Вот и ушли, отстрелялись

Вот и ушли, отстрелялись, Соснора, женщины множеств,
Девочки Кэрролла (те, что латинскую смерть рифмовали играючи с тортом);
«Слаще вина твои ласки», но это пройдет, как соломенный век Суламифи,
Тысяченощная сказка закончилась, больше ни слова, прошу,
Шамаханская врушка, сколько тебе повторять, я люблю облетание сада,
Час, когда гипсовый мальчик-горнист потирает культею колени,
Ленин надкушенный уши вжимает, непуганый хищник;
Чаша фонтана хранит, как дыханье, сырые окурки,
Марс оскопленный их топчет нещадно,
так Челентано топтал виноградные гильзы,
перебирая босыми ступнями кинотанцора.
Нищие пригоршни листьев юродствуют слабому свету во славу.

Если и я соберусь (уходить), то уже опоздала.