальные 5 минут жизни и как же меня так угораздило. Итого: пришибленный на лыжне палец, множественные синяки на предплечье, и полные (но сухие) штанишки счастья.
Потом была русская поляна, камень Высоцкого, ебущиеся в лужице лягушки, хорошая погода, горные ручьи, первоцветы, конные прогулки. В общем, ничего особо выдающегося. Хотя вру.... На конной прогулке одна из лошадей сорвалась на галоп, но всадницей была уже не я. Ибо хорошего помаленьку!
P. S. К сожалению, фоточек в хорошем качестве у меня не сохранилось. Поэтому радуюсь тому, что есть. И вы порадуйтесь) Фотки с лицом пришлось прогнать через восстанавливающую качество прогу. Хотя бы для того, чтобы мой фейс не распадался на пиксели.
