Про Алена Делона и Елену Прохорову

Вчера Алену Делону исполнилось 88 лет. Когда я в 15 лет увидела его в фильме «Рокко и его братья», то поняла, что никогда не выйду замуж. Потому что мужем моим может быть только он. Замуж я, конечно, вышла, но на вопрос «Как должен выглядеть идеальный мужчина?», я долгие годы показывала фотографию Делона. А в 22 года я с ним встретилась. Об этом — мой старенький рассказ. 

Моим первым местом работы был журнал «ТВ-Парк». Пришла я в редакцию сразу после института в самом начале учебного года. Кто не знает, в сентябре Москва с размахом отмечает День города. И событие это не дает покоя, прежде всего, средствам массовой информации, которые вынуждены подробно освещать весь этот праздничный уличный беспредел. 

Не успела я появиться в стенах «ТВ-парка», как была вызвана в кабинет главного редактора Нины Ивановны. 

— Ольга, я буду говорить как есть. Вы — наш новый сотрудник. Журналистского опыта у вас пока еще нет. 

Я кивнула. 

— Я понимаю, как бы вам хотелось вместе с другими журналистами нашего журнала окунуться в праздничную атмосферу города и написать свой репортаж о дне рождения Москвы. 

Я продолжала кивать. 

— Но мы пока не можем вам доверить эту работу. 

Я перестала кивать, не понимая, к чему клонит Нина Ивановна. 

— Поэтому мы решили отправить вас в Киев. Там будет проходить финал конкурса «Мисс Европа». Приедет Ален Делон. Он возглавит жюри. 

Я перестала не только кивать, но и вообще — шевелиться. 

— Ваша задача — написать репортаж о конкурсе и взять интервью у Алена Делона. Ну, по сути, вам надо будет задать несколько вопросов Делону на конференции, а остальное оформите как авторский текст. Вы, случайно, французский язык не знаете? 

— Ду не муа силь ву пле пепельнИца, — отвечаю.

— Что?

— Так мой папа обращается к маме, когда хочет, чтобы она ему передала пепельницу. Он в школе учил французский язык. Это — единственная фраза, которую он помнит. Благодаря ему — и я.

— Понятно... 

— Нина Ивановна, а вы уверены, что это — менее ответственное мероприятие, чем День города, и что молодая и неопытная журналистка справится с этим заданием? — спросила я. 

— Ольга, вы не хотите ехать? 

В этот момент я поняла, что главное для журналиста — не задавать глупых вопросов.

Мне кажется, что в тот день меня возненавидела вся редакция. За годы существования журнала подобных командировок не случалось. Максимум — интервью в гостинице «Балчуг» с какой-нибудь заезжей рок-звездой. 

Тогда я начала думать, что хожу под солнцем, и что кто-то меня там, наверху, очень сильно любит. Возможно, этим «кем-то» и была Нина Ивановна Нечаева, наш главный редактор, которая просто в меня поверила. От безысходности.

Киев меня встретил очень дружелюбно. Раскидистые каштаны, опрятные и солнечные улочки, легкий ветерок, шум Днепра... А еще меня очень дружелюбно встретили англичане, которые тоже приехали на конкурс — уж не знаю, в качестве кого. Это было человек десять таких, лакированных, улыбчивых мужчин, с которыми мы жили в одной гостинице и сразу как-то подружились. Английский я знала лучше французского и меня даже хвалили за произношение. Но из того, что они говорили, понимала я процентов пятнадцать. Впрочем, это не мешало мне все время кивать (этот навык я отработала еще в кабинете Нины Ивановны) и лучезарно улыбаться, слушая их. Как выяснилось, один из них на второй день знакомства пытался предложить мне руку, сердце и англо-русский словарь. Это я поняла, когда приняла последний и ознакомилась со значением некоторых услышанных мною слов. Я ему отказала, сославшись на верность Алену Делону.

Перед финалом конкурса «Мисс Европа» нас с англичанами свозили на экскурсию в специально обустроенную для туристов лубочную украинскую деревеньку с колоритными мазанками и декоративными подсолнухами. Англичанам так понравились подсолнухи, что несколько из них оказались у них в руках. С ними они и ввалились на торжественную церемонию конкурса.

Кстати говоря, это была чуть ли не последняя моя встреча с англичанами, которые после шоу куда-то испарились. Возможно, они отправились за кулисы, к красавицам. Подарили им подсолнухи предложили традиционно руку и сердце. Удивительно, правда, что никому не отказали. Но, возможно, все было не так, и наши программы просто перестали совпадать. 

Делон сидел в самом центре первого ряда, за столиком, в окружении каких-то людей (видимо, членов жюри) и писал что-то в блокнотик. А в конце конкурса, перед объявлением итогов, он вышел на сцену и зачитал дежурную фразу, что-то из серии: «Киев — красивый город, но женская красота меня вдохновляет больше! А еще больше меня вдохновляют пельмени», — сказал он тихо переводчику, но тот решил перевести эту реплику громко, с особенно радостной интонацией. Весь зал неистово зааплодировал

Первая часть программы была выполнена, оставалась вторая — пресс-конференция. 
Я была от него в одном шаге. Я даже прикоснулась к его рубашке. Обыкновенной джинсовой рубашке, каких на Черкизовском рынке пруд пруди. Он вообще оказался простым и милым. И не таким уж красивым. 

Диковинного гостя ловили объективы фотокамер и глаза влюбленных журналисток. «Месье Делон, — вкрадчивым сексуальным голосом обращались они к артисту, — ваши впечатления от Киева и от украинских женщин?», «Пробовали ли вы украинский борщ?», «Какой сувенир привезете домой?» Все эту ерунду они спрашивали серьезно и многозначительно. Я тоже задала свои четыре не самых глубоких, но не столь примитивных вопроса и была вполне удовлетворена развернутыми ответами актера. Через час эта унылая пресс-конференция закончилась, и французский секс-символ был отпущен на свободу. Я вышла на улицу и уже было собралась идти в сторону гостиницы, как вдруг на меня навалилось что-то объемное. 

— Где он? — меня за плечи держала пышнотелая дама с длинной белой косой. Она тяжело дышала и смотрела на меня с такой надеждой, что обмануть ее ожидания я просто не имела права. 

— Кто, он? — поинтересовалась я. 

— Как кто? — Ален Делон, конечно! Пресс-конференция еще идет? — она посмотрела на меня как-то уж совсем жалобно... 

Я понимала, что сейчас скажу горькую правду и страшно расстрою свою собеседницу. 

— Да, закончилась! — неуверенно произнесла я 

Мне показалось, что она сейчас расплачется. 

— Куда, куда он поехал?! 

Она трясла меня за новенький шелковый палантин с такой силой, что мне показалось, что он сейчас разорвется где-то в районе шеи. Было жалко и шею и палантин. И я сказала: строго и решительно: 

— Значит так. Для начала, уберите руки. 

Подействовало моментально. Через секунду она стояла с поднятыми вверх руками, глядя на меня мужественно и трагично. 

— Вольно, — почему-то сказала я и добавила. — слушайте и запоминайте. В два часа дня у него обед в ресторане «Салом по хлебу!», потом, в четыре часа, — съемка на киевском телевидении. Ну а в 6 часов вечера он назначил встречу всем, кто не успел на пресс-конференцию. А поскольку опоздали только вы, то и свидание у вас будет тет-а-тет. 

— Где, где? — она вновь трясла меня за палантин. 

— На Крещатике, у фонтана! Он будет в серой олимпийке, красных кедах и с журналом «Огонек» в руках. 

Думаете, она обратила на мои слова хоть какое-то внимание? Что вы? Она их повторила про себя — так, как заучивают стихи, — и испарилась. Интересно, она действительно искала Делона по серой олимпийке и красным кедам? 

Но на этом история не закончилась. Вечером я ее встретила в гостинице. Бывают же совпадения! Увидев ее, я попыталась сменить курс на прямо противоположный, но она меня заметила и радостно кинулась навстречу. К счастью, я оставила палантин в номере и была в одной футболке. 

— Ну как? — попыталась обрадоваться и я. 

— Не, его не было! 

— Как? А вы хорошо искали? — спросила я с неподдельным удивлением. 

— Да, я стояла с цветами целый час. А потом подарила их одной бабушке. 

— Видимо, не смог прийти, — попыталась я успокоить девушку. 

— Ага. А может, забыл. У него дел-то тут о-го-го! 

Она рассуждала вполне трезво. Видимо, успокоилась и вернулась в свое человеческое состояние. Но я ошибалась. Ровно через мгновение она произнесла: 

— У меня к вам просьба. Отдайте ему это, если увидите. 

И она достала из сумочки свою фотографию. 

— Я завтра утром уезжаю, а он пробудет в Киеве до вечера. Вдруг увидите где-нибудь! —сказала, выдохнула и пропала. 

Я перевернула фотографию и увидела надпись: Елена Прохорова. А внизу — номер телефона. Я храню эту фотографию уже 10 лет. Я не могу ее ни выбросить, ни вернуть обратно хозяйке. Пусть у нее будет надежда на то, что когда-нибудь ей позвонит Ален Делон. 

А к Ален Делону у меня отдельная просьба. Месье Делон! Если Вы будете в Москве, заскочите ко мне домой, заберите фотографию Прохоровой Елены — ну что вам стоит?! 

P. S. Мое интервью с Аленом Делоном вышло через неделю. И это была моя первая публикация в журнале «ТВ-парк». До сих пор я считаю Алена Делона своим крестным отцом в профессии. А Нину Ивановну Нечаеву — мамой.

В архивах нашла фото с теми самыми веселыми англичанами.