Небасня

Однажды утром, на терассе,

В трусах а-ля китайский флаг,

Курил задумчивый Герасим,

Грустя о бренности тепла.

 

Вдали торчалли леди-ели,

Едва качаясь в ритме блюз..

Босые пятки леденелли.

Герасим пьян был (это плюс).

 

Но был беспечен (это минус),

Плетя тугую сеть стишка.

И всё, давно что накопилось,

Застыло глыбою в кишках.

 

Наперекор запору мыслей,

С поносом слов наперевес,

Герасим выпестовал гризли

Внутри себя и вывел в лес.

 

А там, упорно правя дроги

В дороги вязкий выпендрёж,

Лисе назад ровняли ноги

Енот, опоссум, пони, ёж.

 

Лиса была мертвее листьев,

Что в грязь упали час назад.

Непропитые гроздья истин

Запёк янтарь в её глазах.

 

Как быть, повозка то не едет! -

Сквозь слёзы вымучил енот.

С мольбой смотрел он на медведя,

Как на Гургена гугенот.

 

Опоссум, сдерживая волей

Позыв нервических потуг,

Сказал: Я пас, не в в силах боле

Перемещаться здесь, в аду.

 

А пони, бедная лошадка,

Поникла рыжей головой:

Всё ломко, призрачно и шатко,

Сродни неебле половой.

 

Ежам теряться не пристало,

И он, уставившись лисе

В стеклярус глаз, алкал кристаллов,

Рубинов истин дальний свет.

 

Медведь, смеясь над мудаками,

Направил дроги: А лиса

Должна лежать вперёд ногами

И жопой вбок от колеса! 

 

Герасим выбросил окурок,

А вместе с ним хандру во двор,

Где петуха догнали куры,

Глумясь над ним во весь опор.